В Советском Союзе умели делать вещи, которыми гордились — ракеты, балет, хоккей. А ещё — кроличий мех, который невозможно было отличить от шиншиллы. Вот только советский человек этот мех в глаза не видел.
Шкурки серебристых кроликов упаковывали в тюки и отправляли прямиком на ленинградские пушные аукционы, где за них платили представители шести десятков иностранных фирм из двенадцати стран. Валюта — в казну. Шубы — в Париж. А в отечественных магазинах — цигейка и кроличий «серяк».
Как так вышло?
Малышка из-за океана
В 1927 году в СССР привезли кроликов необычной породы — американских шиншилл. Ушастые Иностранки были хороши собой: густой серебристо-голубой мех переливался как дорогая ткань.
Но весили крохи всего два с половиной килограмма — для советского животноводства это несерьёзно. Да и морозы переносили неважно. Как поставить рядом бальное платье и телогрейку — красиво, но непрактично.
Селекционеры не растерялись. Задача была дерзкая: сохранить роскошную шубку, но вырастить зверя покрупнее и покрепче.
Свадьба по расчёту
Решение нашли в скрещивании. Американских Серебрянок повязали с белым великаном — породой массивной, выносливой, но с мехом без изюминки.
Работа началась в зверосовхозе «Анисовский» под Саратовом и «Черепановский» в Новосибирской области. Подключился НИИ пушного звероводства и кролиководства в Подмосковье. Руководил проектом кандидат биологических наук Н. С. Зусман (Зусман Н. С., 1966).
Тридцать шесть лет! Столько шла работа — отбор, подбор, усиленное кормление, бракование, снова отбор.
Три десятилетия саратовские и новосибирские кролиководы колдовали над генетикой, прежде чем в 1963 году породу официально утвердили. Назвали просто — «Советская шиншилла».
Шуба без покраски
Результат получился как по заказу Госплана. Взрослый Серебристый Богатырь вытягивал пять-семь килограммов — как небольшая собака! Длина тела — до семидесяти сантиметров. За один окрол крольчиха приносила до восьми малышей, и к четырём месяцам молодняк уже годился на убой.
Но главное сокровище — шкурка. Густота меха у новой породы оказалась почти на пятьдесят процентов выше, чем у американских предков (Википедия, «Советская шиншилла»).
По этому показателю Ушастый Аристократ занял одно из первых мест среди всех кроличьих пород.
Мех использовали в натуральном виде — без покраски, без стрижки. Серебристо-голубой с тёмными кончиками, с плавным переходом от белого подбрюшья к графитовой спинке. Если раздуть шерсть — видны пять чётких зон, каждая своего оттенка.
Сходство с настоящей шиншиллой настолько точное, что отличить изделие из кролика от грызуна-оригинала может только специалист с лупой!
Валютный кролик
А вот дальше начинается самое интересное. В СССР к тому времени работали больше двухсот пятидесяти зверохозяйств. Пушнина была одним из главных источников валюты — меха продавало объединение «Союзпушнина», монополист с аукционами в Ленинграде. Покупатели съезжались со всего мира.
Советская шиншилла вписалась в эту машину идеально. Шкурки Серебристых Красавцев шли на шубы, воротники и шапки — но не для внутреннего рынка. Стране нужны были доллары, марки, фунты. А советским гражданам — ну, есть же цигейка. И овчина. И «кролик обыкновенный». Носите на здоровье!
Ирония в том, что порода по первому месту в стране по поголовью (по данным НИИПЗК). Кроликов разводили буквально повсюду — от Подмосковья до Сибири. Живых зверей видели миллионы людей. А вот шубу из их меха — единицы.
После занавеса
Когда Союз развалился, из двухсот пятидесяти зверохозяйств выжили меньше сорока. Казалось — всё, конец Ушастому Аристократу. Но советская шиншилла оказалась крепче государства, которое её создало.
Неприхотливая, плодовитая, адаптированная ко всем климатическим зонам — она перекочевала на частные фермы и мелкие хозяйства. Сегодня больше шестидесяти ферм в России разводят эту породу.
Правда, теперь картина перевернулась. Мясо покупают охотно — диетическое, нежное. А вот шкурки мелкими партиями сбывать трудно. И выходит новый парадокс: раньше мех уезжал за границу, а мясо шло на стол. Теперь мясо востребовано — а мех лежит без дела.
Тридцать шесть лет селекции ради серебристой шубки. Шубка — за рубеж. А теперь — на складе. Интересно, что бы сказал об этом товарищ Зусман?
Сейчас читают: