Моцарт скончался 5 декабря 1791 года, и сразу же злая молва начала обвинять в причастности к преступлению другого прекрасного композитора — легенду музыкального мира Антонио Сальери.
Тем не менее, Сальери не был арестован и очень многие выдающиеся композиторы и музыканты считали обвинение вздорным. Куда уж проще представить в роли отравителя какого-нибудь обманутого мужа, Моцарт отличался склонностью спать на чужих подушках. Тут и далеко ходить не придется, в день похорон композитора, а похоронен он был по третьему разряду, то есть была вырыта одна большая могила, в которую поставили сразу же шесть гробов. Для того времени вполне нормальное, можно сказать, типичное погребение, отдельной могилы могли быть удостоены только люди знатные, и то если они не имели фамильного склепа, что, согласитесь, редкость.
В три часа пополудни гроб с телом композитора был доставлен на катафалке в Собор Святого Стефана, скромная церемония проходила в небольшой часовенке. И еще через три часа тело Моцарта было захоронено на кладбище Святого Марка.
Впрочем, история этим не закончилась. В день похорон Моцарта его супруга Констанция вдруг неизвестно для чего громогласно, так чтобы все слышали, сообщила пришедшему почтить память друга юристу Францу Хофдемелю, о давней связи покойника с его молодой женой Магдаленой, находящейся теперь на девятом месяце беременности. Магдалена была ученицей Моцарта, но ужасно ревнивый, вспыльчивый Франц верил Вольфгангу Амадею совершенно, не ожидая подобного удара.
В результате, не послушав мессы, он прибежал домой, где Магдалена играла с их годовалым сыном. Полный злобы Хофдемель схватил с умывальной полки бритву и набросился на жену. Он, несомненно, убил бы ее, не вмешайся в скандал подоспевшие на крики соседи и слуги. Лицо и шея Магдалены остались изуродованными на всю жизнь, что же до Хофдемеля — поняв, что его вот-вот арестуют, он перерезал себе горло той же бритвой.
Толпа тут же обвинила в Хофдемеля и в убийстве Моцарта. Мол, задумал и сделал, а потом еще и жену порезал. Тем не менее, согласитесь, сложно предположить, что столь темпераментный и несдержанный человек станет подло травить кого-либо? К тому же, если он узнал обо всем раньше и рассчитался с любвеобильным Моцартом, чем объяснить подобную вспышку гнева на кладбище? А ведь все знают, что если человек страдает припадками гнева, во время которых он буквально не владеет собой, он не станет таиться и выгадывать, подкладывать яд и ожидать развязки. Нет, кто угодно, только не Хофдемель.
Куда более похожей на правду была третья версия произошедшего — Моцарта отравил любовник Констанции, ученик Сальери и ученик Моцарта, случайный знакомец Бетховена Франц Ксавер Зюсмайер. Последний постоянно жил в доме Моцарта, так что ему ничего не стоило вступить в интрижку с супругой учителя, не привлекая лишнего внимания, к слову, насыпать яд, тоже было проще некуда.
Убив Моцарта, Зюсмайер рассказал о соделанном Констанции, та же, боясь, как бы правда не вышла наружу, отвела подозрение от любовника, поспешив раскрыть глаза на предательство жены вспыльчивому юристу. Когда вокруг кипят подобные страсти, кто же станет обвинять скромного музыканта, выполняющего последнюю волю покойного — дописывающего незавершенный реквием и трогательно опекающего его вдову и осиротевших чад?
Впрочем, их связь вскоре развалилась сама собой. Неизвестно, из-за чего, Констанция выгнала любовника из дома и потом будто бы сожгла все документы, свидетельствующие о совместной работе Моцарта и Зюсмайера.
Наличествовала и версия, будто Сальери специально заслал своего верного ученика Зюсмайера, чтобы тот втерся в доверие к конкуренту и после убил его.
К конкуренту - но Сальери отнюдь не был конкурентом Моцарта! Даже наоборот. Как композитор Антонио Сальери считался безусловным авторитетом в итальянской опере в то время как Моцарт создавал оперу немецкую. То есть, это разные понятия. Кроме того, оба давали уроки, и когда ученик проходил курс у Моцарта, и уже начинал подыскивать себе другого учителя, тот с радостью рекомендовал его к Сальери и тот поступал точно так же. Таким образом учителя не ругались между собой по поводу "украденных" или "уведенных" учеников, и те получали всестороннее образование.
Впрочем, власти не спешили арестовывать ни Сальери, ни Зюсмайера, ни коварную Констанцию. А медики продолжали разочаровывать читателей газет, утверждая, что знаменитый композитор скоропостижно скончался от ревматической (просовидной) лихорадки, возможно, осложненной острой сердечной или почечной недостаточностью.