Войдите через арку с улицы Гоголя, пройдите мимо расписных стен с цитатами и нарисованными бельевыми верёвками – и в уютном дворике вы увидите советскую телефонную будку. Внутри на металлической столешнице – список имён и номеров. Иосиф Бродский. Владимир Высоцкий. Сергей Довлатов. Белла Ахмадулина. Рудольф Нуреев. Булат Окуджава. Андрей Тарковский. Евгений Евтушенко. Поднимите трубку, выберите номер и услышьте голос.
Двор, который придумали сами
История арт-пространства «Двор Довлатова» началась с грантового конкурса, объявленного в апреле 2021 года Артёмом Шарафутдиновым, – на создание новых объектов стрит-арта в Уфе. 2021 год был юбилейным: Сергею Довлатову исполнилось бы 80 лет. Первой заявкой на конкурс оказался эскиз уфимского художника Олега Кайбышева. С этого всё и началось.
Проект стал свободной инициативой уфимских художников, лишённой формализма и пафоса. На стенах домов «поселились» герои и цитаты из произведений Довлатова, появились портреты самого писателя. Вход во двор – арка, которая сразу погружает в атмосферу его творчества. Над квартирой, где писатель жил в младенчестве, посетители видят аиста, а внизу – огромную «книгу» со страницами из «Ремесла». Трансформаторная будка превратилась в образ стопки книг. В феврале 2026 года стену двора обновили иллюстрациями Александра Флоренского – того самого петербургского художника, который иллюстрировал первое издание книг Довлатова.
Телефонная будка появилась здесь чуть позже – и стала центральным смысловым объектом всего пространства.
Список контактов
Идея телефонной будки принадлежит уфимцу Артёму Шарафутдинову. А изготовили телефонный аппарат студенты Института электротехнического инжиниринга Уфимского университета Владислав Иванов и Роман Антропов под руководством преподавателя Владимира Бекасова. Украсил арт-объект уфимский художник Олег Кайбышев.
По телефону можно «позвонить» Довлатову, Высоцкому, Нурееву, Бродскому, Окуджаве и многим другим. Набрав любой номер из списка, можно услышать стихи Высоцкого, Бродского, Ахмадулиной, Окуджавы в исполнении авторов. Самая первая запись в списке – рассказ Сергея Довлатова о жизни в Уфе и о возможной встрече с Платоновым.
Встреча с Платоновым – одна из самых загадочных страниц биографии Довлатова. В повести «Ремесло» он описывал, как в 1941 году в Уфе у незнакомца украли чемодан с рукописями. Спустя 33 года Довлатов узнал, что тем человеком, возможно, был Андрей Платонов. Была ли эта встреча на самом деле? Или история с Платоновым лишь вымысел автора? Довлатов не даёт ответа. Он сам назвал эту встречу «первым литературным импульсом», а тех, кто сомневался в её реальности, – «унылыми людьми». Именно с этой истории начинается первый звонок в будке. Довлатов говорит своим голосом – тихо, с той самой интонацией человека, который не знает, верить ли собственной памяти.
Пояс богатыря, дочь Иремеля и царь подземного мира: что скрывают эти загадочные названия Почему именно здесь
Сергей Донатович Довлатов родился 3 сентября 1941 года в Уфе, куда его родителей эвакуировали во время войны. Отец – театральный режиссёр Донат Исаакович Мечик, мать – литературный корректор Нора Сергеевна Довлатова. Семья жила в доме по Гоголя, 56 до 1942 года, затем уехала в Новосибирск, а после снятия блокады вернулась в Ленинград.
Довлатов провёл в Уфе меньше года, буквально первые месяцы жизни. Но уфимцы считают его своим. Именно здесь Довлатов получил тот самый «литературный импульс» от Андрея Платонова – пусть и в виде легенды, настоящей или придуманной самим писателем.
В студенческие годы Довлатов подружился с Иосифом Бродским. Благодаря рекомендациям Бродского Довлатов стал вторым русским писателем после Набокова, который печатался в престижном литературном альманахе The New Yorker. Оба в итоге оказались в эмиграции в Нью-Йорке.
Общее у всех имён в «телефонном справочнике» будки – не просто талант, а особый опыт разрыва с родиной.
«Я уехал, чтобы стать писателем, и стал им, осуществив выбор между тюрьмой и Нью-Йорком», – говорил Довлатов.
Бродский был выслан из СССР и лишён гражданства. Нуреев попросил политическое убежище в Париже в 1961 году. Высоцкий не эмигрировал, но жил при постоянном давлении: его не издавали, не записывали официально, преследовали. Тарковский эмигрировал в 1984-м и умер в эмиграции. Ахмадулину советская критика отодвигала на второй план за нонконформизм.
Телефонная будка – советская, красная, с диском. Она оказывается острой метафорой: именно эта система породила художников, которым в ней не было места, и сохранила их голоса именно потому, что они ушли.
Будка, которую ломают и чинят
Арт-объект находится в центре Уфы и уже не раз страдал от вандалов. В августе 2025 года будка снова была разгромлена – корреспондент телеканала «Башкортостан 24» зафиксировал, что аппарат не работает. Стекло разбито, на стенах – надписи. Будку восстановили, правда, теперь слышны не все голоса из прошлого. Красная будка времён СССР завалена сугробами, хотя, судя по протоптанной тропинке, к ней по-прежнему активно ходят.
Это тоже часть истории. Будку не защищают ни бюджет, ни охрана, ни государственный статус. Её держат только энтузиасты и протоптанная к ней тропинка.
Прочитать руками: как часовня Кирилла и Мефодия в Уфе стала первым инклюзивным храмом Башкирии Звонок, который имеет смысл
«Настоящий писатель, поэт, художник, музыкант – это всегда человек с содранной кожей, человек остро и глубоко переживающий несовершенство нашего мира», – говорит Артём Шарафутдинов о концепции проекта.
Телефонная будка во дворе Довлатова делает ровно то, что должно делать хорошее искусство: она превращает абстрактную культурную память в личный опыт. Вы не читаете о Бродском – вы слышите его голос. Вы не изучаете биографию Высоцкого – вы стоите в будке, один, с трубкой у уха, и он говорит с вами лично. В этом дворе, где в военном 1941-м жил младенец Серёжа Мечик, который станет Довлатовым.
Звонок длится несколько минут. Потом трубку нужно положить и выйти обратно в Уфу, на улицу Гоголя. Это тоже часть замысла – ты возвращаешься, а они остаются там, внутри.
Адрес: Уфа, улица Гоголя, 56. Вход свободный.