💬 ..."Попытка разогнать рабочих провалилась: люди легли на землю и лошади не пошли вперед. Есть мнение, что в тот день казаки использовали нежелание лошадей как повод отказаться от недостойной «работы», которую на них повесили"...
---
Добрый день, друзья!
Перед вами вторая статья из цикла публикаций об истории России и СССР, над которым я работал без малого два года. В общей сложности впереди вас ждет более пятидесяти статей, охватывающих период с начала XX века до момента ухода из жизни Иосифа Виссарионовича Сталина.
Вторая часть истории СССР, начиная с хрущевского периода и до развала страны, мною пока не написана, но в планах. Впереди меня ждет еще около двух лет работы, которую я обязательно завершу, если позволит здоровье.
Итак, далее по ссылке первая статья из цикла, где я рассказал о феодально-крепостном империализме, подкосившем Российскую империю, а в этой публикации я продолжаю тему начала конца царской России.
Рабочий класс — не рабы, но сила!
Знаете, когда я читаю документы начала 1900‑х годов, то ловлю себя на мысли: простые заводские и фабричные рабочие жили в таких невыносимых условиях, что удивляться надо не тому, что они взбунтовались, а тому, что они очень долго этого не делали, терпели.
И терпели бы еще, если бы не экономический кризис на рубеже XIX–XX веков, который буквально сорвал пелену с их глаз: рабочий человек наконец‑то понял, что все его беды не в конкретном «плохом начальнике», а в системе. И чем сильнее на рабочего давили заводчики и фабриканты, пытаясь выехать на его горбу из кризиса, тем лучше он понимал происходящее.
Перемены в сознании рабочего класса проявились уже в 1901 году, когда рабочие стачки обрели политическую окраску: люди научились связывать свои беды с несправедливым устройством сословного государства и стали организованно сопротивляться произволу хозяев, что для последних было страшным сном.
Первый громкий эпизод рабочего сопротивления — это «Обуховская оборона» 1901 года. Администрация Обуховского завода под Петербургом решила уволить часть рабочих, но люди встали стеной на защиту своих товарищей, к обуховцам присоединились рабочие соседних предприятий.
Да, сопротивление продлилось всего несколько часов и его подавили, но резонанс оказался оглушительным. Речи, которые обвиняемые произносили на суде, не были оправданием, они обличали саму систему. Эти слова переписывали от руки, они расходились по заводам и фабрикам.
В начале XX века ситуация в Российской империи была сложной и накалялась с каждым днем. На юге страны, в Батуми, рабочим не заплатили за тушение крупного пожара, а начавшаяся забастовка была сорвана. Власть арестовала активистов и рабочие потребовали освобождения товарищей.
Все это закончилось столкновением с войсками: солдаты впервые открыли огонь по безоружным людям, 15 человек погибли, 54 были ранены. Люди поняли, что власть готова стрелять по ним, не считаясь ни с чем.
Но их это не останавливало, чему доказательство произошедшая в ноябре 1902 года ростовская стачка железнодорожников, которые выдвинули властям требования о девятичасовом рабочем дне и повышении оплаты труда. Отказ вести переговоры с рабочими привел к тому, что к забастовке присоединились рабочие других ростовских предприятий.
В ростовской стачке, по разным оценкам, участвовало от 25 до 30 тысяч человек. На рабочий митинг прибыл местный жандармский полковник, который потребовал от людей разойтись, — и получил отказ. После чего полковник отдал казакам приказ разогнать митинг силой.
Попытка казаков разогнать рабочих с треском провалилась: люди легли на землю и лошади не пошли вперед, в результате чего казаки были вынуждены отступить. Есть небезосновательное мнение, что в тот день казаки нарочно использовали нежелание своих лошадей идти вперед как повод отказаться от недостойной «работы», которую на них повесили. У многих в толпе были родственники, друзья и просто соседи.
Но это были цветочки, ягодки пошли летом 1903 года, когда по стране прокатилась настоящая волна забастовок. Все началось в Баку со стачки нефтяников, а дальше пошла цепная реакция: механические мастерские, депо, сфера услуг — закрывались булочные, сапожные и портновские мастерские, магазины, типографии. В Баку и окрестностях бастовали 45 тысяч человек.
Бакинские заводчики и фабриканты сначала, якобы, пошли людям на уступки, дожидаясь ввода в город войск, после чего отозвали свои обещания, данные ранее. В ответ началась стачка по всему югу России. Число бастующих превысило 100 тысяч и вновь столкновения с полицией и войсками.
С юга страны волна забастовок перекинулась на малороссийские земли, охватив практически все крупные города. Тут стачки отличались не только масштабом, но и уровнем организации: к 1903 году, когда события распространились на юго‑запад Российской империи, рабочие научились координировать свои действия и быстро распространять информацию.
Власть попыталась взять под контроль нарастающий протест, ее замысел был прост: официально создать подконтрольные рабочие организации, чтобы направлять недовольство рабочих в безопасное русло. Это явление осталось в истории как «зубатовщина» — по фамилии начальника московского охранного отделения, придумавшего этот «полицейский социализм».
Агитаторы Зубатова внушали рабочим классическое: «бояре плохие — царь хороший», они говорили, что царь поддержит экономические требования, если люди откажутся от политических и не будут устраивать забастовок.
Надо сказать что Зубатову удавалось влиять на рабочих и контролировать их, но его тактика сразу же начала раздражать заводчиков и фабрикантов, ведь он вынуждал их идти на некоторые уступки рабочим, что воспринималось ими не иначе как вмешательство в хозяйские дела.
Жалобы промышленников очень быстро дошли до высших инстанций, и деятельность Зубатова остановили. Что было серьезной ошибкой власти, так как на место зубатовских агитаторов тут же пришли другие, более радикально и решительно настроенные, но главное — уже неподконтрольные властям.
В итоге забастовочное движение из фабрично‑заводского очень быстро превратилось во всероссийское, к волнениям подключились студенты и даже интеллигенция. В 1902 году в империи начались крестьянские волнения, общая атмосфера социального напряжения чувствовалась везде.
И если изначально крестьянские протесты были редкими и не представляли серьезной угрозы, то уже к концу 1903 года в связке с рабочими протестами они превратились в мощную силу, способную выдвигать не только экономические, но и политические требования.
Любому понимающему человеку все это говорило о глубоком кризисе власти и существующего порядка и о том, что предпосылки для масштабных перемен созрели. Страна стремительно катилась к революции 1905 года. Но власть как будто бы этого не замечала.
Продолжение следует…
Это можно почитать по теме:
- Ушаков А. В. Интеллигенция и рабочие в освободительном движении России. Конец XIX — начало XX века. — М.: Мысль, 1976.
- Кирьянов Ю. И. Жизненный уровень рабочих России (конец XIX — начало XX в.). — М.: Наука, 1989.
С уважением к читателям,
Лев Валерьевич.
🗣Друзья, это важно!
Этот канал существует исключительно благодаря вашей поддержке, опираясь на которую я буду писать даже в том случае, если тут отменят монетизацию.
Да, конечно, у меня есть возможность неплохо зарабатывать, продавая свой труд, но я принципиально этого не делаю, такова моя жизненная позиция, хотя я серьезно болен и нуждаюсь в средствах.
А это значит, что мои статьи всегда будут доступны для чтения бесплатно! И это целиком и полностью ваша заслуга! Спасибо!
👉 ПОДДЕРЖАТЬ АВТОРА👈