Как бои на запорожском направлении влияют на удары по Крыму?
С высокой долей вероятности можно сказать, что, с точки зрения Киева, главный удар Вооруженных сил России будет направлен на запорожский участок фронта, зону ответственности групп войск «Восток», «Днепр» и отчасти «Центр». И теперь задача противника состоит в том, чтобы противодействовать ВС РФ и не дать тем совершить задуманное. О том, как Крым связан с городом Ореховом, почему Россия начала бомбить мосты через Днепр и на что надеяться не следует, — в авторской колонке военного обозревателя «БИЗНЕС Online» Никиты Юрченко.
Заявление Зеленского
24 июня человек, называющий себя президентом Украины, Владимир Зеленский, заявил, что некая «операция по Крыму» уже просчитана, а дальнейшие военные действия будут зависеть от «решений западных партнеров».
«Операция, в частности, относительно Крыма четко просчитана, и то, как операция продолжается, доказывает: если именно то, о чем мы говорили с партнерами в рамках G7, у Украины появится — и это зависит от решения партнеров, — мы оперативно обеспечим условия, когда Россия будет вынуждена избрать мир. Очень рассчитываем на положительный ответ от партнеров: они четко знают, о чем идет речь», — заявил Зеленский.
Заявление интересное, необычное. Во-первых, что данный гражданин имеет в виду? Какая операция по Крыму? Наземная? Воздушная?
Во-вторых, что более любопытно, а какие решения нужны от партнеров?
Ну и третье, чисто географическое: перед Крымом находится Херсонская область, частично оккупированная Украиной. Предполагается ли натиск через нее или что вообще Киев задумал делать?
Попробуем разобраться.
Возможна ли атака на Крым?
Начнем с наиболее очевидных вещей: Крым находится в некотором отдалении от основного театра боевых действий. От вооруженных формирований Украины его отделяют Черное море, Херсонская область и река Днепр. Как мы помним, осенью 2023 года вооруженные формирования Украины попытались устроить штурм Херсонской области, переплыв реку Днепр, но ничего, кроме огромной братской могилы, организовать не смогли.
Не смогли даже не потому, что они были столь плохо выучены, беспомощны или не обладали необходимым количеством вооружений, вовсе нет. Дело в том, что бессердечная и жестокая логистика не работала в данных условиях. Украинцев было и слишком мало для операции, и слишком много для возможности их сносно снабжать. В результате они просто проиллюстрировали стишок из одной хорошей книги: «Стояли звери около двери, в них стреляли — они умирали».
Ожидать, что Киев устроит еще одни «Крынки», уже на пляже в Евпатории, было бы слишком оптимистично. В данном случае высадившихся десантников не смогли бы прикрывать даже дроноводы, стоящие на противоположном берегу Черного моря. СВО знает примеры высадки «десантников» на Крымский полуостров, но каждый раз это были небольшие группы, деятельность которых сводилась к демонстрации флага и, для менее удачливых, к смерти, для везунчиков — к плену. Зачем это нужно было делать, остается секретом для всех известных исследователей вопроса.
В случае если Киев попытается совершить маневр большего масштаба, то перед ним встают вопросы:
- как и на чем довозить десантников?
- как и на чем их снабжать?
- а главное, откуда их брать?
Это ведь не праздные вопросы. Чтобы десант мог занять сносный плацдарм, на котором мог бы выживать под ударами «принимающей стороны», атакующих должно быть крайне существенное количество. Всем им нужна еда, вода и вооружение. И все это надо будет как-то подвозить. Флота как такового у Украины нет, а пехота находится в остром дефиците.
Таким образом, можем лишь второй раз повторить: вторых «Крынок» никто России дарить не будет.
Однако трактовать ответ Зеленского можно как усиление ударов по гражданской инфраструктуре полуострова, налеты на гражданское население и в целом «веселый разбой» средствами БПЛА средней дальности.
В данном случае ситуация становится более понятной. Во-первых, Крым находится относительно недалеко от линии фронта, до него, как показывает практика, долетают БПЛА формата middle strike. Учитывая, что количество таких снарядов у противника возросло, это действительно может быть возможным.
Во-вторых, Крым в силу специфики региона находится почти отрезанным от территории большой России. С основной территорией страны его связывает лишь тонкий перешеек и линия Крымского моста. Как следствие, изоляция региона, в котором проживают порядка 2,5 млн человек, создание для населения объективных трудностей со снабжением — вполне реальная задача для киевских террористов.
Но в данном случае это не навязывание новой линии фронта, это лишь то, что Украина делала всегда: попытка обезлюдить территорию, сделать ее непригодной для проживания людей, а также создание проблем в экономической сфере.
Реальность угрозы также кроется в изменении баланса ударных БПЛА. Напомним, в 2024 году Киев точно так же пытался нанести неприятные удары по Крыму, однако, не имея должного количества ударных дронов, предпочитал их расходовать иным способом.
Но кроме того, данное направление является тыловым для группы войск «Днепр» и отчасти группы войск «Восток», да и в целом для всего запорожского направления. А это уже более любопытный момент.
Битва за Запорожье
Ситуация в Запорожье стала для Киева неожиданностью в декабре 2025 года, когда передовые части группы войск «Восток» почти с лету преодолели междуречье рек Янчур и Гайчур, а после стремительным натиском освободили город Гуляйполе и, что не менее важно, продолжили наступление.
Именно тогда Киев начал перебрасывать боеспособные соединения на данный участок фронта. Более того, со второй половины февраля со стороны населенного пункта Покровское на северном фланге «Востока» начал проводиться «локальный контрнаступ». Смысл всех этих действий был остановить «Восток», не дать последнему совершить окружение города Орехова — крупного укрепрайона, прикрывающего Запорожье с юга.
Важность данного направления переоценить трудно. В случае успеха ВС РФ выходят к правобережью самого города Запорожье, а далее начинают поджимать с юга Павлоград, южные окраины Днепропетровска и в целом ставят точку в возможности стратегического маневра Киева в регионе, ломая имеющиеся логистические пути.
Ситуация у Киева тяжелая: для удержания данного участка главком ВСУ Александр Сырский перебрасывает дееспособные соединения с других участков фронта, что косвенно влияет, например, на возможность Киева удерживать плацдарм на левом берегу реки Оскол в Харьковской области, мешает сдерживать наступление российских войск в Сумской области, а также влияет на обороноспособность Славянско-Краматорской агломерации.
Как следствие, срыв нашего наступления на данном участке является основной задачей вооруженных формирований Украины в летнюю кампанию 2026 года. И вот в рамках этого мероприятия противник и бьет по Крыму, кошмаря тыл наступающих войск.
«Нынешняя воздушная операция против Таврии (назовем Крым и сухопутный мост так) является лишь этапом общих событий на ОН. Которые стали крайне неприятными уже в январе 2026 года, когда ГрВ „Восток“ остановилась, затем получила во фланг, а ГрВ „Днепр“ откинули от Запорожья. Тут много вех и развертывание группировки СБС — не первая и не последняя. Именно поэтому мы начали бить по мостам в Запорожье, например, так как это действенная мера по улучшению общей обстановки на ОН», — комментирует ситуацию в своем телеграм-канале военный блогер Владислав Угольный.
Отметим, что и Вооруженные силы России точно так же пробуют изолировать участок боевых действий. Так, на прошедшей неделе случилось крайне редкое, но показательное явление: российские ФАБ ударили по мосту через Днепр, находящемуся прямо в городе Запорожье. Мост остался стоять, задача по его уничтожению явно не простая, но в целом это говорит о том, что ВС РФ настроены более чем серьезно.
Сюда же следует отнести удары по железнодорожным локомотивам, уничтожение заправок и прочих мест и объектов, обеспечивающих логистику противника в регионе. Другими словами, подготовка почвы для наступающих войск происходит ежедневно.
Силы и средства
Складывающаяся ситуация говорит и о том, что иных средств у Киева просто нет. Практика показывает, что провести даже операцию по масштабности, сравнимую с Курской авантюрой, противник, скорее всего, уже не может.
Несмотря на то что Сырский продолжает плодить полупустые бригады, реальной возможности нанести концентрированный удар на выбранном участке фронта, имея в виду прорыв в глубину, Украина не способна. Это не говорит о том, что у противника нет ресурсов, не говорит и о скором падении фронта, но локально ситуация поджимается.
Главная проблема остается прежней — Киеву не хватает людей. Людоловы из ТЦК просто не справляются с задачей восполнения человеческого ресурса. Косвенно же об этом говорит и то, что примерно с апреля этого года в Евросоюзе идут разговоры о том, чтобы начать депортацию беглых украинских мужчин обратно «на родину», очевидно, для того чтобы те пополнили нестройные ряды вооруженных формирований Украины.
В результате складывающейся обстановки Сырский вынужден действовать по принципу «маємо що маємо», а именно наносить террористические удары по гражданским объектам, хотя бы потому, что ударные БПЛА Киеву продолжают поставлять в увеличивающихся объемах.
Как следствие, в сухом остатке это ставит перед ВС РФ предельно понятную задачу: нужно обеспечить такую систему ПВО, которая будет способна минимизировать возможный всплеск активности противника на этом направлении до приемлемого уровня.
Насколько это удастся российским военным — покажет практика. На данном этапе сражение за Запорожье уже началось и идет полным ходом.