В 1954 году, когда холодная война только набирала обороты, а словосочетание «ядерный апокалипсис» ещё не вошло в обиход, на экраны вышел чёрно-белый фильм ужасов о гигантских муравьях. Он назывался просто — «Они!». И он стал не просто очередным трэшем про монстров, а настоящим зеркалом эпохи, полной страха, недоверия и странного очарования атомной энергией.
Рождение идеи: от дневника до сценария
Всё началось с рассказа Джорджа Уортинга Йейтса. В нём описывалось вторжение гигантских муравьёв в Нью-Йорк — история, написанная в форме дневника. Сценарий студии Warner Bros купили за 2500 долларов в неделю, и Йейтс принялся за работу.
Но что-то пошло не так. Йейтс, вдохновлённый гонораром, создал сценарий, который невозможно было снять. «Там были муравьи, — вспоминал продюсер Тед Шердеман, — но для реализации потребовалось бы 42 миллиона долларов. Это был абсолютно бесполезный проект».
Шердеман, однако, не сдавался. Ему нравилась сама идея: муравьи — единственные существа на Земле, которые, как и люди, планируют и ведут войны. А ещё он хотел показать, как мало мы знаем об атомной бомбе и что она может натворить.
Призраки, смерть и отказ от 3D
Шердеман попросил помощи у сценариста Рассела Хьюза. Тот предложил сделать первую половину фильма детективом, а вторую — погоней за королевой муравьёв. В финале планировалось загнать монстров в парк аттракционов на пирсе Санта-Моники.
Но судьба распорядилась иначе. Хьюз успел написать всего 20 страниц, когда внезапно умер — тихо, у себя дома, перед телевизором. Шердеман дописал сценарий сам.
Тем временем в Голливуде бушевала мода на 3D-фильмы. Шердеман хотел сделать «Они!» первым стереоскопическим проектом Warner Bros. Но, как мы знаем, фильм вышел чёрно-белым и плоским. Всё из-за бюрократии и сокращения бюджета.
Как муравей из дерева спас проект
Когда Шердеман показал идею фильма помощнику главы студии Стиву Триллингу, тот был в ужасе. «Ты хочешь снять кино про этих тварей?» — спросил он, глядя на муравьёв на тротуаре.
Тогда Шердеман пригласил энтомологов из UCLA, которые сняли впечатляющий документальный фильм о жизни насекомых. Но Джек Уорнер — сам глава студии — посмотрел две минуты и вышел из зала со словами: «Кому это нужно?».
И тогда Шердеман пошёл на хитрость. Он попросил художника Ларри Мейггса вырезать из дерева трёхфутового муравья с подвижной головой. Сделали красивый футляр с бархатной отделкой. И Шердеман поставил этот ящик на стол Триллинга со словами: «Вот о чём этот фильм».
Триллинг был поражён. Он приказал срочно снять пробную сцену. Статичная модель, пара декораций — и вот уже сам Уорнер смотрит тест. На следующий день фильм запустили в производство.
Гонка за кастингом и борьба с боссом
Когда фильм был готов к съёмкам, Шердеман решил взять на главную роль Эдмунда Гвенна — того самого актёра, который играл Санта-Клауса в «Чуде на 34-й улице». Уорнер был против: «Он слишком стар!». Но Шердеман стоял на своём.
Однажды в столовой Уорнер подошёл к другому продюсеру, Дэвиду Вайсбарту, и сказал: «Ты теперь отвечаешь за этот муравьиный фильм». Шердеман был отстранён.
К счастью, Вайсбарт оставил Гвенна в проекте. И это было гениальное решение — именно его мудрый и чуть рассеянный профессор стал душой фильма.
Джеймс Уитмор (сержант Питерсон) был выбран за внешнее сходство со Спенсером Трейси, а Джоан Уэлдон — начинающая певица, замеченная на вечеринке зятем Уорнера, — сыграла дочь профессора.
Джеймс Арнесс (впоследствии Мэтт Диллон из «Дымка из ствола») сыграл агента ФБР, а Фесс Паркер — безумного лётчика, который видел крылатых муравьёв и попал в психушку.
Как муравьи двигались и почему они не стали цветными
Для фильма построили двух огромных механических муравьёв. Один был полноценным, второй — без задней части, закреплённый на стреле для мобильности. За каждым монстром стояла целая команда из 20 человек, которые дёргали рычаги и крутили ручки. Глаза муравьёв были заполнены пузырящейся смесью красных и синих чернил — они переливались и создавали иллюзию жизни.
Муравьёв покрасили в фиолетово-зелёный цвет — для цветной плёнки. Но за два дня до съёмок бюджет урезали, и фильм решили снимать в чёрно-белом. Вся цветовая гамма исчезла. Зато, как заметил режиссёр Гордон Дуглас, в чёрно-белом варианте монстры выглядели ещё страшнее.
«Это было что-то вроде репетиции ада», — шутил Дуглас. — «Ты смотришь в кадр, а за спиной муравья — 20 потных мужиков».
Юмор в аду: как смех помогает страху
Дуглас был мастером комедии — он начинал ещё с немых фильмов, работал с Лорелом и Харди. И он прекрасно понимал, что в фильме ужасов юмор необходим как контраст.
Самый яркий пример — Фесс Паркер в роли сумасшедшего лётчика. Он бегает по больнице в пижаме, кричит про муравьёв-камикадзе и тарелки. А когда учёные делают вид, что верят ему, он облегчённо выдыхает: «А то я уже начал думать, что я правда сумасшедший». Но в конце сцены агент ФБР приказывает держать его взаперти «до особого распоряжения». Жёсткая, циничная шутка — и от неё становится ещё страшнее.
«Если не дать зрителю посмеяться, он найдёт что-то другое, возможно, не то, что нужно», — говорил Дуглас.
Что получилось: философия в муравейнике
«Они!» вышли в прокат весной 1954 года. Фильм стал самым кассовым проектом Warner Bros в том году. И породил целую волну подражаний — фильмов про гигантских пауков, тараканов и прочих монстров-мутантов.
Но «Они!» отличались от них. Это была история не просто о чудовищах, а о людях, их страхах и попытках осознать, что атомная энергия может быть смертельной. Профессор в финале произносит короткую речь, которая звучит не как «глас апокалипсиса», а как тихое предупреждение.
Шердеман, который в 1945 году, услышав о бомбардировке Хиросимы, вышел на улицу и его вырвало от ужаса, вложил в фильм этот личный опыт. Ему хотелось, чтобы люди задумались.
«Я хотел сказать больше, — признавался он, — но в научной фантастике сценарий должен быть практичным».
Наследие: муравьи, которые не забыты
Спустя годы «Они!» остаётся одним из самых умных фильмов ужасов 1950-х. Он не просто пугает — он заставляет задуматься. О том, как технологии могут изменить мир. О том, как страх порождает иррациональные решения. И о том, что даже самые маленькие создания, если их изменить радиацией, могут стать угрозой для всего человечества.
И при всём при этом — это просто отличное кино. С хорошим сюжетом, живыми персонажами и теми самыми механическими муравьями, которых водили 20 человек за кадром.
«Глядя на это, — сказал один из критиков, — понимаешь: если бы не бюрократы и сокращения бюджета, фильм мог бы стать цветным и 3D. Но именно таким, чёрно-белым и грубоватым, он стал классикой».