Pop/Rock • Rock • Alternative & Indie
Released by Tapete Records •
29 May 2026 • 7 Tracks • 37m 22s
Возможно, будет преувеличением сказать, что в мире The Telescopes никогда не светит солнце. Однако можно с уверенностью заявить: на него здесь смотрят исключительно сквозь грязное окно и густые клубы марихуанового дыма. Впрочем, это не страшно. Судя по звучанию альбома Static Charge («Статический заряд»), этим ветеранам британского стоунер-психоделика вполне хватает света, чтобы вершить свои жутковатые космические дела.
Представьте себе столкновение трех звездолетов: Hawkwind в их самом мягком проявлении, Spacemen 3 на пике туманности и The Jesus and Mary Chain в их наиболее тягучем, гудящем состоянии. Так вы будете достаточно хорошо подготовлены к Static Charge («Статический заряд»). Эта мрачная, угрюмая смесь стала фирменным почерком The Telescopes на их поздних пластинках. Однако это бесконечно далеко от их альбомов восьмидесятых и девяностых годов. В те времена балом правили бескомпромиссные гитарные атаки и резкость пост-панка.
Те мягкие музыкальные отступления, что присутствовали в их творчестве с самого начала, сегодня превратились в главную магистраль. Музыкант и мультиинструменталист Stephen Lawrie остается единственной константой группы на протяжении множества ее воплощений. И хотя в его зловещих интонациях появилось чуть больше глубины, он по-прежнему звучит как тот самый звездный десантник, который отправился в это путешествие почти сорок лет назад.
Вальяжный темп, бормочущий вокал и тяжелая басовая пульсация открывающей композиции White Noise («Белый шум») задают тон всему Static Charge («Статический заряд»). Звуковой суп заметно густеет в треке 28 Grams («28 граммов»), а ритм становится еще более упоительно тягучим, словно патока. Решительный среднетемповый водоворот Revolutionary Blues («Революционный блюз») — это максимум бодрости, который вы здесь найдете. А к тому моменту, когда мы добираемся до замедленного фузз-фестиваля в Still Nothing («Всё ещё ничего»), складывается ощущение, будто у Stephen Lawrie есть особая миссия: заставить каждую долю такта занимать максимально возможное пространство.
В первой половине психоделического, эпичного закрывающего трека Desolation Grows («Опустошение растет») ритм отсутствует вовсе. В это время темные тучи медленно и угрожающе плывут над горизонтом. И когда барабаны наконец-то вступают в игру, вся композиция кажется еще глубже погруженной в болотный зной. Когда в финале трека Stephen Lawrie повторяет «Этому нет конца» (There is no end), он звучит настолько убедительно, что настоящее завершение песни и самого альбома становится полной неожиданностью.
© Jim Allen / Qobuz