— Алексей, скажи честно, у тебя случилось что-то? Может, помер кто-то? Или заболел? — Григорий Фёдорович снял очки и потер переносицу. — Ты не держи в себе, поделись.
— Да всё нормально у меня, — улыбаясь, сказал Алексей. — Но спасибо, что вы переживаете.
— Так если у тебя всё нормально, то почему ты тогда на работу опаздываешь так часто? Ты учти: если так и дальше будет продолжаться, я закрывать глаза больше не буду. Понял?
— Понял... — вздохнул Алексей. — Больше такого не повторится. Честно слово.
А когда Алексей вышел из кабинета начальника, то сразу погрустнел. Потому что он не знал, что ему делать со своей бедой...
*****
Алексей никогда не считал себя человеком сердобольным или сентиментальным.
К животным он относился ровно — без какой-либо неприязни, но и без щенячьего восторга.
Максимум его общения с фауной ограничивался голубями, нагло вышагивавшими по тротуару рядом с домом, да редкими видео с забавными енотами, котиками и собачками в интернете.
При этом ни собачником, ни тем более — кошатником он никогда не был, и становиться в ближайшее время не планировал.
Однако жизнь, как известно, умеет выписывать неожиданные кульбиты в самый неожиданный момент.
И кошатником Алексей стал не по своей воле, а благодаря соседке, которая жила на той же лестничной площадке, что и он.
Свою соседку, Клавдию Семёновну, Алексей знал поверхностно. Наверное, потому что купил квартиру в этом доме всего два года назад.
Душу свою он ни перед кем не раскрывал, да и сам ни кому не навязывался.
Пару раз Алексей помогал Клавдии Семеновне донести тяжелые сумки до квартиры, иногда по её просьбе покупал молоко и хлеб в супермаркете и лекарства в аптеке, когда ей было совсем тяжело ходить.
А вот о её жизни Алексей не знал практически ничего.
Ну кроме того, что Клавдия Семёновна живёт в квартире одна. Хотя нет… Не одна она жила.
Вместе с ней ещё жил кот. Рыжий. И упитанный, как беляш.
По всей видимости, этот кот был единственным живым существом, которое Клавдия Семёновна любила больше жизни.
Как-то соседка проговорилась, мол: «Лучше иметь одного такого кота, чем сотню таких родственников, как у неё». Родственников у неё, понятное дело, было намного меньше.
Но Алексей тогда понял главное: общаться с ними у Клавдии Семёновны нет ни малейшего желания.
Хотя в его понимании это было странно, ведь человеку нужен человек, в первую очередь, а не собака или кот.
Коты, по мнению Алексея, — вообще от природы очень наглые существа.
И он каждый раз в этом убеждался, когда встречался с котом своей соседки. А встречался он с ним обычно либо на пороге квартиры Клавдии Семёновны, либо когда выходил на балкон покурить.
Этот рыжий кот буквально сверлил его взглядом, выглядывая из окна соседнего балкона.
— Не упади только, — улыбался Алексей, глядя на кота. — Четвертый этаж всё-таки.
И каждый раз, встречаясь с Алексеем взглядом, этот рыжий кот смотрел на него с тем непередаваемым высокомерием, на которое способны только представители семейства кошачьих. А Алексей в тот момент радовался, что у него нет ни кота, ни кошки.
— Это Маркиз, — представила как-то соседка своего любимчика, — он у меня аристократ.
— Да я вижу, — усмехнулся Алексей, и пошёл к себе в квартиру.
Маркиз действительно выглядел породисто: густая шерсть, белые пятна и взгляд, полный собственного достоинства.
Однако для Алексея он был самым обычным котом — ни больше, ни меньше.
А однажды...
...однажды Клавдии Семёновны не стало. Её увезли на Скорой, но довезти до больницы не успели. Так бывает…
Соседка не дожила до своего 80-летия всего один год.
Алексей воспринял эту новость со спокойной грустью человека, привыкшего к одиночеству и мимолетности чужих жизней.
Но спустя пару дней после похорон, выходя утром на работу, он застыл в дверях.
На холодном бетоне лестничной клетки сидел Маркиз. Как ни странно, он не мяукал и не царапался в запертую дверь бывшей хозяйки.
Видимо, рыжий кот прекрасно понимал, что все это бессмысленно — его хозяйка ушла навсегда, оставив его одного. И никому он теперь даром не нужен.
Он просто сидел, глядя куда-то в пустоту, а от его аристократического лоска не осталось и следа.
Был только грустный потерянный взгляд, который явно говорил о том, что Маркиз понятия не имеет, что ему делать дальше.
Родственники Клавдии Семёновны — те самые, которых она не желала видеть, решили вопрос с наследством радикально: квартиру оставили себе, а кота просто выставили за порог и уехали, чтобы через полгода вернуться снова.
Алексей, все ещё стоя в дверях, тяжело вздохнул.
На улице было холодно, и если этот рыжий кот, который, видимо, с детства жил в квартире Клавдии Семёновны, окажется сейчас там, то вряд ли выживет.
— Ну вот и что с тобой делать, а? — спросил он, посмотрев на Маркиза.
С одной стороны — он торопился на работу, с другой — ему было жаль этого пушистого аристократа, который после диванный жизни на улице не протянет и трех дней.
— Вот же ж… подарочек от Клавдии Семёновны, — снова вздохнул Алексей, подходя ближе к коту.
А тот…
…впервые посмотрел на него без высокомерия — кажется, в его глазах застыло выражение мрачной обреченности.
Алексей посмотрел на часы, затем подхватил тяжелого кота и занес в свою квартиру.
Опустив его на пол в прихожей, он быстро выпалил:
— Осваивайся пока. Я на работу. Вечером разберемся, что с тобой дальше делать. Но чтобы порядок был в квартире, понял меня?
А поскольку вечером Алексей так и не придумал, что ему делать с котом, то с того дня они стали жить вместе.
И если бы кто-то спросил у Алексея, почему он решил забрать этого кота себе, он бы, наверное, лишь пожал плечами и сказал: «Обстоятельства так сложились».
Решение оставить кота соседки себе было принято ещё и потому, что сам кот оказался довольно воспитанным и аккуратным. Он не портил мебель, не орал по ночам, не пытался сбежать.
Маркиз был идеальным пушистым квартирантом, предпочитая целыми днями спать на диване или подоконнике, изредка нарушая тишину презрительным фырканьем на голубей.
Единственное, что не давало покоя Алексею — имя кота.
Уж больно оно было «кричащим». Ему бы больше подошло что-то попроще: вроде Апельсина или Персика.
Но менять имя коту Алексей всё-таки не стал, дабы не травмировать кошачью психику.
«Маркиз так Маркиз» — махнул Алексей рукой.
Рыжий кот, казалось, это оценил. И даже стал смотреть на своего нового хозяина с большей теплотой и любовью.
И в целом можно сказать, что всё у них было очень даже неплохо, если бы не одно «НО».
Дело в том, что Алексей с трудом просыпался по утрам и часто опаздывал на работу.
И не время от времени, а каждый день.
Необходимость вставать в шесть утра, чтобы не попасть в утреннюю пробку, превратилась для него в ежедневную «пытку».
Даже его мозг выработал защитный механизм: он просто перестал реагировать на звук будильника.
В результате Алексей вставал всегда позже, чем надо и…
…утренние сборы превращались в самый настоящий хаос.
Он впрыгивал в джинсы, на ходу глотал обжигающий кофе, затем хватал ключи от машины и вылетал за дверь, не замечая ничего вокруг.
В том числе — и голодного взгляда Маркиза.
— Мя-я-яв! — требовательно и басовито разносилось по пустой квартире, когда дверь за хозяином захлопывалась.
Но этот возмущенный кошачий крик Алексей, быстро спускаясь по лестнице, уже не слышал.
В итоге кот до самого вечера оставался голодным. Только приходя домой, Алексей вспоминал о том, что опять не покормил своего кота, и просил у Маркиза прощения.
— Маркиз, блин, прости! — растерянно бормотал он.
А потом насыпал ему двойную порцию в качестве моральной компенсации. Ну нужно же ему было как-то загладить свою вину перед котом.
Маркиз, естественно, принимал и извининения, и компенсацию, но вот проблема не решалась.
На следующее утро Алексей сломя голову летел на работу и, как всегда забывал покормить кота.
А у Маркиза, между прочим, режим. Он должен есть минимум два раза в день. Его так бывшая хозяйка приучила.
«И что делать с этим рассеянным человеком?» – вздыхал рыжий кот, лежа на подоконнике и высматривая хозяина.
В общем, это всё повторялось изо дня в день: утренняя гонка, забывчивость, голодный день и вечернее переедание.
И с этим надо было уже что-то делать.
Ну нельзя так жить, ей-богу! И даже не только потому, что Маркиз оставался целый день голодный, а еще и потому, что у Алексея из-за его опозданий уже даже проблемы на работе появились.
Он сам об этом коту рассказывал.
Несколько раз его даже начальник к себе вызывал — спрашивал про жизнь и «не случилось ли чего?».
Алексей на эти вопросы отвечал всегда одинаково: «Мол, спасибо, Григорий Фёдорович, за беспокойство, у меня всё нормально».
— Ну так если всё нормально, то почему ты опаздываешь постоянно? — спросил он у Алексея.
На это Алексею нечего было ответить.
— В общем, давай мы с тобой сразу договоримся, — Григорий Фёдорович снял очки и устало потер переносицу. — Сотрудник ты, конечно, хороший, но за грубые нарушения трудовой дисциплины я буду штрафовать тебя. Как, собственно, и других сотрудников. Правила такие… И они одни для всех.
А потом наступил понедельник.
Будильник, как всегда, проорал в пустоту. Алексей вскочил позже обычного и, как угорелый, стал носиться по квартире.
Он уже накинул куртку и завязывал шнурки, когда вдруг заметил, что привычной суеты у ног нет.
Маркиз не путался под ногами, не терся о штанину, напоминая о своем существовании.
Он сидел на кресле в гостиной и смотрел на Алексея странным, почти осмысленным взглядом.
И в этом кошачьем взгляде читалось не требование, а, скорее, терпеливое ожидание. Вот только ожидание чего? Этого Алексей так и не понял.
Да и некогда ему было, если честно. Он ведь на работу опаздывает. Не до ребусов сейчас.
Алексей выскочил на лестничную площадку, хлопнув дверью, и тут же, громко ругаясь, вернулся.
Забыл взять ключи от машины.
Он уже протянул руку к тумбочке, на которой они обычно лежали, и очень удивился, когда понял, что ключей на тумбочке нет.
Алексей похлопал по карманам, заглянул в ванную, прошелся по комнатам. Ничего. Не единого намека на то, где они могут быть.
Он посмотрел на часы и тяжело вздохнул. Видимо, сегодня он снова опоздает.
И снова ему выпишут штраф за нарушение трудовой дисциплины. Если так и дальше пойдет — он вообще без зарплаты останется.
В отчаянии Алексей поднял глаза на кота. Маркиз не двинулся с места, но в его глазах…
…что-то Алексею в этом взгляде показалось странным. Маркиз будто знал, где лежат ключи от машины.
— Ну и где они? Это ты их взял? — спросил Алексей у кота. — Возвращай их обратно, я же на работу опаздываю. Еще несколько штрафов, и мне не на что будет даже тебе корм купить!
Кот спрыгнул с кресла и важной походкой направился на кухню, где остановился рядом с пустой миской.
— Ах, вот оно что! — хлопнул себя по лбу Алексей. — Понятно всё с тобой. Каюсь — забыл опять про тебя.
Он быстро насыпал коту корм, после чего Маркиз гордо принес ему в зубах ключи от машины.
Инцидент можно было бы списать на случайность, но на следующее утро всё повторилось с пугающей точностью.
Ключи от машины таинственным образом исчезли с тумбочки. И на второй день то же самое. И на третий.
И даже на четвертый... И пока Алексей не насыпал корм в миску, Маркиз ключи не отдавал.
И всё вроде бы хорошо, если бы не одно НО. Дело в том, что Алексей стал еще чаще опаздывать на работу.
Почему?
Да потому, что утренние переговоры с котом отнимали еще больше времени.
Поэтому, приходя с работы, Алексей стал класть ключи в другое место, чтобы кот не видел.
Но Маркиз чудным образом их находил, и всё возвращалось на круги своя. А однажды Алексей так спрятал эти ключи, что на следующее утро и сам не мог вспомнить, куда вчера положил их.
Он минут пятнадцать ползал по квартире на коленях, заглядывая то под диван, то под шкаф, то в мойку, в которой стояла немытая с вечера посуда. Маркиз ползал вместе с Алексеем.
Только ключи он не искал. Ему просто нравилось валяться на ковре рядом с хозяином.
— Слушай, пушистый ты манипулятор, — взмолился, наконец, Алексей. — Помоги эти ключи найти. Будь другом. А я тебе пока корм насыплю. По рукам?
Маркиз, видимо, поняв, что хозяин дошел до нужной кондиции, отвел его к грязному белью в ванной, где ключи лежали в кармане джинсов.
А потом громким мяуканьем напомнил хозяину о его обещании покормить его.
Алексей, посмотрев на часы, хотел выругаться, но тактично промолчал. И обещание своё выполнил.
А потом…
…потом Алексей просто понял, что хватит уже страдать ерундой, и первым делом, когда он просыпался, насыпал сначала корм в кошачью миску, а только потом начинал собираться на работу.
И ключи от машины удивительным образом оставались лежать на своем месте — на тумбочке. И опозданий стало меньше.
А еще через некоторое время Маркиз неожиданно стал засыпать рядом с хозяином.
Алексей сначала не понял, зачем он это делает, ведь раньше они прекрасно спали по разным комнатам.
Однако прогонять Маркиза не стал. А потом начались странности. Или правильно сказать — чудеса…
Во сколько бы Алексей не ложился спать, а чаще всего он ложился поздно, наутро он чувствовал себя «как огурчик» — бодрым и свежим, словно проспал не пять часов, а все десять.
А самое удивительно было то, что Алексей стал просыпаться вовремя. Точнее — это Маркиз его поднимал. Примерно за десять минут до будильника.
И не встать было нельзя, потому что если Алексей начинал вдруг закутываться в одеяло или накрывать голову подушкой, то его любимый рыжий кот кусал его за пятку. Да так, что кричать хотелось от боли.
И Алексей кричал.
— Маркиз, блин!
А потом смотрел на часы и понимал, что пора вставать: умываться, чистить зубы, делать себе кофе и… конечно же, кормить кота.
И после этого Алексей вообще перестал опаздывать на работу. Наоборот, умудрялся даже приходить раньше своих коллег.
А поскольку он теперь высыпался как никогда раньше, то улучшилась и его работоспособность. Начальник даже стал премии выписывать регулярно.
— Эх, не зря говорят, что без кота и жизнь не та, — улыбнулся Алексей, беря Маркиза на руки, когда тот встречал его возле двери вечером. — Ну что, пойдем ужинать?
— Мяв! — радостно отвечал Маркиз.
И пока хозяин готовил ужин, периодически «сбегая» на балкон на пять минут, Маркиз думал о том, что пора бы уже отучить Алексея от еще курения.
Но это, как говорится, совсем другая история. Хотя можете даже не сомневаться — закончится она победой Маркиза. А кто сомневается, тот просто не знает котов.
Они всегда добиваются своего.