В разбитой Германии в конце войны нашли два образца. Сверхтяжёлый "Маус" и самоходка "Ягдтигр" несли 128-мм пушку, прошивавшую на тот момент любой танк союзников насквозь.
Стало понятно, что дальше броню придётся не подращивать понемногу, а делать резкий рывок. Иначе встреча с таким орудием не оставляла шансов. Ответом на этот вызов и стал ИС-7.
За дело взялось бюро Жозефа Котина в Ленинграде. Идею нового тяжеловеса нарком танковой промышленности Малышев сначала не поддержал, и Котин пошёл за помощью прямо к Берии, и тот вопрос решил.
С начала 1945-го прорабатывали сразу несколько вариантов, они различались мотором и трансмиссией. Летом из этих набросков родился "Объект 260", получивший имя ИС-7. Доводить машину поручили Николаю Шашмурину, за плечами которого были СМК, КВ и ИС-2.
Броня, которую не брало вообще ничего
Лоб корпуса собрали из 150-мм плит, поставленных под таким наклоном, что снаряд встречал уже не 150, а около 350 мм приведённой толщины.
Спереди машину прикрывал "щучий нос", трёхгранный клин, по которому болванки соскальзывали, не находя прямого угла.
Литая башня вышла приплюснутой и низкой, со лбом до 210 мм и маской орудия в 350 мм. Нижнюю часть бортов делали гнутой, с заваленным внутрь профилем, заодно такой завал отводил энергию взрыва, если танк наезжал на мину.
На полигоне по корпусу и башне били из той самой немецкой 128-мм, что пугала всех в 1945-м. Не пробили. Тогда выкатили собственную 130-мм пушку ИС-7 и выстрелили в башню в упор. Броня выдержала и это.
Машину невозможно было взять даже её же орудием, мощнее которого в этом калибре в мире просто не существовало. Заодно ИС-7 стал первым танком, которому была нипочём немецкая 128-мм.
Орудие, выросшее из корабельного
Главным оружием стала 130-мм нарезная пушка С-70 со стволом почти в 7,5 м. Баллистику она унаследовала от морского орудия Б-13, какие ставили на эсминцы.
Снаряд весом 33 кг летел так, что с километра прошивал около 230-280 мм брони. Для сравнения, знаменитая 88-мм пушка "Королевского тигра" по пробитию была похожей, но её снаряд весил втрое меньше.
Прицел работал отдельно от пушки, со стабилизатором, орудие само доводилось до линии прицеливания и стреляло. Для нашего танкостроения такое было впервые.
Заряжали тоже не руками. Снаряды раздельные, тяжёлые, поэтому в экипаж добавили второго заряжающего, а подачу сделали механизированной, по образцу корабельных установок.
С этим механизмом пушка выдавала до 5 выстрелов в минуту, а вручную такими снарядами заряжающие осилили бы едва один.
К орудию добавили 8 пулемётов, 2 из них крупнокалиберные 14,5-мм. Почти все наводились дистанционно, изнутри машины, через пульты, так что стрелять можно было, не высовываясь под огонь.
68 т, которые бегали как средний танк
От такой брони и орудия машина раздалась до 68 т, тяжелее в советском танкостроении не делали ничего. Громадина с таким весом должна была еле ползать, а ИС-7 разгонялся до 60 км/ч по шоссе, быстрее средних танков той поры.
Мотор взяли готовый, морской, он раньше стоял на катерах, оттого и вышел таким крупным, самым большим танковым двигателем за всю нашу историю. Из-за его размеров пришлось переделывать подвеску, иначе корпус получался слишком высоким.
Нужного дизеля на 1200 л.с. под рукой не было, и первые образцы гоняли на временном моторе, переделанном из авиационного. Позже поставили морской М-50Т на 1050 л.с.
Управлялся этот тяжеловес на удивление легко за счёт гидроусилителей, испытатель Кульчицкий поражался, насколько послушна машина и насколько коротким движением рычага идёт переключение. Запас хода доходил до 300 км.
Зарубежные одноклассники тех лет вышли тяжёлыми, но медлительными. Американцы возились со своими 70-тонными Т29 и Т30, англичане построили 79-тонную "Черепаху", которая по просёлку едва вытягивала 6 км/ч. Ни один в строй так и не встал.
Сочетание толстой брони и настоящей подвижности, которое выдал ИС-7, на Западе смогли повторить только в конце 70-х, с "Леопардом-2". А орудие, способное наверняка пробить ИС-7, появилось у них с тем же опозданием лет на 30.
Хотели понять, что почувствует человек при прямом попадании в броню. В танк на места людей усадили собак и открыли по корпусу огонь снаружи. Животные не пострадали.
Почему сказали "нет"
Подвели те самые 68 т. Такой вес ломал обычные мосты, машина не вписывалась в железнодорожные платформы, а вытащить её, если застряла, было отдельной мукой, тягачей под такую массу попросту не хватало.
В мирное время возить и обслуживать такого гиганта оказалось дороже и сложнее, чем держать его в строю. Даже прими его на вооружение, в большую серию такую машину промышленность всё равно не вытянула бы.
Добавились и поломки на испытаниях. При обстреле одной из машин снаряд прошёл вдоль борта по касательной и сбил подвеску, приваренную некрепко, вместе с ней с днища сорвался и опорный каток.
На другой во время пробега загорелся мотор, уже выработавший свой срок. Система пожаротушения сработала дважды, но огонь не сбила, танк выгорел дотла. Экипаж успел выскочить.
18 февраля 1949 года вышло постановление, запретившее разрабатывать тяжёлые танки массой больше 50 т. ИС-7 не влезал в эти рамки на целых 18 т. Заказ на партию в 50 машин, который Кировский завод только-только получил, отменили.
Все наработки, подвеску, мотор, компоновку, забрали в новый танк полегче, будущий Т-10. Тот весил под полтинник, пошёл в серию и прослужил в войсках 40 лет, до 1993 года.
Из всех собранных ИС-7, а их было около 6, до наших дней дожил один. Образец 1948 года стоит в танковом музее в Кубинке. А его 130-мм пушка С-70 до сих пор считается самым мощным орудием, какое когда-либо ставили на танк.