Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Эй, Ветер!

Июнь 2026. Всё проходит

Надо здесь для раскрутки канала сделать пять публикаций.
И я решила, чтобы заполнить эфир несколько стихотворений принести.
Ничего не могла выбрать.
Как будто эти стихи не имеют ко мне отношения.

Надо здесь для раскрутки канала сделать пять публикаций.

И я решила, чтобы заполнить эфир несколько стихотворений принести.

Ничего не могла выбрать.

Как будто эти стихи не имеют ко мне отношения.

В них заперты как в склянке воспоминания. Мучительное ожидание, часто алкоголь.

Возвышенные моменты, такие, на разрыв. И в то же время я почти ничего не помню.

Вот встретишь этого человека, которого так сильно когда-то любила.

И ничего не ёкнет!

Люблю уже другого.

И эта другая, новая история была куда ярче и счастливее предыдущей.

Неужели и она тоже кончится?

Расстанемся, и память останется только в стихах, переписках.

Первые года три я любила наши переписки перечитывать.

И когда ватсап перестал работать, было чувство невосполнимой утраты!

Как же так?!

Пропадет наша история - переписки эти все уже не почитать!

Сохранила чаты.

И где-то там они в старом телефоне есть. Который нужно заряжать, без зарядки может уже и не включится.

Прошло еще несколько лет и даже и не ощущаются как потеря эти пропавшие переписки.

И люди, которые были важны настолько, что казалось без них не жизнь, тоже становятся не важны.

Говорят, время лечит.

Я пожалуй не согласна, что можно вылечить эти разорванные, изжившие себя связи.

Время стирает.

Время уносит течением прочь.

А стихи остаются, как вещь в себе.

Упоминание боли, которая уже не ощущается.

Память о той мне, которая так мучительно ждала, тепла, любви, возможности любить самой.

Была ли в этом какая-то ценность?

В словах, во мне?

Эта ценность всегда для кого-то другого, для того, кому есть до меня дело. Если разделить. Продлить дальше.

А для меня одной, пожалуй нет.

Московский мотылек почти счастливый, жутковатый!
Московский мотылек почти счастливый, жутковатый!

Закрою глаза. Опрокинется солнце.

Боль станет немыслимой. Невыносимой.

Усталое сердце зайдётся-сорвётся.

Время безжалостно двинется мимо.

Прощается август. За окнами осень.

Я выживу. Странно. Кому это нужно?

Оставлю в покое тебя. Успокоюсь.

И буду жить дальше - то лучше, то хуже.

И заново с кем-то расставлю фигуры.

Но как наваждение: всё уже было.

Губам моим имя привычное: Юра.

Стриженый твой беззащитный затылок...

Как наваждение: жить с нелюбимым.

Что-то погасло. Уже не зажечь мне.

То по инерции - вроде бы легче.

То снова немыслимо. Невыносимо.