В начале 80-х мир балансировал на грани ядерной катастрофы. СССР находился в состоянии холодной войны с западными странами, а это негативно сказывалось и на спортсменах. Поэтому сообщение о том, что суперзвезда НХЛ Уэйн Гретцки летом 1982 года посетит Москву, стало большой сенсацией. Спустя годы, в нашей стране его называли самым нетипичным канадцем, и учитывая его славянские корни, ласково именовали на русский манер – Ваня. В том, что на хоккейном небосклоне зажглась звезда Уэйна Гретцки, специалисты во всём мире увидели знамение того времени. Многолетнее соперничество ведущих хоккейных школ удачно совпало с мировым признанием молодого мастера, органично сочетающего в себе черты обоих направлений в хоккее. Приехал Гретцки в СССР не просто так, ради развлечения. И уж тем более не для того, чтобы налаживать связи между двумя странами. Канадская кинокомпания «Филм спорт» задумала выпустить серию короткометражек о наиболее популярных и узнаваемых спортсменах планеты, причём, по задумке авторов, в каждом случае выступают два героя – канадец и зарубежный атлет. Подбор кандидатов на главные роли, задача, конечно, не из лёгких, ведь достойных персон ох как немало. Да и как определить, кто более других волнует публику. Первый шаг, однако, проблем не вызвал. Начать было решено с хоккея. Кого выбрать из канадцев? Разумеется, Уэйна Гретцки. А из европейцев? Ясное дело, Владислава Третьяка!
К этому времени Третьяк был в Канаде не менее популярен, нежели сам Гретцки. Ещё одиннадцатилетним мальчишкой, во время эпохальной Серии 1972 года, Уэйн познакомился с советским хоккеем, и игра нашего вратаря его буквально заворожила. «Третьяк! Третьяк парализовывал наших грозных бомбардиров, будоражил публику, восхищал меня», - с восторгом говорил советским журналистам Гретцки. «Но моё амплуа было уже определено, и потому любимым игроком в советской команде, всё-таки, стал Якушев. После первого матча, сенсационно выигранного вашими со счётом 7:3, Третьяк давал по телевидению интервью. Вдруг мой дедушка позвал меня к себе в комнату и стал синхронно переводить слова одного из героев матча. А потом он, выходец из России, состряпал борщ, лапшу, пироги с капустой, которые с той поры, как праздник, появлялись на семейном столе». Съёмки планировалось проводить в Москве – для этого пришлось задействовать даже дипломатические ведомства двух государств – непростые времена были. По сценарию главные события развивались, естественно, на льду, где хоккеисты вместе тренировались, готовились к новому сезону, делились опытом с воспитанниками детских школ. Поработать консультантом в картине пригласили Анатолия Фирсова. «Гретцки – это на 75 процентов наш хоккеист», - дал свою оценку канадскому спортсмену Фирсов. «И будет он ещё прибавлять и прибавлять в мастерстве». В поездке Уэйна сопровождали родители, братья с сестрой, бабушка и любимая девушка. В общем – клан Гретцки в полном составе. Гости с удовольствием гуляли по Москве, посетили Кремль, Третьяковскую галерею, спустились в метро. И ближе к окончанию визита, когда канадец откровенно заскучал, ему поступило предложение поехать домой к Владиславу Третьяку. Киношники быстро смекнули, что кадры в домашней обстановке будут как нельзя кстати.
Вратарь ЦСКА тогда жил на улице Правды в восьмиэтажном доме. Когда автомобиль с Гретцки въехал во двор, канадец испытал смешанные чувства. «Такой огромный дом и весь твой?», – удивился он. Звезда «Эдмонтона» уже тогда получал огромные деньги, но даже он себе такие хоромы позволить не мог. «Нет, что ты, у меня здесь только квартира», - поспешил успокоить его Третьяк. Встретили заокеанских гостей (а вместе с Уэйном приехали братья и подруга), как и положено, с широтой размаха, хлебосольно, по-русски. Стол ломился от изобилия. Но самым главным «номером» ужина стала русская водка. И хотя Третьяк к спиртному был совершенно равнодушен, объяснил канадцу, что по законам гостеприимства он обязан хотя бы пригубить национального русского напитка. «Нет, я водку не пью», - «отрезал» Гретцки. «Предпочитаю шампанское с мороженым». «Ну тогда и в гостях тебе делать нечего», - пошутил Третьяк. «Раз так, тогда давай свою водку», - ответил Гретцки, и оба рассмеялись. До этого дня Уэйн 40-градусную никогда не пробовал. Поэтому хозяевам пришлось провести с «новичком» небольшой инструктаж. Мол, с непривычки будет трудно – давай залпом не дыша, и сразу запьёшь пепси-колой. Первую выпили, потом второй тост – за хоккей! А когда Третьяк сказал, что третью рюмку у русских принято выпивать за женщин, Гретцки уже себя не сдерживал. Между тем, больше решили не экспериментировать со здоровьем канадского хоккеиста. Ведь был уже у Третьяка неудачный опыт. Дело было в Германии, где Владислав летом проводил занятия в хоккейной школе. Один из немецких тренеров тоже водку раньше не пил, но всегда мечтал попробовать национальный русский горячительный напиток. Первая, вторая. Третью рюмку немец мастерски забросил себе за спину, читал, дескать, так поступают гусары. Но после четвёртого захода его развезло так, что бедолага не смог удержаться на стуле и рухнул прямо на пол. Разразился нешуточный скандал, который не сразу удалось уладить. Памятуя об этом, Третьяк не хотел, чтобы нечто подобное произошло ещё раз. Вернувшись на родину, Уэйн Гретцки делился с прессой впечатлениями о поездке в столицу СССР: «В Москве я впервые в жизни попробовал русскую водку – и с изумлением узнал, сколько её, оказывается, можно выпить. Никто в мире не пьёт столько, сколько русские. Увидев, как «держат удар» могучие русские люди, я понял, что по сравнению с этим выиграть Кубок Канады 1981 года для них было пустячным делом!»
Подписывайтесь на наш канал, впереди Вас ждёт много интересного…