Представьте себе стакан, в прозрачном стекле которого застыл целый мир - крошечный пейзаж с деревьями, птицами, гуляющими дамами и кавалерами. При этом картина не нарисована на стекле, а словно парит внутри стекла, как-будто собранной из мха, соломы, бумаги и ниток. Кажется, что это описание современного арт-объекта или голографической инсталляции.
Но это реальность начала XIX века. Так выглядит загадка русского стеклодува - стаканы крепостного мастера Александра Вершинина. Более двухсот лет они восхищают и ставят в тупик специалистов, а секрет их создания до сих пор полностью не разгадан.
История начинается в 1764 году, когда пензенский помещик Алексей Бахметев основал в селе Никольское (ныне город Никольск) хрустальную фабрику. Предприятие быстро стало одним из лучших в России, а его продукция не уступала зарубежным образцам. На этом заводе более ста лет работала семья крепостных Вершининых, и представители этой династии были мастерами и управляющими с конца XVIII до начала XX века.
Александр Петрович Вершинин начал как лучший мастер завода. Он был не просто стеклодувом - проявил себя как химик, но и как блестящий живописец. Вершинин выполнял заказы для императорской семьи: сервиз для великого князя Александра Павловича и его жены, сервиз на 70 персон для царского двора, бокалы, посвящённые Отечественной войне 1812 года. За отличную работу император Александр I пожаловал ему золотые часы.
Но мировую славу мастеру принесли не парадные сервизы, а простая посуда, которую сейчас называют просто - стаканы Вершинина. Тогда их именовали «кунштюками» - от немецкого Kunststück, что означает «произведение искусства» или «хитрость», «фокус». Это были не предметы быта - из них не пили. Такие стаканы дарили как ценные сувениры и хранили в домах в качестве украшения и повода для восхищения.
В чем же секрет этих изделий с пейзажем внутри стекла? Главная особенность каждого такого стакана - двойные стенки. В узком пространстве между прозрачными слоями стекла помещена миниатюрная объёмная композиция. Её детали изготовлены из самых разных материалов: камешков, мха, соломы, цветных ниточек, раскрашенной акварелью бумаги. Сюжеты не повторяются: на одном стакане - усадьба Бахметевых с господским домом, крестьянскими избами, гуляющими гостями, детьми и птицами на ветках, на другом - сельский пейзаж или цветы.
Долгие годы специалистов мучил главный вопрос: как Вершинину удавалось поместить хрупкий макет между стеклянными стенками? Ведь стеклодувы работают с расплавленным стеклом, где материал нагревался и плавился. Температура обработки стекла достигала 900°С, тогда как бумага, мох и солома воспламеняются при гораздо более низкой температуре.
Разгадка пришла, когда исследователи получили стакан с небольшим сколом на ободе. Оказалось, что изделие состоит из двух отдельных стаканов: внешнего с прямыми стенками и внутреннего с загнутым наружу бортиком. Но и это открытие породило новые вопросы.
Как мастер прикреплял свои макеты к стеклу? На прозрачных стенках не видно ни следов клея, ни каких-либо креплений . Как удавалось вставить один стакан в другой с минимальнейшим зазором, чтобы композиция не сдвинулась? И как соединить края - запаять или загерметизировать их так, чтобы не повредить хрупкое содержимое?
Существуют лишь теоретические предположения. Одна из самых красивых версий говорит о том, что в качестве клея использовали лёд: картинку наносили на мокрую поверхность и замораживали, после чего вставляли второй стакан, а когда лёд таял, макет оказывался зафиксированным на месте. Для соединения краёв могли использовать мастику или даже фосфор, который при поджигании давал локальный нагрев, достаточный для сварки стекла. Однако это лишь догадки - секрет точной технологии Вершинина утерян навсегда.
Стаканов Вершинина сохранилось немного. По разным данным, в музейных собраниях России находится от шести до восьми таких экспонатов, а во всём мире их насчитывается около двадцати. Они хранятся в Государственном историческом музее, в музее-усадьбе «Кусково», в Музее В.А. Тропинина в Москве, в Нижегородском музее-заповеднике, а также за рубежом - в Корнингском музее стекла и Метрополитен-музее в Нью-Йорке.
На аукционах за эти раритеты платят огромные деньги. В 2000 году на лондонском аукционе Christie's стакан Вершинина был продан за 28 тысяч фунтов стерлингов (около 45 тысяч долларов) при первоначальной оценке в 10–15 тысяч.
Трагическая страница истории этих артефактов - кража в 1996 году. Из Никольского музея стекла и хрусталя пропал стакан с видами усадьбы Бахметевых и личной подписью мастера: «Ра. Александръ Вершининъ, № 10, 1802 г.».
Это был единственный экспонат, чьё авторство было подтверждено документально. Похитители действовали поразительно ловко, вынеся из витрины только этот стакан и не задев хрупкие предметы вокруг. Преступление до сих пор не раскрыто, а судьба шедевра неизвестна.
Стаканы Вершинина - это еще один символ русского мастерства, когда крепостной умелец, не имея образования, сумел создать технологию, опередившую время. Многочисленные попытки подражателей воспроизвести вершининские стаканы не увенчались успехом ни при жизни мастера, ни спустя столетия. Возможно, именно эта неразгаданная тайна и делает их вечными - застывшей в стекле загадкой, которую мы можем только рассматривать и восхищаться ею.