В санскритской поэзии есть удивительный мотив — дохада.
Деревья, по этому поэтическому условию, имеют свои прихоти, свои желания, и зацветают лишь тогда, когда прекрасная женщина их исполнит.
Ашока распускается от прикосновения её ноги.
Тилака — от одного взгляда.
А бакула…
Бакула жаждет вина из уст красавицы.
Поэт Калидаса написал эти строки в «Мегхадуте» полторы тысячи лет назад.
Бакула в санскритской традиции — дерево шрингари, чувственное, любовное: оно расцветает от поцелуя, смешанного с вином.
И поэты называли её Мадхугандха — «медовый запах».
Даже само имя играет этим хмелем.
По-бенгальски бьякул — «истомлённый, изнывающий», а бакул — наш цветок.
И Тагор пишет строку, где одно перетекает в другое:
«на изнывающих цветах бокула шмель, опьянев, теряет дорогу».
По одной из традиций, Кришна играл на флейте под деревом бакулы на берегу Ямуны, и пастушки-гопи, заслушавшись, не могли уйти. По другой легенде богиня Весна создала дерево индийской мушмулы, чтобы ее ароматом очаровать Шиву.
И, конечно, поэт Тагор.
Бокул проходит через всё его творчество.
Есть знаменитая весенняя песня, где рассветный ветер месяца вайшакха приносит в уголок засыпающего сознания ритм чьих-то любимых шагов — и «аромат бокуловой гирлянды, тронувший самый край полудрёмы».
Запах здесь — хранитель памяти и любви.
То, что приходит само собой.
На рассвете.
Из полусна.
А в 1909 году в Калькутте — в городе Тагора — парфюмерный дом Kundu & Chatterjee с Корнуоллис-стрит давал в газете рекламу духов под именем Махараджа Бакул:
«самый сладкий индийский аромат, который любят даже боги и богини».
Боги, судя по всему, были согласны с поэтами.
…Обо всём этом я думаю, держа флакон в руке.
Калидаса и Тагор отдали цветку свои прекрасные строки.
А я — здесь, в Ярославской области, за тысячи вёрст от Ганга и Ямуны, — чувствую, как тот же крошечный индийский цветок пахнет мне отцовской дикой грушей, компотом из перезревших груш, летом и детством.
Вот что умеет аромат.
Он переносит память через континенты и века — и находит в незнакомце ту же самую нежность.
Может быть, поэтому бакула — дерево тайного желания и долгой памяти — была любима богами, поэтами и каждым, кто хоть раз на рассвете поднял с земли упавшую душистую звёздочку.