Кровавая жатва «Матросской тишины»
Они привели танки в Москву и считали себя спасителями страны, а через неделю оказались в знаменитом СИЗО. Бывший глава КГБ боялся, что его отравят витаминами. Экс-премьер-министр на глазах у конвоя уплетал красную икру и отказывался делиться. А самый пожилой маршал, прошедший войну с 17 лет, так и не понял, за что оказался за решёткой. Члены ГКЧП — одни из самых знаменитых узников «Матросской тишины». В 1991 году они оказались по ту сторону закона, в тех самых камерах, куда сами отправляли «врагов народа».
Красная икра в камере
«Матросская тишина» является СИЗО с вековой историей и репутацией неприступной крепости. За всё время существования из него удалось сбежать лишь однажды - киллеру Александру Солонику в 1995 году . Но в 1991 году, сразу после августовского путча, сюда привезли особенных заключённых.
Среди них был Валентин Павлов, бывший премьер-министр СССР. В народе его запомнили по денежной реформе 1991 года, после которой купюры стремительно обесценивались.
В «Матросской тишине» он оказался вместе с уголовником, которого за полосатую футболку прозвали Матроскиным. По свидетельству очевидцев, Павлов быстро освоил блатной жаргон и даже умудрялся вписываться в тюремную иерархию .
Но больше всего поражал его рацион. В передачах ему привозили красную икру. Экс-премьер, устроившись на нарах, намазывал её на хлеб и ни с кем не делился. Омоновцы, дежурившие в корпусе, сами перебивавшиеся макаронами, не выдерживали такого зрелища. Они вне графика врывались в камеру и устраивали «шмон», заставляя Павлова стоять на коленях лицом к стене .
А однажды в марте 1992 года Павлову разрешили даже выйти из СИЗО на похороны матери. Вместе с ним на Пятницкое кладбище отправились около сорока офицеров внутренних войск, две машины ГАИ и несколько «рафиков» с людьми в штатском. Начальник СИЗО лично сопровождал бывшего премьера. Тот провёл у могилы около часа, без наручников .
Крючков и «отравленные» витамины
Владимир Крючков был в недавнем прошлом всесильный глава КГБ, идейный вдохновитель путча и отбывал срок в самой сумрачной камере. Он почти не выходил на свет, напоминая летучую мышь, и постоянно что-то строчил в тетрадь, готовясь к процессу .
У чекиста был странный страх. Он категорически отказывался от витаминов, которые выдавали заключённым, и убедил своих сокамерников сделать то же самое. «С витаминами могут дать какую-нибудь гадость», — объяснял Крючков. Старый чекист знал о таких методах не понаслышке.
Впрочем, духа Крючков не терял. Однажды он сказал омоновцам, конвоировавшим его: «Мне нравится, как вы служите. Когда выйду, возьму вас к себе!» Крючкова освободили из-под стражи в декабре 1992 года под подписку о невыезде .
Язов: «дед», помолодевший в тюрьме
Дмитрий Язов — маршал, министр обороны, участник Великой Отечественной — оказался в «Матросской тишине» самым пожилым узником. Омоновцы уважительно называли его «дедом». Однажды на прогулке Язов заметил, как на морозе переминается рядовой охраны. «Пошли внутрь, служивый», — скомандовал маршал, сократив свою прогулку ради солдата.
Когда у него кончились сигареты, он не стал просить у сокамерников, предпочтя четыре дня продержаться без курева. Охрана запомнила его как человека, не потерявшего достоинства даже в камере .
Но была у этой истории одна курьёзная деталь. Год рождения Язова — 1923. Но в 1941 году, когда началась война, он приписал себе лишний год, чтобы попасть на фронт. И когда в «Матросской тишине» следователи начали допрос, они ухватились за это: «Вы же изменник! И вдобавок врун! Вам не 18, а всего 17 было, когда вы на фронт пошли!»
Язов предложил проверить. Метрику нашли только через два месяца в Новосибирском архиве. Копию принесли следователю. Так заключённый на год «помолодел» в камере .
Стихи из «Матросской тишины»
Анатолий Лукьянов формально не входил в ГКЧП, но как председатель Верховного Совета СССР подписывал "те самые" бумаги. Он оказался в «Матросской тишине» вместе с остальными. Но нашёл необычный способ справляться с заключением — он писал стихи.
Сокамерники по тюремным прогулкам видели, как Лукьянов, устроившись на нарах, что-то вдохновенно строчил в общую тетрадь. Сборник его стихов, написанных в неволе, позже вышел в свет. Название было правдивым — «Стихи из тюрьмы» .
Узники, не дожившие до приговора
В «Матросской тишине» сидела целая плеяда высокопоставленных путчистов — начальник 9-го управления КГБ Юрий Плеханов, секретарь ЦК Олег Бакланов, аграрий Василий Стародубцев и другие. Им создали особые условия: в камерах было разрешено сидеть по двое-трое .
Но система дала сбой: некоторые не выдержали тюремного режима. Первый заместитель Крючкова Виктор Грушко перенёс в камере два инфаркта . Секретаря ЦК Олега Шенина трижды оперировали прямо в СИЗО .
Министр внутренних дел Борис Пуго решил свою судьбу иначе — 22 августа 1991 года, на следующий день после провала путча, он застрелился вместе с женой .
Суд, которого не было
Уголовное дело против членов ГКЧП и их пособников насчитывало множество томов. Их обвиняли в измене Родине и захвате власти. Процесс должен был быть показательным. Но до суда никто из них не дожил — в том смысле, что суда не состоялось .
К январю 1993 года всех подсудимых выпустили под подписку о невыезде. А в феврале 1994 года Государственная дума объявила амнистию для всех участников августовского путча. Уголовное дело было закрыто .
Один лишь Валентин Варенников отказался от амнистии и потребовал суда над собой. В итоге суд его оправдал .
«Матросская тишина» в 1991-м собирала кровавый урожай. Только не тот, который ждали. Место, куда сажали врагов народа, стало домом для тех, кто сам ещё недавно подписывал приказы об арестах. Ирония судьбы оказалась страшной.
Подписывайтесь на канал «Рассекречено СССР». В следующей статье: о последнем ограблении Госбанка с огнеметом.