Добро пожаловать на остров Онекотан на Курилах — одно из самых удивительных мест, в которых мне довелось побывать.
Экскурсию на черный вулканический берег Онекотана, увенчанного сразу двумя действующими вулканами, стоит начать с краткой истории освоения Курил – растянувшейся на 1200 километров гряды из 56 островов, отделяющей Охотское море от Тихого океана.
Первенство освоения Курил оспаривать смысла нет. Первые русские кочи пришвартовались у берегов Камчатки и Курил ещё во второй половине XVI века. Есть мнение, что название Курилам дали именно русские исследователи — за дымящиеся вулканы. Есть и другая версия, мол, коренные жители островов, айны, называли себя «кур», что означает «человек», «народ». Главное тут, что к моменту появления на Курилах русских, там уже жили люди. Не только айны, но и другие народности: нивхи, ороки, эвенки и ительмены. Принято считать, что сибирские народности вместе с айнами и сформировали коренное население Курильских островов.
Кто такие айны? В древние времена они населяли территорию современной Японии, откуда позже были оттеснены другими народностями и племенами на север — в сторону Хоккайдо, Сахалина и Курильских островов, где им, в свою очередь, пришлось потеснить тех самых нивхов сибирского происхождения.
Российское освоение Камчатки, а впоследствии и Курильских островов, началось ещё при Петре I. Прибывая на незнакомые доселе земли, российские приказчики выполняли задачу: «за переливами на море земли проведывать, людей приводить в подданство, брать с них ясак и той земле учинить особый чертёж». Постепенно русские исследовали всё больше и больше островов, параллельно собирали ясак, то есть подать с местных жителей.
Освоение Курил в те годы имело два ключевых смысла для российского государства. Первое значение — стратегическое. Курильская гряда, цепочкой растянувшаяся от Камчатки до японского Хоккайдо, прикрывала подходы к побережью русского Дальнего Востока. К тому же, по своему географическому положению, острова представляли собой естественное продолжение русской территории. Владение ими было необходимо для того, чтобы Россия могла иметь доступ в океан и стабильную связь с Чукоткой и Камчаткой.
Русские научно-военные отряды не стали переселять айнов или устраивать им геноцид. Конечно, айны вряд ли были довольны тем, что с них начали брать ясак. Но помимо этого, российским офицерам было поручено «к обывателям показывать ласку и вводить их в вольный и свободный торг». Добровольно-принудительное сотрудничество с Россией позволяло айнам сбывать в больших объёмах пушнину и шкуры морского зверя — конкретнее, морского бобра, или калана. Постепенно коренные жители островов согласились с таким положением дел и по большей части приняли российское подданство.
На южных Курилах, ближе к Хоккайдо, в конце XVIII века также появились русские купцы, которые стали самостоятельно промышлять морского зверя в значительных масштабах. Проводились и первые попытки хозяйственного освоения неприветливых, холодных островов. Так, на различных островах, где были основаны российские поселения, засеяли злаки. На островах Уруп и Шумшу рожь и пшеница вскоре дали отличный урожай.
В конце XVIII века российская императрица Екатерина II решила отменить ясак для жителей Курил. «Еe императорское величество повелевает приведенных в подданство на дальних островах мохнатых Курильцев оставить свободными и никакого сбору с них не требовать, да и впредь обитающих тамо народов к тому не принуждать". Хотя согласно историческим данным МИД РФ, ясак продолжали собирать и в XIX веке, присутствие империи на Курилах было упрочено.
Но, конечно же, столь геополитически удачно расположенные Курилы интересовали к тому времени не только русских. Острова посещали японские пираты, а также англичане, ведущие незаконный, с точки зрения России, промысел зверя.
Российское правительство было насторожено и планировало послать на Курилы военную эскадру, чтобы закрепить своё правление над Курильскими, Алеутскими и другими островами в Тихом океане. «Хедлайнерами» этого процесса стали экспедиции торгово-промысловой компании Шелихова Г.И. и Голикова И.И., имеющие не только коммерческое, но и стратегическое значение.
Шелихов мечтал освоить новые земли на Тихом океане, установив прочные торговые связи с зарубежными странами, в их числе — Японией, Кореей, Индией, Филиппинами. Наибольший успех экспедиции Шелихова приносили, по его словам, Алеутские острова, откуда он вывозил меха на гигантские суммы. Представьте себе: 258 тысяч рублей по ценам 1786 года — и это всего лишь в первую экспедицию! В ценах сегодняшнего дня это были бы сотни миллионов рублей.
Изначально при освоении Курильской гряды островам давали не только текстовые названия, но и числовые. Согласно таблице капитана Головина от 1811 года, Шумшу (Первый), Парамушир (Второй), Ширинки (Третий), Маканруши (Четвертый), Онекотан (Пятый), Харимкотан (Шестой), Шиашкотан (Седьмой), Экирма (Восьмой), Чиринкотан (Девятый), Мушир (Десятый), Райкоке (Одиннадцатый), Матуах (Двенадцатый), Расшу (Тринадцатый), Ушишир (Четырнадцатый), Кетой (Пятнадцатый), Симушир (Шестнадцатый), Северный и Южный Чирпой (Семнадцатый), Уруп (Восемнадцатый), Итуруп (Девятнадцатый), Кунашир (Двадцатый), Шикотан (Двадцать первый), Хоккайдо (Двадцать второй). В этой таблице, впрочем, не были учтены мелкие острова Курильской гряды. А остров Хоккайдо (Эдзо) в настоящее время считается вторым по величине островом архипелага Японских островов, отделенных от Курил Кунаширским проливом.
Другими словами, несколько столетий назад русская активность в Тихом океане и у берегов Северной Америки была очень высокой. Но потом начались турецкая и шведская войны, и речь про отправку эскадры на Тихий океан уже, вроде бы, не шла. Благо, японские мореплаватели до конца XVIII века на Курилах не появлялись и ничего о них не знали — как и о том, где фактически находятся северные границы собственной территории. Но наступило время и для японских экспедиций на Курилы – чтобы подготовиться к их захвату.
На заре XIX века японские отряды стали прибывать на острова, сносить русские кресты, основывать собственные поселения. Тогда же случился и первый вооружённый конфликт между Россией и Японией. Прибывшие на судах Российско-Американской компании «Юнона» и «Авось» офицеры Хвостов и Давыдов ликвидировали незаконно основанные японцами поселения на южнокурильских островах Итуруп и Уруп, взяв нескольких японцев в плен.
К середине XIX века большинство жителей Курил носило русские имена и фамилии. Многие были христианами, все говорили по-русски. Благодаря торговле с Россией, образ жизни местных жителей превращался в более современный — с использованием новых навыков, полученных от русских. Это касалось и рыболовных сетей, и огнестрельного оружия, и различных инструментов. Местные жители переняли земледелие, научились разводить скот и развили рыболовство. Открылась первая школа. Отношение к русским на островах было хорошим. Встречая зарубежных мореплавателей, местные жители первым делом предъявляли им верительную грамоту с гербом Российской империи.
Вместе с тем столкновение с Японией — как в дипломатическом, так и в военном отношении — было неминуемым. Проведя масштабную модернизацию своей экономики, Япония перешла к милитаризации в рамках политики внешней экспансии.
Первое дипломатическое соглашение между Российской империей и Японией — так называемый Симодский трактат — было подписано в 1850 году. По нему Россия передала Японии часть Курильски островов, в частности, острова Итуруп, Шикотан и субархипелаг Хабомаи. Сахалин (по японски Карафуто) продолжал оставаться в нераздельном владением двух стран. Тут стоит отметить, что свои цивилизации на Сахалине/Карафуто японцы и русские развивали параллельно, и поначалу, все шло мирно.
Следующим этапом на пути японской колонизации Курил стал Санкт-Петербургский договор 1875 года, согласно которому Россия передала Японии все принадлежавшие ей на тот момент Курильские острова в обмен на официальный отказ Японии от территориальных претензий на Сахалин.
Курилы, фактически, стали тут разменной монетой, ведь если на Сахалине на тот момент уже жили несколько десятков тысяч подданных Российской империи, то население на передаваемых островах составляло лишь несколько сотен айнов, русских и алеутов.
Японцы доставшихся им с землей айнов баловать не стали. Поскольку Петербургский договор запрещал аборигенам сохранять российское подданство на японской территории, большая часть айнов переехала в Россию, на Камчатку. Вместе с тем, часть айнов с Парамушира и Шумшу выбрали подданство Японии, сохраняя в быту православие и русский язык.
Тех айнов, кто остался на своих родных землях, но не принял японское гражданство, набралось в 1884 году всего 97 человек (в переписи, вероятно, считали только взрослых мужчин). Японцы выселили их в специально созданную резервацию на острове Шикотан. Аборигенам было запрещено выходить в море без разрешения и вообще вести традиционный образ жизни.
Русско-японская война 1904-1905 годов на долгие годы отдалила Россию от открытых столетиями ранее территорий. К лету 1905 года, после разгрома при Цусиме, российский Тихоокеанский флот был практически полностью уничтожен неприятелем. Японские войска беспрепятственно оккупировали северную часть Сахалина. Обе страны были измотаны, нужен был мир. Посредником в процессе выступил президент США Теодор Рузвельт, которого, как своего главного спонсора, японцы попросили помочь в организации переговоров. Российский император Николай II предложение принял, заключив, что «внутреннее благосостояние важнее, чем победа». За реализацию Портсмутского мирного договора, президент США получил Нобелевскую премию мира. Согласно документу,
Россия признавала Корею сферой японского влияния, уступала Японии арендные права на Ляодунский полуостров с Порт-Артуром и Дальним, часть ЮМЖД от Порт-Артура до Куаньчэнцзы, и соглашалась в статье 12 на заключение конвенции по рыбной ловле вдоль русских берегов Японского, Охотского и Берингова морей. Россия уступала Японии юг Сахалина (от 50 параллели) и «все прилегающие к последней острова».
При том, что первоначальный список требований победившей в войне Японии был гораздо шире, включая всю территорию Сахалина, подписавший договор председатель Комитета министров Сергей Юльевич Витте мог собой гордиться. За мирный договора на сравнительно выгодных для страны условиях ему вместо формальной должности было пожаловано графское достоинство. Самого Витте прозвали «граф Полусахалинский». На южной половине острова возникла официальная японская префектура Карафуто. Местное население оказалось в резервациях, промысел им был запрещен.
Получив все Курилы в свое безраздельное владение, заменив немногочисленное местное население на растущие военные контингенты, японцы превратили большинство островов в неприступные крепости — с бункерами и подземными ходами. Долгие годы эти территории оставались японскими.
Лишь после капитуляции Японии во Второй мировой войне, советским воинам удалось выбить врага с территорий Курил и Сахалина. В 1951 году в Сан-Франциско это положение было закреплено мирным договором между Японией и союзниками. Согласно нему Япония отказалась от прав на Курильские острова и территории, суверенитет над которыми приобрела по Портсмутскому договору от 5 сентября 1905 года.
Вместе с тем, в последующие годы японская позиция сформировалась в том, что острова Итуруп, Кунашир, Шикотан и группы островов Хабомаи в Курильские острова не входят и должны принадлежать Японии. Еще в 1956 году СССР был готов передать Шикотан и Хамабаи, но только после подписания мирного договора между Россией и Японией. Этот документ до сих пор не подписан из-за данного территориального спора. Что поделать, в мировой политике действует только право сильного…
В настоящее время в России проводится комплексное освоение Курильских островов. Восстанавливаются необходимые инфраструктурные объекты, проектируются туристические. Значимую роль в этом процессе играет комплексная научная экспедиция «Восточный бастион – Курильская гряда», на протяжении шести полевых сезонов проводимая Русским Географическим обществом совместно с Министерством обороны РФ. Мне удалось принять участие в работе экспедиционной партии на острове Онекотан, вместе с сотней ученых различных направлений.
Давайте наконец посмотрим, что же представляет собой один из островов Курильской гряды. Возможно, красивейших из них.
Площадь острова Онекотан — 425 квадратных километров. Длина — 43 километра. Ширина — от 11 до 17 километров. От Парамушира остров отделён так называемым Четвёртым Курильским проливом, а Пятым Курильским — от острова Маканруши. А Шестым Курильским, то есть проливом Креницына, — от острова Харимкотан.
Онекотан, как и другие острова гряды, имеет вулканическое происхождение. Южная часть острова сформирована конусом древнего вулкана Тао-Русыр, который прекрасно виден что из космоса, что почти с любой возвышенной точки острова.
Последнее извержение гигантского стратовулкана состоялось десятки тысяч лет назад. Но в кальдере древнего вулкана вырос более молодой вулкан Креницына. Его суровый, местами покрытый нетающим снегом конус возвышается на 950 метров над уровнем озера Кольцевое, заполняющего кальдеру вулкана Тао-Русыр. Общая высота вулкана Креницына – 1325 м над уровнем моря.
Посещение двойного вулкана — главная туристическая возможность Онекотана. Туристов привозят на экспедиционных судах или небольших яхтах, которые прибывают строго по хорошей погоде. Утром туристы прибывают в бухту Муссель на резиновых лодках или морских каяках с судна, затем отправляются в пеший восьмикилометровый подъём к кальдере. Если не брать с собой излишние тяжести, подъём занимает около двух с половиной часов.
Начинается тропа на чёрном берегу бухты Муссель, где располагался нижний лагерь нашей экспедиции. Цвет пляжа обусловлен тем, что состоит он из чёрного магнетитового песка. Этот песок принято называть титано-магнетитовым, хотя в нём, очевидно, есть вкрапления и других металлов. Магнитный песок не только красив, но и коварен –облепляет любые металлические детали: разъёмы телефонов, моторы коптеров и всё остальное железо, которому не повезло с ним соприкоснуться.
В начале текста я говорил о том, что русские исследователи ещё 200 лет назад проводили на Курилах эксперименты, с сельским хозяйством и животноводством, некоторые из которых были успешны. Сейчас задача учёных еще более масштабная — исследовать острова полностью и узнать о них абсолютно всё: какие водятся животные, насекомые, какие растения произрастают и на каких почвах, из чего состоит грунт и горные породы, чтобы определить в дальнейшем возможные перспективы — для хозяйственного и туристического назначения.
Если говорить о туристической составляющей, то, согласно кадастровой карте острова, все ключевые территории на данный момент уже имеют границы, назначение (туристическое и сельскохозяйственное) и частных владельцев. Стоит отметить, что бизнес, инвестирующий в развитие и освоение Курил, получает огромное количество преференций, включая освобождение от налогов на 20 лет, льготный режим таможенного оформления товаров и многое другое.
Представленный несколько лет назад проект «Архипелаг Онекотан», подразумевающий инвестиции почти в миллиард рублей, пока стартовал с трехзвездочной гостиницы на Парамушире.
Согласно планам резидента ТОР «Курилы», Онекотан ждет облагораживание береговой линии, и строительство причала для катеров. Кстати, в этой же бухте мы нашли камни с японскими иероглифами — когда-то именно здесь и был японский причал.
Ну, а пока причала нет, то добраться до острова с судна можно либо на каяке, либо на лодке, либо, если есть плавающий вездеход – то своим ходом, как мы и сделали в экспедиции.
Пока работы по благоустройству не начались, у «простых» туристов есть возможность насладиться необитаемым островом в его диком, первозданном состоянии. «Простые» — не зря в кавычках. Стоимость недельного тура с посещением Онекотана и нескольких других островов варьируется в среднем от 250 тысяч до 1.5 миллиона и более с человека.
Путь к кальдере —самый простой, и фактически единственный доступный туристам маршрут по Онекотану. Неширокая тропа прорублена в стланике до самой кальдеры стараниями местных гидов. Вообще, для туристов есть и более длинные варианты подъема, но по ним водят редко.
Непролазный цепкий стланик из кедрача и ольховника – главный вид растительности на Онекотане. Тут нет больших деревьев, что связано с климатическими особенностями и сильной ветровой нагрузкой. Ярких летних красок добавляет высокое разнотравье — шеломайник, какалия, зонтичные растения – особенно распространен борщевик сладкий (или шерстистый, почти как мохнатые айны). Проект туристического обустройства острова подразумевает строительство как минимум 30 километров подобных троп.
В хорошую погоду подъем к вулкану не представляет сложности, а в другую там и делать нечего — ничего не увидишь. Ни вулкана, ни бесконечное зелёное море стланика, спускающееся в манящую синеву Тихого океана.
И вот мы уже на кольцевом хребте, окаймляющем кальдеру вулкана Тао-Русыр. Холодная рябь на озере. Конус двойного вулкана, за который то и дело, как в ускоренном кино, цепляются влекомые шквалистым ветром облака.
Вулкан Креницына назван в честь российского офицера, мореплавателя и исследователя, экспедиция которого была засекречена. В 1764 году уже опытный морской офицер, капитан-лейтенант Петр Креницын был назначен руководителем новой экспедиции, которая официально называлась "Экспедиция о возобновлении китовых и других звериных и рыбных промыслов" и имела своей целью принести "пользу мореплаванию и купечеству на востоке".
В действительности, основной задачей экспедиции Креницына-Левашова стало "произвести опись и исследование Алеутских островов, в особенности дальних, привести туземцев в российское подданство и урегулировать сбор ясака". Таким образом, экспедиция должна была закрепить за Российской империей земли в Тихом океане — на Алеутских островах и Аляске.
Экспедиция сталкивалась с серьезными трудностями и испытаниями, и продолжалась долгих 7 лет, даже после смерти самого Креницына в 1770 году. Вообще, до конца экспедиции дожили лишь двое из шести из отправленных в нее офицеров. Десятки участников погибли при первой.
Установить взятие ясака с алеутов не удалось. В своей записке на эту тему Левашов писал, что "до тех пор, пока на островах периодически появляются небольшие группы русских людей, сбор ясака наладить невозможно, так как алеуты считают, что если они убьют всех приезжих, которые берут с них ясак, то больше к ним никто не приедет. По их мнению, всего людей в мире — это они и прибывшие русские, которых всегда меньше, чем алеутов."
Экспедиция Креницына-Левашова была засекречена почти сотню лет, став важным шагом на пути к российскому освоению Аляски и прилегающих островов (часть из которых входит в архипелаг Креницына). Эти территории перешли к США лишь в 1867 году — и на тот момент это был единственный вариант, при котором у ослабленной войнами России был шанс получить за 1 519 000 км² земли 7,2 миллиона долларов золотом, а не просто отдать Америке фактически незащищенные территории.
Последнее извержение вулкана Креницына было зафиксировано в 1952 году, во время печально знаменитого цунами. По историческим данным, извержение было весьма скромным, но и свидетелей этому было немного: лишь советские военные, и техника, значительная часть которой цунами не пережила и осталась навсегда на прибрежной части острова.
Спуститься к кальдере по крутому склону непросто. Сегодня в наших планах такой задачи нет, но она есть у учёных-вулканологов, которые чуть позже поднимутся сюда, неся с собой в разобранном виде катамаран с мотором и необходимые запасы для проведения многодневной вылазки по детальному изучению вулкана Креницына.
Озеро Кольцевое, при площади в 26 кв.км. и глубине в 369 м — четвёртое по глубине в России, после Байкала, Каспийского моря и Хантайского озера в Красноярском крае. Примечательно, что рыбы и других водных жителей тут нет.
В складках вулканических склонов кальдеры даже в конце июля лежит прошлогодний снег — настоящие ледники. Несмотря на реальную суровость (или суровую реальность?), на Онекотане есть источники пресной воды, и ледники к ним тоже относятся. Вода, бегущая с гор, наполняет быстрые и обжигающе холодные реки — Фонтанка, Банная и так далее. Многочисленные ручьи и бьющие через сказы ручейки пресной воды не раз помогали нам в многочасовых выходах на маршруты.
Глядя на то, как облака то застилают вид перед тобой, плотной ватой укутывая пик конуса вулкана, то разбегаются в разные стороны, отброшенные ветром от крутых берегов кальдеры, понимаешь, насколько мало ты знаешь о мире. И чем больше мест ты видел, тем меньше ты о нём знаешь…
Обойдя вокруг кальдеры и двинувшись дальше по остаткам советской вездеходной колеи, можно за 5-6 часов выйти к Охотоморскому побережью острова. Когда-то там размещалась самая большая из местных советских военных баз, построенная на месте бывших японских укреплений. Но попасть туда у меня возможности не было.
Казалось бы, на это было достаточно времени, ведь мы провели на острове почти месяц. Но в действительности, время тут летит иначе, чем по ежедневнику. Поначалу непривычный экспедиционный быт отнимал много времени. Потом свои коррективы в расписание внесла суровая погода. В какой-то момент мы лишились источника пресной воды, и ходить за ней нужно было на реку Банная. Подъем и спуск по джунглям до реки и обратно занимал пару часов. Затем мы окапывали юрты, чтобы не утонуть в них, прятались от штормов.
Тем не менее, удалось посетить соседние с лагерем территории острова. Если обойти скалистый мыс, разделяющий бухту Муссель на две части, то можно дойти до мыса Лисий, где располагается ныне не действующий автоматический маяк. О том, как мы искали там РИТЭГ, я уже рассказывал.
Несмотря на общую схожесть произрастающих на острове растений, легко представить, что их многие десятки видов. Животный мир Онекотана оказался более скупым — мы видели только разнообразных птиц, моллюсков, а из млекопитающих — только небольших черно-бурых лисиц и антуров — так называемых тюленей Стейнегера.
Далее по побережью, в северной части острова, находится ещё один вулкан — Немо, в кальдере которого частично расположено озеро Черное, в котором водится редкий чёрный голец — местный эндемик. Наши ученые отправились туда на гидрографическом судне. К сожалению, количество участников вылазки было ограничено, у меня в экспедиции не было статуса ни ученого, ни медиаволонтера, так что пришлось дожидаться коллег на берегу.
В японские императорские времена рядом с вулканом Немо находился лисий питомник, где животных выращивали на шкуры — якобы, даже для императорского двора. Возможно, так оно и было. Так или иначе, согласно докладам русских исследователей, красные лисицы водились здесь испокон веков.
Если отправиться от бухты Муссель в другую сторону, то после нескольких часов жесткого трекинга с элементами скалолазания можно попасть в скалистую бухту Нигори. Надо сказать, что подобный выход в экспедиции сложнее и опаснее, чем любой туристический маршрут даже в больших горах. Тут нет ни маркированных троп, ни указателей. От того, куда наступит ваша нога, может зависеть ваша жизнь.
Вообще, чтобы участвовать в полевой работе, нужна отличная физическая форма и высокая выносливость. Это база. Карабкаться придётся по скалам, кустам, с многочисленными речками и бывшими японскими окопами, вас ждут крутые спуски по камням и джунглям, броды, скользкие подъёмы по глине, которые нужно преодолевать ползком, хватаясь за толстые стебли борщевика.
Есть тут и еще одно отличие от туризма. Ученые – люди высокомотивированные на выполнение своей конкретной задачи. Все остальное для них второстепенно.
Сложно представить, что идущие рядом с тобой по таким красивым местам люди не заняты фотографированием окрестностей и самих себя. Им до этого дела нет. Они то препарируют кустики, то раскалывают камни, то вылавливают насекомых, птиц, моллюсков и так далее. Они полностью погружены в эти процессы. Это увлекает и тебя, но тут надо понимать, что ты не участник, а наблюдатель, под которого ученые не будут подстраивать свою работу или позировать — на это чаще всего нет времени.
Отправляясь в выход в короткое погодное окно, ученые намерены свою задачу выполнить любой ценой. Если ты будешь создавать им проблемы или двигаться слишком медленно — то они уйдут вперед, не дожидаясь тебя. По правилам безопасности, в такой ситуации с тобой должен остаться твой напарник, ведь выход на маршрут всегда осуществляется в парах (и это фиксируется в экспедиционном журнале перед выходом). Соответственно, если такое случится, то твой напарник не сможет выполнить свои задачи из-за тебя, а другого шанса на их выполнение может в экспедиции уже не быть.
Бухта Нигори оказалась тем самым местом, где мы нашли больше всего поплавков-кухтылей от рыбацких сетей. Мне даже повезло найти самый редкий и ценный — японский стеклянный кухтыль. На этом везение в данном выходе закончилось.
Возможно, дело было в спешке, а может быть, я просто вспомнил молодость, когда мне тоже очень нравилось прыгать с одного гигантского валуна на другой с риском для жизни, но так или иначе, я успешно добрался до бухты и обратно, но к ночи дала о себе знать старая травма — колено внезапно вышло из чата. В результате до конца экспедиции покинуть лагерь я уже не мог, возможность как-то перемещаться была только благодаря уколам кеторола и дексаметазона. Оставалось только подснять недостающие кадры про наш вездеход, и медитировать с видом на океанский накат, прикурив самокрутку, сделанную мехводом Колодеевым. Махоркой угостил боцман Серега с ГСки, а бумагой поделились ботаники. Резкий вкус дешевого табака и “Литературной газеты” 1972 года, наверное, не забуду никогда.
Спустя неделю наш лагерь постепенно начали разбирать, начав с нашей уютной монольской юрты, требовавшей долгой просушки войлока перед упаковкой, и быт стал более сложным и выматывающим. В день предполагаемой загрузки на корабли, снова вступила непогода. БДК и ГСки штормовались где-то в море, а мы мокли под дождем, в остальное время ютились толпой в двух оставленных до последнего момента юртах.
Может показаться, что посещение Онекотана и участие в экспедиции запомнилось мне одними только трудностями, но нет. Просто экспедиционный мир устроен так, что здесь нет места слабости. Преодолевая испытания, ты становишься крепче, и получаешь возможность более ярко и полноценно существовать в условиях, которые были бы неприемлемы для обычного туризма. Как говорится, per aspera ad astra, через тернии к звездам. Научиться видеть красоту окружающего мира в любых условиях — это дорогого стоит.
Конечно, я хотел бы снова вернуться на Онекотан, чтобы снова воочию увидеть одно из чудес света — вулкан в вулкане. С другой стороны, важное, чему учат подобные экспедиции, — это то, что в мире, в России ещё немало суровых, но невероятно красивых мест, в которых ты не был, но можешь оказаться. И чтобы понять, в чем на самом деле кроется их значение и смысл, недостаточно просто прилететь туда на вертолете, сделать селфи и улететь. Научная экспедиция на край света — возможность проверить, на что способен ты сам в экстремальных условиях. А еще это прекрасный способ внести свой в освоение той или иной отдаленной территории.
Как говорится, если не мы, то кто?
***