Наверняка многим известны строки:
Сквозь вечерний туман мне под небом стемневшим
Слышен крик журавлей все ясней и ясней…
Сердце к ним понеслось, издалека летевшим,
Из холодной страны, с обнаженных степей.
Вот уж близко летят и все громче рыдая,
Словно скорбную весть мне они...
Романс пел Вертинский. И это своеобразный гимн русских эмигрантов.
Слова же написаны в 1871 году Алексеем Михайловичем Жемчужниковым.
Повод вспомнить одного из лучших поэтов 19 века - его 200-летний юбилей.
Да, я не ради красного словца назвала Жемчужникова «одним из». Просто ему «не повезло» родиться в эпоху Пушкина/Некрасова. И если при жизни творчество поэта было популярным, у него было много поклонников и почитателей, то потом это постепенно ушло. Незаслуженно. Совершенно. И о том, насколько красива лирика Жемчужникова сейчас знают немногие. Скорее всего, его вспоминают как одного из «родителей» знаменитого Кузьмы Пруткова. Вот уж поистине неисповедимы пути: персонаж литературной мистификации оказался более живым, чем его создатели.
Я не хочу вспоминать факты его биографии. Просто хочу поделиться красивой, но трагичной историей его любви. Впрочем, о том, что она трагична несложно догадаться: во-первых, речь идет о веке девятнадцатом, во-вторых, ни один подлинно великий лирик не становится таковым без пережитого горя.
Со своей будущей женой Елизаветой Алексеевной Дьяковой поэт познакомился в Калуге, куда приехал в гости к сестре. В купеческой семье ценилось образование, отец поддерживал отношения со многими передовыми людьми того времени, был дружен с Л.Н. Толстым, поэтому ничего удивительного, что Алексей и Елизавета встретились.
Свадьба состоялась в 1859 году. Молодые поселились в Калуге, часто бывали в Москве. Влюбленность перешла в привязанность, в крепкий брак: у них было четверо детей (пятого потеряли во младенчестве). Современники отмечали добрые отношения между супругами, их преданность и нежность.
Однако продлилась идиллия недолго: Елизавета Алексеевна заболела чахоткой. Калуга и Москва сменились зарубежными курортами, на которых успешно продлевали жизнь пациентам.
В один из тяжелых дней, когда очередной раз жене стало хуже, а врачи разводили руками, и сложилось стихотворение «Осенние журавли». Долгая разлука с Родиной, постепенное угасание жены вылились в строки, полные боли:
О, как больно душе, как мне хочется плакать!
Перестаньте рыдать надо мной, журавли!..
Считается, что курлыканье журавлей, пролетавших над больницей, всколыхнуло в душе поэта чувство ностальгии. Ничего удивительного, что через какое-то время стихотворение становится памятником страдающий души человека ВНЕ родины.
Елизавета Алексеевна умирает в 1875 году, тридцать три года Жемчужников будет безутешен. Тридцать три года он не просто останется верен памяти, он эту память увековечит.
Полевые цветы
Полевые цветы на зеленом лугу…
Безучастно на них я глядеть не могу.
Умилителен вид этой нежной красы
В блеске знойного дня иль сквозь слезы росы;
Без причуд, без нужды, чтоб чья-либо рука
Охраняла ее, как красу цветника;
Этой щедрой красы, что, не зная оград,
Всех приветом дарит, всем струит аромат;
Этой скромной красы, без ревнивых забот:
Полюбуется ль кто или мимо пройдет?..
Ей любуюся я и, мой друг, узнаю
Душу щедрую в ней и простую твою.
Видеть я не могу полевые цветы,
Чтоб не вспомнить тебя, не сказать: это ты!
Тебя нет на земле; миновали те дни,
Когда, жизни полна, ты цвела, как они…
Я увижу опять с ними сходство твое,
Когда срежет в лугу их косы лезвие…
Как жаль, что поэт, написавший такое стихотворение, стоит как бы во втором ряду гениальных поэтов русской литературы.
Но по крайней мере сегодня можно отдать дань его творчеству.
И вспомнить его практически завет (ох, как актуально для всех времен это звучит):
Забытые слова
Слова священные, слова времен былых,
Когда они еще знакомо нам звучали…
Увы! Зачем же, полн гражданственной печали,
Пред смертью не успел ты нам напомнить их?
Те лучшие слова, так людям дорогие,
В ком сердце чувствует, чья мыслит голова:
Отчизна, совесть, честь и многие другие
Забытые слова.Быть может, честное перо твое могло б
Любовь к отечеству напомнить «патриотам»,
Поднять подавленных тяжелым жизни гнетом;
Заставить хоть на миг поникнуть медный лоб;
Спасти обрывки чувств, которые остались;
Уму отвоевать хоть скромные права;
И, может быть, средь нас те вновь бы повторялись
Забытые слова.Преемника тебе не видим мы пока.
Чей смех так зол? и чья душа так человечна?
О, пусть твоей души нам память будет вечна,
Земля ж могильная костям твоим легка!
Ты, правдой прослужив весь век своей отчизне,
Уж смерти обречен, дыша уже едва,
Нам вспомнить завещал, средь пошлой нашей жизни,
Забытые слова.