В 1784 году Бенджамин Франклин написал дочери сердитое письмо. Он был возмущён тем, что белоголовый орлан стал символом Америки.
«Птица с дурным характером, — писал отец-основатель. — Слишком ленива, чтобы рыбачить самостоятельно. И к тому же — отъявленный трус: крошечный тиранн, не крупнее воробья, нападает на орлана и гонит прочь».
Два с половиной века прошло. А Франклин по-прежнему прав. Ворона делает с орланом то же самое — только изобретательнее.
Давид с перьями
Белоголовый орлан весит 4–6 кг. Пернатая хулиганка — от силы полтора. Размах крыльев царя небес перекрывает ворону как зонт — табуретку.
Когти летающего танка создают давление, способное раздробить кость. У вороны — коготки чуть серьёзнее воробьиных.
На бумаге это не поединок. Это меню!
Истребитель против бомбардировщика
Но стоит посмотреть, как летают оба, и картинка переворачивается с ног на голову. Пернатый аристократ — мастер высоты и длинных дистанций.
Широкие жёсткие крылья идеальны для парения в термальных потоках. А вот маневрировать на коротких дистанциях — не его конёк.
Ворона — прирождённый истребитель! Короткие закруглённые крылья позволяют чёрной плутовке закладывать виражи, от которых у орлана голова идёт кругом.
Пикирование, резкий разворот, уход вбок — крылатая хитрюга меняет направление быстрее, чем хищник успевает повернуть голову.
Ловить ворону для орлана — как гоняться за мухой с кувалдой. Можно. Но глупо!
Грецкий орех с суперкомпьютером
А теперь главный козырь, о котором мало кто подозревает. Мозг вороны размером с грецкий орех. Нейронов в нём упаковано вдвое больше, чем в мозге млекопитающего такого же размера (исследование PNAS, 2016).
По плотности нейронов мозг ворон сопоставим с мозгом обезьян!
«Птичьи мозги» — это комплимент, а не оскорбление! В лаборатории Оклендского университета новокаледонская ворона по кличке 007 решила головоломку из восьми последовательных шагов за две с половиной минуты (эксперимент доктора Алекса Тейлора).
На каждом этапе нужно было использовать один инструмент, чтобы достать другой — и так восемь раз подряд, пока городская разбойница не добралась до награды. До этого эксперимента такое планирование на несколько ходов вперёд фиксировали только у человекообразных обезьян!
Стенка на стенку
Именно этот интеллект превращает ворону из жертвы в кошмар для орлана. Биологи называют это моббинг — когда группа мелких птиц набрасывается на крупного хищника, чтобы прогнать его с территории.
Одна ворона замечает крылатого монарха, издаёт тревожный крик — и через минуту вокруг незваного гостя собирается чёрная эскадрилья!
Пикируют по очереди! Орут как на базаре! Клюют в затылок! А самые дерзкие применяют совсем уж неприличное оружие — целенаправленно пачкают перья хищнику помётом и даже срыгивают на оперение.
Зачем? Мокрые слипшиеся перья ухудшают аэродинамику. Летающий танк превращается в летающий чемодан!
Расчёт, а не хулиганство
Моббинг — не бравада. Это холодный расчёт. Орлан — прямая угроза гнёздам и птенцам. В честном бою ворона проиграет за секунду. Зато может сделать жизнь крылатого аристократа настолько невыносимой, что тот просто уберётся!
И убирается. Затраты на ловлю вёрткой мелочи не окупаются — проще поискать рыбу в другом месте. Вороны знают это не хуже любого экономиста!
А ещё помнят обидчиков до 17 лет и передают «ориентировку» потомству (исследование Вашингтонского университета, профессор Марзлафф). Обидел одну — получил врага на три поколения.
Арифметика аутсайдера
Формула, которой ворона обыгрывает орла: интеллект × координация × численное превосходство. Ни одного пункта, связанного с грубой силой. Чистая тактика.
Франклин называл орлана трусом — и был несправедлив. Орлан не трус. Он просто умеет считать: связываться с тем, кто умнее, хитрее и злопамятнее — себе дороже.
Видели когда-нибудь, как вороны гоняют хищную птицу? Расскажите — как это выглядело и кто победил.
Сейчас читают: