В летний день 1977‑го земля под Назарово содрогнулась — но не от взрыва, а от поступи исполинской машины. Медленно и величественно развернулась стальная стрела длиной в сотню метров, а огромный ковш, сопоставимый по размеру с жилой комнатой, погрузился в толщу породы. Стоявший неподалёку бульдозерист замер: сперва он даже не смог осознать, что за чудо техники предстало перед его глазами. Сняв каску, он долго всматривался в возвышавшуюся над ним громаду. Так приступил к работе ЭШ‑100/100 — рекордсмен среди шагающих экскаваторов, созданных в Советском Союзе.
Зачем понадобился такой исполин
К концу 1960‑х годов угольные карьеры столкнулись с серьёзной проблемой: пласты угля залегали всё глубже, а объём вскрышных пород над ними неуклонно рос. Имевшаяся техника уже не справлялась с масштабами задач — пытаться разрабатывать такие месторождения с её помощью было всё равно что пытаться вычерпать кастрюлю супом одной ложкой.
Перед конструкторами Уралмашзавода поставили, казалось, невыполнимую задачу: создать машину с ковшом объёмом в 100 кубометров и стометровой стрелой. Подобных решений мировая практика ещё не знала. На первом совещании главный конструктор лаконично заявил: «Сделаем». О том, какие мысли его при этом одолевали, история умалчивает.
Долгий путь от чертежей до карьера
Работа над проектом растянулась на несколько лет. Возникли сложности с материалами: требуемые марки стали на заводе ранее не выпускали, и металлургу Шевелёву пришлось многократно проводить опытные плавки. Инженер Кубачек практически поселился в цеху — ему нужно было отработать технологию сварки гидроцилиндров необходимого диаметра. Михаил Матвиенко, который впоследствии стал директором завода, тогда возглавлял цех и нередко засыпал прямо у станков: он понимал, что иначе проект не реализовать.
Когда машина была готова к транспортировке, обнаружилась неожиданная проблема: ковш не помещался ни в один железнодорожный вагон. В итоге его пришлось делать разборным и отправлять по частям. Двадцать эшелонов пересекли страну, держа путь в Красноярский край. Сам монтаж в карьере занял свыше пяти лет — ведь подобного опыта ни у кого не было, и буквально каждый этап становился новым открытием.
Поразительные масштабы
Готовый экскаватор весил 10 тысяч тонн — это эквивалент тысячи гружёных самосвалов или десяти речных судов среднего размера, собранных на площадке диаметром 27 м (опорная плита занимала именно столько места). Энергией машину обеспечивали четыре электродвигателя мощностью по 3600 киловатт каждый (в сумме — 14 400 кВт), для чего рядом с карьером пришлось возвести отдельную подстанцию. Стометровая стрела по длине соответствовала стандартному футбольному полю, только ориентированному вертикально и способному вращаться вокруг своей оси. Передвигался гигант со скоростью 80 м/ч — даже медленнее пешехода, но спешка ему и не требовалась: его миссия заключалась в том, чтобы методично перемещать огромные объёмы породы.
Данный экскаватор не был уникальным феноменом — он стал вершиной советской школы создания карьерной техники. Наряду с шагающими экскаваторами существовали и другие машины, которые «поглощали» горы с помощью роторных колёс, ковшей и протяжённых конвейерных линий.
Как устроен «шаг» гиганта
Название «шагающий экскаватор» вовсе не образное — он действительно умел шагать, хотя и весьма своеобразно. В рабочем режиме механизм опирался на массивную круглую плиту. Для перемещения машина опускала на землю два массивных башмака по краям, приподнимала всю свою десятитысячетонную массу и делала шаг вперёд. Затем опорная плита вновь касалась земли, а башмаки отрывались и переносились вперёд. Со стороны это напоминало неторопливое, почти живое движение гигантской черепахи, которой некуда спешить.
Советский гигант и его американский собрат
Рассказывая об этом экскаваторе, невозможно обойти вниманием его американского «коллегу» — Big Muskie. Это всё равно что говорить о Гагарине, не упомянув космическую программу США. Big Muskie собрали в 1969 году в Огайо — на 8 лет раньше советского экскаватора. Он весил 13 тыс. тонн, а его ковш вмещал 168 кубометров (туда могло поместиться сразу двенадцать легковых автомобилей). Стоимость машины достигала 25 миллионов долларов — колоссальная сумма по тем временам.
При этом советский экскаватор превосходил американский по длине стрелы (100 метров против 95), что давало ощутимое преимущество при работе на крутых склонах глубоких карьеров. Big Muskie трудился 30 лет и был остановлен в 1999 году не из‑за кризиса, а потому что устарел. Сегодня его ковш служит памятником у дороги в Огайо: возле него фотографируются туристы, а дети с любопытством забираются внутрь. От советского экскаватора же не сохранилось ничего.
Шестнадцать лет титанического труда
С 1977 по 1993 год экскаватором было перемещено 127,7 млн. кубометров породы, что составило около половины от общего объёма земляных работ при возведении Панамского канала. И всё это силами экипажа всего из семи человек. Каждый оператор отвечал за свой участок: кто‑то управлял ковшом, кто‑то контролировал механизм шагания, кто‑то следил за состоянием электрооборудования. Слаженная работа такого коллектива формировалась годами — люди буквально чувствовали машину на интуитивном уровне.
В удачные смены экскаватор формировал отвалы высотой до 50 метров — представьте себе шестнадцатиэтажный дом из горной породы, выросший за считаные часы.
Закат эпохи гигантов
Девяностые годы стали роковыми для многих промышленных проектов. Падение объёмов добычи, неоднократная смена владельцев разреза — каждый новый собственник видел в многотонной машине скорее обузу, чем ценность. Экскаватор сначала законсервировали, а затем началось то, что в народе называют «растащили»: сначала исчезла медная электрика, следом — оборудование, а потом разобрали и всё остальное. В конечном счёте исполина, на создание которого ушли годы труда лучших инженеров страны, отправили на переплавку.
Не осталось ни памятника, ни музейного экспоната — лишь старые чёрно‑белые снимки, на которых крошечные фигуры людей теряются у подножия стальной громады.
Наследие гиганта
Впрочем, не всё исчезло бесследно. Технологии шагания, гидравлические решения, методики расчёта нагрузок и принципы монтажа в сложных карьерных условиях нашли применение в последующих моделях. Инженерный опыт, накопленный при создании гигантского экскаватора, продолжил жить в новых машинах. В 2017 году Уралмаш выпустил ЭШ‑100/125: грузоподъёмность ковша осталась прежней, но длина стрелы увеличилась до 125 метров. Значит, школа создания гигантских экскаваторов жива.
Те, кто работал на этом гиганте в Назаровском разрезе, вспоминают о нём с особой теплотой. Они говорят о машине как о чём‑то родном, произнося просто: «наш». Словно речь идёт не о технике, а о живом существе. Словно утрата до сих пор отзывается лёгкой болью.
Возможно, именно такие машины и заслуживают вечной памяти — даже если от них не осталось ничего материального.
Спасибо, что дочитали статью до конца, значит было интересно, или как минимум любопытно)))
Если вы ещё не поставили лайк – поставьте лайк!
Если вы ещё не подписались на канал – подпишитесь!
Если вам есть, что сказать – оставьте комментарий!
Хорошего вам дня, и до новых встреч!
Читайте ещё материалы: