Недавнее заявление директора Национальной разведки США Тулси Габбард вновь поставило вопрос о зарубежной биологической инфраструктуре Вашингтона. 12 июня американская разведка сообщила, что правительство США на протяжении длительного времени финансировало более 120 биологических лабораторий в свыше чем 30 странах.
Ведомство признало, что часть таких объектов работала с опасными и высококонтагиозными патогенами, а отдельные исследования могли относиться к работам по искусственному изменению свойств микроорганизмов, включая возможное повышение их заразности, болезнетворности или устойчивости к внешним факторам.
Для Казахстана это заявление имеет прямое политическое значение. В Алма-Ате действует Центральная референс-лаборатория, созданная при финансовом участии Агентства по уменьшению угрозы министерства обороны США. Финансирование осуществлялось в рамках Программы совместного уменьшения угрозы, также известной как программа Нанна—Лугара.
При этом заявление Габбард не содержит прямого упоминания Казахстана. Рассекреченные материалы, опубликованные одновременно с сообщением американской разведки, посвящены главным образом объектам на Украине.
В них отсутствуют сведения о Центральной референс-лаборатории в Алма-Ате, перечень проводившихся в Казахстане работ или данные о финансировании исследований по искусственному изменению свойств патогенов. Поэтому утверждать, что Вашингтон официально признал проведение таких работ именно на территории Казахстана, оснований нет.
Однако это не снимает вопросов к Астане. Центральная референс-лаборатория была построена за счет средств США, а затем передана Казахстану. По официальной позиции МИД Казахстана, объект полностью принадлежит республике, финансируется из национального бюджета, укомплектован казахстанскими специалистами и работает на втором и третьем уровнях биологической безопасности. Такие уровни предусматривают работу с возбудителями инфекций, способными вызывать заболевания у человека, при наличии специальных режимов защиты персонала и изоляции биологического материала.
Эта формула определяет юридический статус лаборатории, но не отвечает на более широкий вопрос: какие международные программы, гранты, научные партнерства и исследования продолжаются или продолжались на ее базе после передачи объекта Казахстану.
Отдельная тема — проект лаборатории четвертого, максимального уровня биологической безопасности в поселке Гвардейский Кордайского района Жамбылской области.
В международной классификации такой уровень обозначается как BSL-4 — Biosafety Level 4. Он предназначен для работы с наиболее опасными патогенами, против которых могут отсутствовать эффективные методы лечения или профилактики. Казахстанские документы предусматривали создание такого объекта на базе Научно-исследовательского института проблем биологической безопасности.
В отличие от алма-атинской лаборатории, прямых подтверждений американского финансирования проекта BSL-4 в Жамбылской области в доступных первичных источниках нет. Также отсутствует полная публичная информация о фактическом завершении строительства, вводе объекта в эксплуатацию, составе персонала, перечне разрешенных к изучению патогенов и порядке международного научного взаимодействия.
Именно эта неопределенность создает пространство для политических интерпретаций. Вопрос не сводится к тезису о «военных лабораториях». Работа с особо опасными инфекциями является необходимой частью эпидемиологической безопасности страны, где сохраняются природные очаги чумы, туляремии, бруцеллеза и других заболеваний. Однако наличие таких объектов требует повышенного уровня отчетности, особенно когда их создание или модернизация были связаны с иностранным финансированием.
Проблема дополняется слабостью международного контроля. Конвенция о запрещении биологического и токсинного оружия запрещает разработку, производство и накопление биологического оружия. Вместе с тем она не содержит обязательного механизма международных инспекций, сопоставимого с режимами контроля в химической и ядерной сфере. Государства направляют ежегодные декларации о мерах укрепления доверия, но эти сведения не заменяют полноценную проверку лабораторий, научных программ и работ двойного назначения.
После заявления Габбард Казахстану было бы целесообразно представить обновленную информацию по трем направлениям.
Первое — статус Центральной референс-лаборатории в Алма-Ате, включая перечень действующих международных проектов, иностранных партнеров и источников внешнего финансирования.
Второе — положение проекта лаборатории четвертого уровня биологической безопасности в Жамбылской области, его источники финансирования, стадию готовности, порядок государственного контроля и меры защиты населения.
Третье — данные о работах с особо опасными патогенами, международном доступе к объектам и механизмах предотвращения исследований двойного назначения, результаты которых могут использоваться как в гражданских, так и в военных целях.
Заявление американской разведки не доказывает наличие в Казахстане американской военно-биологической программы. Но оно подтвердило более широкий факт: США десятилетиями финансировали сеть зарубежных биологических объектов, а прозрачность их деятельности оставалась ограниченной. Для Астаны это означает необходимость представить конкретные данные о системе контроля, источниках финансирования и фактических задачах лабораторий на казахстанской территории.