«СЭ» поговорил с бывшим полузащитником армейцев Бибрасом Натхо.
Решил: с меня хватит!
— Бибрас, 23 мая вы провели последний матч за «Партизан» и завершили карьеру. Когда прозвучал финальный свисток, что почувствовали?
— Это были странные ощущения... Я провел в профессиональном футболе 20 лет — каждый день тренировки, постоянная готовность к играм. И вдруг ты понимаешь, что все позади... Непросто, но я был готов. Доволен своим решением и своей карьерой. Вот и все.
— В какой момент решили закончить?
— Еще по ходу сезона я начал об этом размышлять. Смотрел на ситуацию, что происходит в команде. Плюс, конечно, сказался возраст. Принял окончательно решение во время чемпионата. За несколько месяцев до финиша уже договорился с самим собой: это мой последний год.
— Кто первым вас поздравил после матча?
— После игры для меня устроили праздник прямо на поле. Это был действительно особенный день. Все прошло эмоционально, с большим уважением со стороны клуба и болельщиков.
Я получил множество сообщений от разных людей — тренеров, важных футбольных фигур, игроков. Жена подготовила видео с моим переводчиком из Казани. Написали Ансальди, Нобоа, Навас, Акинфеев, Слуцкий, Бердыев. Это было неожиданно для меня. И очень приятно.
— Почему вы решили, что этот сезон станет последним?
— Прежде всего, из-за возраста — мне уже 38. Пора больше времени проводить дома, с детьми, с женой, быть с семьей. А еще я вижу, куда движется современный футбол. В нем все меньше того, родного, что нравится мне.
Сегодня все больше говорят о цифрах, GPS, беге. Уличный футбол, который был несколько лет назад, исчезает. А мне нравится, когда игроки действительно творили магию с мячом. В нынешнее время вижу это все реже. В общем, многие факторы сложились, и в итоге я решил остановиться.
— «Партизан» не хотел оставить вас еще на сезон?
— В клубе знали о моем решении. Если бы я сам захотел остаться, думаю, меня бы поддержали. Но в итоге решил, что с меня хватит, ха-ха.
— Евгений Гинер вам не звонил?
— Нет, я не получал сообщений ни от кого из ЦСКА, кроме Акинфеева и некоторых болельщиков.
— Игорю Акинфееву уже 40 — и он все еще играет.
— Он начал очень рано и так долго держится на этом уровне! Огромное уважение ему. Игорь — потрясающий вратарь. И потрясающий человек. Мне повезло играть с ним. Если он до сих пор чувствует себя хорошо, так почему бы и не продолжать?
Быть вратарем в одной команде больше 20 лет — это невероятно. Это действительно великое дело. При этом не стоит забывать: у него также было много успехов и со сборной России.
В Хабаровске казалось, что прилетели в другой мир
— Какое у вас главное воспоминание о России?
— Я провел в России восемь лет, играл за два клуба. В «Рубине» мы завоевывали кубок, обыгрывали большие команды в Европе, прошли «Атлетико», встречались с «Челси», «Тоттенхэмом» и многими другими.
В ЦСКА играли в Лиге чемпионов, побеждали в чемпионате. У меня масса хороших воспоминаний. Мы с семьей прекрасно провели время в Москве. Мои дети выросли там, младший сын родился в столице.
— Узнают ли вас болельщики ЦСКА на улицах Израиля или Сербии?
— У ЦСКА много болельщиков по всему миру. Особенно сейчас, в Сербии. К тому же фанаты «Партизана» близки к ним, поэтому многие приходят на наши игры.
Много русских также живет здесь, я часто встречаю их на улице. В отпуске с семьей — в Дубае или где-то еще — замечаю [российских] болельщиков. Они всегда подходят, говорят со мной. Это всегда приятно.
— Вы играли за ЦСКА восемь лет. А почему решили уйти?
— В тот момент у меня было предложение от клуба [продлить контракт] еще на два года. Но уйти — мое решение. Я уже провел в России восемь лет, а это непростая лига — много перелетов, плюс мы играли в Европе, часто были в разъездах. Еще и долгая зимняя пауза: мы уезжали на сборы почти на два месяца!
Мои дети выросли и пошли в школу, я уже не мог брать их с собой. Отсутствовать дома полтора-два месяца стало для меня слишком тяжело. Я хотел попробовать другой вызов. Честно говоря, если бы все было по-другому, уверен, что мог бы остаться в ЦСКА больше чем на 10 лет! Это действительно отличное место для меня — осталась хорошая связь с клубом, болельщиками, городом. Моя семья чувствовала себя прекрасно. Но где-то внутри я понимал: нужно что-то менять. Это единственная причина, по которой я ушел.
— Другие клубы РПЛ, например «Зенит», вас не звали?
— За эти годы всегда были какие-то разговоры, но ничего конкретного. Когда уезжал из Москвы, единственное официальное предложение сделал ЦСКА. Но, как я уже сказал, мы поговорили с клубом, и я объяснил им свое решение.
— Многие иностранцы называют Москву лучшим городом мира. Согласны с ними?
— Конечно! Здесь есть все. Да, сначала непросто из-за пробок, гигантских размеров города, но когда узнаешь его окрестности, становится действительно хорошо. Отличный мегаполис, классные люди. Моя семья и я прекрасно провели там время.
— Вы сами водили машину в Москве?
— Несколько раз. В основном ездил с водителем, но иногда сам садился за руль.
— Вы сказали, что покинули ЦСКА в том числе из-за частых и долгих перелетов. Был один, который вы не забудете?
— Однажды мы летели почти восемь часов — в Хабаровск! Разница во времени составила семь с половиной часов. Такое чувство, будто прилетаешь в другой мир, но все еще внутри России. Это было очень странно.
И мы играли там при минус 17. Безумие! Помню, в перерыве всей командой хотели пойти в сауну, чтобы согреться. Но нас не пустили, ха-ха! Зато после игры всей командой туда зашли — прямо в одежде. Было нереально холодно.
— В ЦСКА многим игрокам давали прозвища. Какое было у вас?
— Братья Березуцкие называли меня Начо. Не знаю почему. Возможно, это пошло от испанских ребят, которые говорили: «Начо». Так и закрепилось. Братья — хорошие парни! С ними связано много историй. Отличные товарищи по команде, профессионалы. В раздевалке постоянно смеялись и веселились. У нас в ЦСКА вообще подобралась отличная команда в этом плане.
Бердыев очень жесткий
— В «Рубине» вы играли при Курбане Бердыеве. Чем он запомнился?
— Он один из самых важных людей в моей карьере. Курбан Бекиевич был моим первым тренером в Европе после отъезда из Израиля. Он мне очень помог: всегда был честен со мной, позитивен, всегда пытался сделать меня лучше. Я многому у него научился.
— Он был с вами строгим или скорее веселым?
— Он очень жесткий. Верит в то, что нужно пахать. Всегда тебя подстегивает. Нужно это принять и понять, что в итоге он хочет для тебя лучшего. Если сделаешь все, как надо, скорее всего, добьешься успеха. Но это непросто, потому что Бердыев очень требовательный. Заставляет быть собранным, сконцентрированным. Не все игроки могут это выдержать.
— А сами не планируете тренировать?
— Пока я только закончил играть... Моя большая цель — однажды стать спортивным директором. Я к этому стремлюсь. Тренерская работа мне тоже нравится, но сейчас я вижу себя больше спортивным директором. Я уже начал учиться [на спортивного директора]. Но также поступил и на обучение на тренера.
— Если позовут в ЦСКА, пойдете?
— Я всегда говорю: что будет в будущем — не знаю. Никогда не гадаю. Но если такая возможность представится, я буду только рад.
Все должны сильно прибавить, чтобы догнать «Зенит»
— Следите за РПЛ? «Зенит» снова стал чемпионом.
— Обычно в каждой стране есть несколько больших клубов, которые постоянно доминируют. Но лучшая ситуация — когда каждый год или раз в два года чемпион меняется. Это интереснее для болельщиков, полезно для развития лиги.
«Зенит» много вкладывает в свое развитие и хочет быть лучшим всегда. Другие команды должны сильно прибавлять, чтобы его догнать.
— Как оцените карьеру брата Амира Натхо?
— Знаю, что он выступает в Медиалиге. Когда я последний раз был в Москве, мы встретились. Стараюсь следить за ним насколько это возможно.
— Он не звал вас поиграть в Медиалиге?
— Пока нет. Может, в будущем. Но сейчас я хочу немного отдохнуть и заняться новыми делами.
— В России вы участвовали в самом жарком дерби «Спартак» — ЦСКА. Его можно сравнить с противостоянием «Партизана» и «Црвены Звезды»?
— В Сербии дерби все же немного другое. Да, ЦСКА — «Спартак» — это всегда жарко, накал страстей там льется через край. Но то, что творится в Белграде... Это не просто игра. Там футболом пропитан сам воздух, это чувствуешь даже на улицах. А дерби «Партизана» и «Црвены Звезды» — настоящее безумие. Это одно из самых диких, самых грандиозных противостояний на всей планете.
— Вам близки Израиль, Россия, Сербия. А в какой стране чувствуете себя как дома?
— Я родился в Израиле, много лет жил там. Затем переехал в Россию. Последние семь лет играл в Сербии — и сейчас все, что у меня есть, находится здесь. Мои дети также выросли в Сербии. Это моя жизнь. Думаю, как минимум следующий год я проведу в Сербии, а дальше посмотрим.
— Внешне вы почти никогда не проявляли эмоции, выглядели на поле невероятно спокойным. Футбол когда-нибудь пробивал на слезы?
— Футбол в принципе очень эмоциональная игра. Например, когда завоевываешь трофей, испытываешь счастье. Я прослезился, когда осознал, что моя карьера завершена.
«Переживаю из-за войны в секторе Газа. Моя семья живет в Израиле». Интервью Бибраса Натхо
Последний волшебник. Почему Бердыев — лучший тренер России XXI века
Итоги сезона для каждого клуба РПЛ. Кто удивил, кто развалился, кто выжил
Микеле Антонов, Константин Белов, «Спорт-Экспресс»