В 1930 году на опытном поле зерносовхоза «Гигант» под Сальском молодой агроном делал то, что любой его коллега счёл бы дикостью: он своими руками подсаживал к пшенице пырей. Тот самый сорняк, который на соседних полях жгли и выпалывали как злейшего врага. В России его звали «огонь полей». Агронома звали Николай Цицин.
Это не было ни ошибкой, ни чудачеством. Цицин охотился за единственным свойством сорняка, тем самым, что знакомо каждому, кто хоть раз копал заросшую грядку. Пырей ползучий (Elytrigia repens) нельзя извести. Разрубишь корневище лопатой — и из каждого куска поднимется новое растение. Копать пырей — значит сеять пырей. Он не умирает. И вот это бессмертие Цицин задумал украсть.
Пшеницу сеют каждый год заново: вспашка, посев, уборка, голое поле, и так по кругу. А пырей не сеет никто, и извести его не может никто. Замысел был дерзкий: отнять у сорняка несокрушимость и отдать её хлебу. Вывести пшеницу, которую сажают один раз, а убирают много лет подряд. Многолетнюю. «Вечную». К ней Цицин будет идти полвека, станет за это время академиком, и его именем назовут Главный ботанический сад. А первый многолетний злак, который дошёл до магазинной полки, окажется не русским.
Сорняк, у которого нет старости
Надземный пырей невзрачен: плоские линейные листья в палец шириной, тонкий колос, стебель до метра. Луговой злак, каких сотни. Всё интересное у него под землёй.
Корневище пырея шнуровидное, ползёт горизонтально на глубине от пяти до двадцати сантиметров. Оно разделено на короткие членики по два-четыре сантиметра, и на каждом сидит почка возобновления. У этих почек нет периода покоя. Они не спят зимой и не ждут весны: трогаются в рост при первом же повреждении.
С одного квадратного метра заросшей земли корневища тянутся в сумме на полкилометра. На них до двадцати шести тысяч почек. Масса корней под этим метром — два-три килограмма.
Отсюда и парадокс лопаты. Целое корневище — это одно растение, у которого верхняя почка придерживает остальные. Разрубите его, и каждый членик с почкой получает свободу. Свежий обрывок в три-пять сантиметров укореняется и идёт в рост. Пропалывая пырей кусками, дачник работает его сеялкой.
Извести пырей корневищем можно одним способом: измотать. Подрезать ростки снова и снова, пока в корне не кончится запас питания. Или закопать обрывки глубже двадцати сантиметров: оттуда побег уже не пробьётся. Остальное он переживёт.
Пырей сделал ставку. Он почти не вкладывается в семена и почти всё отдаёт корню. Однолетние злаки живут наоборот: вырастают за сезон, бросают силы в зерно и умирают. Пырей умирать не намерен: он отмирает с одного конца и нарастает с другого, и так без конца. У него, по сути, нет старости.
И вот это свойство — корень вместо зерна, жизнь без срока — больше ста лет не даёт покоя селекционерам.
Человек, который хотел приручить сорняк
Идея стара, как земледелие. Пшеницу сеют каждый год: вспашка, посев, всходы, уборка, голое поле, и так по кругу. Корень у однолетней пшеницы неглубокий и слабый, держать почву ему нечем. А если скрестить пшеницу с диким родственником, у которого корень вечный? Получить пшеницу, которую сеют один раз, а убирают много лет. Многолетнюю. «Вечную».
Этим Цицин занялся раньше, чем стал академиком. Родился он в 1898 году в Саратове, в бедной крестьянской семье, рано остался без отца, рос в сиротском доме, с двенадцати лет работал на фабрике. В Гражданскую был комиссаром связи. В 1927-м встретил Мичурина, и эта встреча определила всё.
В 1930 году, после двух лет попыток, он впервые получил гибрид пшеницы с пыреем. Скрестить растения разных родов считалось почти безнадёжным: слишком далеки. Цицин доказал, что можно. Из Ростовской области работа переехала в Омск, в созданную им лабораторию пшенично-пырейных гибридов.
Замысел был такой. Взять у пшеницы крупное хлебное зерно, у пырея — морозостойкость, засухоустойчивость, иммунитет к болезням и тот самый вечный корень. Первое поколение гибридов всегда выходило ближе к пырею: мощная многолетняя трава. Дальше начинался отбор.
Так из этой работы родилась многолетняя пшеница, а вместе с ней новый род злака. Цицин описал его как Triticum agropyrotriticum, ботаник Цвелёв позже дал имя ×Trititrigia cziczinii — трититригия. В её клетках пятьдесят шесть хромосом: сорок две от пшеницы, четырнадцать от пырея. Это второй искусственно созданный человеком род зерновых в истории, после тритикале — гибрида пшеницы с рожью.
Уточнение для точности. Тот пырей, что воюет с дачником на грядке, — ползучий. В скрещивание шли его дикие сородичи по роду: пырей средний (Elytrigia intermedia) и удлинённый. Род один, оружие общее: вечное ползучее корневище.
За пшенично-пырейные гибриды Цицин получил в 1943 году Сталинскую премию. Позже дважды звезду Героя Соцтруда и Ленинскую премию. С 1945-го и до смерти он директор Главного ботанического сада Академии наук, который сегодня носит его имя. С Лысенко отношения были непростые: в конце тридцатых поддерживал, в 1948-м писал Сталину о его «научных ошибках». Гибридами пшеницы с пыреем Цицин занимался полвека.
Хлеб на случай конца света
Эту многолетнюю пшеницу, трититригию, называли ещё и «атомным хлебом». По словам Владимира Упелниека, заведующего отделом отдалённой гибридизации Главного ботанического сада, работу одно время курировали физики-ядерщики. Культуру, способную пережить экстремальные условия и давать урожай несколько лет подряд, рассматривали как запасной злак на случай ядерного удара. Документальных подтверждений этой версии немного, держим её как предание отрасли.
Проверяемое серьёзнее предания. После Цицина работу продолжила селекционер Вера Любимова. В 2020 году в Госреестр внесли первый сорт трититригии, названный в её честь: «Памяти Любимовой». Патент держит Главный ботанический сад.
Что умеет этот злак. После уборки на зерно он отрастает заново и за лето даёт ещё до четырёх укосов зелёной массы. В сибирских испытаниях он выдержал зиму с морозами до минус пятидесяти двух. Белка в зерне от четырнадцати до двадцати одного процента, клейковины до сорока пяти: такой мукой улучшают слабую пшеницу, подмешивая в замес.
И здесь стена, о которую бьются сто лет. Растение делит силы между корнем и зерном, и щедрость к одному оплачивается скупостью к другому. Пырей выбрал корень: стал бессмертным, но с пустым колосом. Пшеницу тысячи лет вели в обратную сторону, к крупному зерну и слабому корню. Сложить оба полюса в одном растении пока не вышло. Трититригия зерно пшеницы в основном сохранила, а вечности недобрала: сорт «Памяти Любимовой» надёжно зимует две зимы подряд только в хорошие годы, обычно его сеют как озимую. Британский агроном Крис Смэйдж описывает развилку так: однолетники живут быстро и умирают молодыми, отдавая силы в семя; многолетники берегут себя и вкладывают в корень.
То самое бессмертие корня, из-за которого дачник проигрывает войну заранее, и есть всё, ради чего сто лет делают вечную пшеницу. И ровно оно мешает её доделать.
Семенами трититригии занимается небольшой отдел в ботаническом саду, расходятся они по распоряжению директора. Поля под эту культуру в стране практически нет.
Та же трава уехала за океан
С пыреем средним, тем самым диким сородичем, случилась отдельная история.
Родина этой травы — Европа, Малая Азия, Кавказ. В начале XX века её завезли в США как кормовую, скоту на выпас. Удачная партия семян приехала за океан в 1932 году, с Кавказа. В те же годы, когда Цицин на юге России скрещивал пшеницу с пыреем, тот же дикий злак отправился в Америку кормить скот.
Полвека он там и был кормом. В 1980-х за него взялись иначе. Идею подал Уэс Джексон, основатель Земельного института (The Land Institute) в Канзасе: вместо того чтобы каждый год пахать и сеять однолетники, истощая почву, надо одомашнить дикий многолетник и собирать с него зерно, не трогая землю. В 1983 году в институте Родейла селекционер Пегги Уэгонер выбрала из сотни злаков самым перспективным именно пырей средний. С 2003 года программу ведёт Ли ДеХаан.
Американцы пошли не дорогой Цицина. Они не скрещивали траву с пшеницей. Они одомашнивали сам пырей (в международной номенклатуре Thinopyrum intermedium), год за годом отбирая растения с зерном покрупнее. Получившееся зерно назвали Kernza и зарегистрировали как торговую марку института.
В 2016 году появился первый коммерческий продукт: пиво Long Root Ale от компании Patagonia. Потом мука, хлопья от подразделения General Mills, паста, крупа. В 2019-м вышел первый пищевой сорт. Сегодня Kernza растят примерно на четырёх тысячах акров в полутора десятках штатов и десятке стран.
И здесь та же стена, только с другой стороны. Американцы сохранили бессмертный корень: у Kernza он уходит на три метра вглубь и держит почву круглый год. Но зерно осталось мелким. Оно вчетверо мельче пшеничного, а урожай — около пяти-восьми центнеров с гектара против тридцати с лишним у пшеницы. Пятнадцать фунтов хлопьев Kernza стоят около семидесяти долларов, вдвое дороже обычных овсяных. Это нишевый продукт для тех, кто готов переплатить за корень. Довести зерно хотя бы до половины пшеничного американцы обещают к 2030 году. Пока — четверть.
Но первый в мире многолетний злак, который можно купить в магазине, — американский. Трава для него родом с Кавказа.
Сорняк, который дачник рубит, чтобы убить, в Канзасе размножают, чтобы продать.
Корень нашли, хлеб — нет
С того поля под Сальском, где Цицин впервые скрестил пшеницу с пыреем, прошло почти сто лет. Пырей за это время никуда не делся: он всё на тех же участках, под той же лопатой, всё такой же неистребимый. Разрубишь корневище — поднимется новое. «Огонь полей» так и не приручили.
Этот же корень в Канзасе бережно отбирают и размножают, а зерно с него продают вдвое дороже овсянки. В Москве, в ботаническом саду имени Цицина, несколько человек хранят сорт, который умеет почти то, чего хотел академик, но в поле почти не вышел.
Стену обошли с двух сторон. Русская дорога сохранила зерно, но потеряла бессмертие. Американская сохранила бессмертие, но потеряла зерно. Пшеницы, которую сеют один раз и убирают двадцать лет, нет пока ни там, ни там.
Цицин искал у пырея бессмертие, чтобы отдать его хлебу. Бессмертие он нашёл. Хлеб с ним — нет.
Сорт «Памяти Любимовой» внесён в Госреестр. Поля под него нет.
У вас на участке пырей сдаётся хоть на пядь? И что против него работает: лопата, картон, многолетнее истощение прополкой, — или только бетон?
📌Друзья, помогите нам собрать средства на работу в этом месяце! Мы не размещаем рекламу и существуем только благодаря вашей поддержке. Каждый донат становится новой историей о растении из нашей с вами жизни!