Приключения Васи становятся всё мрачнее.
Я – страж междумирья. Я – проводник перекрёстка. Моё имя – покой.
Я дарю вечность душам, приходящим на перекрёсток. Мне нравится, когда они освещены светом надежды, а не поглощены тьмой отчаяния. Светом, который должен идти изнутри. Светом, который дарован каждому с рождения, но не у каждого он разгорается.
Душа, называющая себя «Васей», вновь вернулась на Перекрёсток. Мы с ней играем в игру «Нитка с иголкой». Стежок за стежком я отправляю её на перерождение, чтобы она вернулась, сшивая ткань бытия. Своего бытия.
Корундовое древо гордыни, которое созрело после первого перерождения, теперь покрылось плесенью яда. Кто-то вонзил в него шип, отравленный завистью. Душа Васи кровоточит и болит. Это заставляет её бороться и искать спасения.
– Мужик! Что это было сейчас? Это Юлия меня отравила? Она же улыбалась мне в лицо? Я ей поверил! Ты знаешь как было мучительно больно умирать? Я чувствовал, как немеет тело, горят все внутренности и понимал, что ничего не могу исправить?!! Что я сделал не так???
– Ничего! Она просто посчитала тебя угрозой своим целям.
– Но так же нельзя! Это нечестно! Она поступила подло! Ладно, я уже третью жизнь живу. А сколько она могла испортить других невинных жизней?
– Зависть делает душу черствой.
Душа замолчала. Я наблюдал, как яд чужой зависти истончает корундовые ветви древа гордыни.
– Скажи, Ковбой, я снова вернусь?
– Да, у тебя осталось ещё пять жизней.
– Я, кажется, понял твою цель. Нужно быть добрым, светлым, всем помогать, творить добро. Так?
– Слово изречённое есть ложь. Ты видишь мир не так, как я вижу. Моё объяснение тебе не поможет. Ты готов?
– Нет, но кого это волнует. Я попробую.
Я отправил Душу на новое перерождение. Её ждёт сюрприз.
Вася очнулся от того, что его кто-то поливал тёплой водой прямо в лицо. Ему захотелось крикнуть, чтобы прекратили, а не то он захлебнётся. Вода попала в рот, солёная противная. Вместо крика раздалось кряхтение и бульканье.
– О, мля, он живой что ли?
– Я тебе говорил, что у меня целительная струя! Хочешь и тебе на ногу полью, вдруг отрастёт?
– Иди на хрен! Ты втираешь мне какую-то дичь!
Голоса были сиплые, прокуренные, пропитые, потрёпанные жизнью. Вася рывком перевернулся на бок и открыл глаза.
Он ощутил нестерпимую вонь. Пахло гнилью, блевотиной, слежавшейся одеждой, немытым телом, дерьмом и мочой. Зрение тоже вернулось, но букет запахов бил сильнее.
Инстинктивно Вася попытался оттереть лицо, чтобы избавиться он навязчивых ароматов. Это не помогло, потому что воняли грязные Васины руки и промокшая борода. Пах весь Вася целиком.
– Ааааа! – зарычал он хриплым голосом, поднялся на четвереньки и отполз в сторону.
Васю мутило. Он хотел, чтобы его вырвало, но не смог из себя ничего выдавить. За спиной раздался хриплый смех, который ударил хлыстом по самолюбию.
– Смотри, смотри, побежал как таракан, – потешался тот же голос, который хвалил целебные свойства своей струи. – Васёк, ты куда? Там не наливают, дружище!
К Васе подошёл грязный оборванец, укутанный в два старых засаленных пуховика. Ширинка на штанах была расстёгнута. Из под вязанной шапки на Васю смотрели наглые хитрые заплывшие глаза, расположенные на красном заросшем лице. Он протянул руку. Вася не мог простить, что этот недочеловек только что унизил его. Он со злости попытался плюнуть на руку, но слюна предательски застряла в бороде. Тогда Вася ударил по руке.
– Ой-ой-ой, – картинно закривлялся подошедший. – Чёрная неблагодарность! Я его оживил, а он мне в руку плюёт. Хотя должен был орган исцеления целовать! Мы думали, ты сдох, когда сегодня утром не вылез из коробки.
Бомж повернулся и пошёл обратно к столу из старой табуретки. Там сидел другой собутыльник, вытянув одну ногу. Второй ноги не было. На столе стояла бутылка стеклоочистителя, жестяная банка из-под ананасов и полбулки чёрного хлеба.
Вася решил как можно быстрее покинуть место своего возрождения. Ему здесь явно не место, хоть его и назвали «дружище». Он был выше этого. Друзья, как снежинки, исчезают, если на них пописать.
Вася поднялся и огляделся. Вдоль кирпичной стены полуразвалившегося здания проходила теплотрасса. Вокруг лежало несколько больших коробок с истлевшими грязными матрасами внутри. Из одной коробки вылез Вася. Из другой торчали чьи-то ноги. Не говоря ни слова Вася отправился по тропинке, ведущей вокруг стены.
Он оказался в спальном районе города. Людей немного. Было прохладно. Влажное ветхое пальто не грело Васю. А может просто не было энергии, которую оно должно было сохранять. Васю шатало, очень сильно хотелось есть. Он отправился искать магазин.
– Молодой человек, подскажите, где ближайший продуктовый, – какой же противный голос у Васи, когда он обратился к проходящему мимо парню.
– Пшёл вон, бомжара, – прохожий даже не злился, а выражал высшую степень брезгливости. – Это же надо так опуститься!
Васе стало обидно. Рука зачесалась на запястье. Он увидел восемь полосок, как порезы. Три серые блеклые и 5 ярких, как будто свежих. Вася вспомнил, что это всего лишь игра. Нужно потерпеть унижения и всё объяснить людям! Прохожий уже ушёл.
Вася отправился дальше и увидел магазин, а рядом автомобиль и девушку на пассажирском сиденье. Окно было приоткрыто.
– Девушка, выслушайте меня, пожалуйста, – Вася решил показать, что на самом деле он культурный человек. – Понимаете, я – программист. У меня есть дом, работа. Это просто недоразумение. Мне нужно только умыться и переодеться и вы увидите, что я нормальный.
– Ну-ка, отошёл от машины, бич! – грозный голос раздался за спиной Васи.
В следующий миг он получил ощутимый пинок под зад и отлетел на асфальт.
– Вот урод! Чего он к тебе приставал? Он трогал машину? Я теперь боюсь к ней прикасаться! Ботинок замарал ещё об него, – красивый респектабельный молодой человек обратился к девушке.
– Он, наверное, что- то хотел попросить, – ответила она испуганно из машины.
– Все они попрошайки. Алкашня, неработь. Как можно было так опуститься? Не понимаю таких. Ты ему денег дашь, а он их тут же пропьёт. Сейчас поедем на мойку – машину ополосну. Вдруг он заразный?
И они уехали.
У Васи заурчало в животе. Он и не знал, что можно так сильно хотеть есть. Его уже не сильно волновали унизительный оскорбления, которыми его обругали. Ему нужна была еда.
Вася зачем-то сунулся в магазин.
– Ты посмотри, опять он припёрся! Галя зови охрану, пусть возьмёт электрошокер, а то их ничего не учит! – продавщица на кассе сразу подняла шум.
Вася понял, что пора валить. Он только успел услышать последнюю фразу: «Галя, отмена! Он сам ушёл.»
Вася спустился к небольшой речке, текущей через город. Он твёрдо решил привести себя в порядок. Скинул пальто, начал умываться. Попытался пальцами расчёсать скатавшиеся длинные волосы и бороду. Увидел своё отражение, искажённую водной рябью. Нет, в таком виде возвращаться к маме никак нельзя. Что он ей скажет?
Тело чесалось и очень хотелось полностью вымыться. Но он очень скоро замерз от прохладного воздуха и ледяной воды, что его стала бить крупная дрожь. Надо достать еды. Хоть какой-то. Чтобы поесть и согреться. Запах после мытья вроде стал слабее. Или уже привык?
Вася вышел на улицу, где по тротуару ходили люди. Он несколько раз порывался обратиться, объяснить, чтобы поняли. Но каждый раз наталкивался на стену презрения и отвращения. Его не слышали. Уставший и потерявший надежду он отошёл к кустам.
Вдруг оттуда раздался уже знакомый сиплый голос.
– Дурак, ты пытаешься сказать им, что такой же как они, – сказал обладатель «целебной струи». – Люди этого не любят. Ты унижаешь их гордость. Смотри как надо!
С этими словами бомж в вязанной шапочке выполз из кустов и пошёл к женщине.
– Бомжур, мадам! Вы так прекрасны сегодня, как майское солнце среди суровых туч, – голос его был заискивающий и выражал бесконечное подобострастие и раболепие. – Простите, что испортил вам такой прекрасный день. Подайте нищему на кусочек хлеба, и небеса отблагодарят вас за вашу неземную красоту и доброту.
Дородная крупная женщина с угрюмым лицом бухгалтера ТСЖ вряд ли когда-либо получала столько лестных отзывов о своей «неземной красоте». Может быть, ей тоже был противен этот грязный бомж, но она великодушно по-королевски выдала ему сотенную купюру.
Вася дождался, когда его коллега спрячется в кусты, чтобы не пугать обывателей нашествием бомжей, и вышел на охоту. Молодая мама вела маленькую девочку за руку. Завидев Васю она ускорила шаг.
– Мадемуазель, подайте великодушно на пропитание! У вас такая красивая дочь, – ему было стыдно и неловко говорить. Фраза получилась скомканной и неестественной.
Женщина ускорила шаг. Но девочка не спускала глаз с Васи.
– Мамочка, давай дадим дяде денюжку. Мне кажется, ему очень плохо. Он так грустно смотрит. Мам, ну пожалуйста!
Женщина нехотя запустила руку в сумочку и достала оттуда пятьсот рублей. Она замерла на мгновенье, рассуждая про себя, что сумма слишком крупная. Но ей хотелось поскорее закончить неприятную встречу.
– Давай, я отдам дяде, – предложила девочка.
– Нет, у него могут быть вши, ещё перебегут, – мать протянула руку как можно дальше от себя. – Возьмите!
– А мне кажется, что он хороший, – серьёзно сказала дочка. Но мама уже потянула её за собой.
Вася был благодарен маленькой девочке, что она ему помогла. Но на душе было мерзко и паршиво.
– Ладно, хватит народ пугать. Пошли пожрём! – это снова вылез бомж из кустов.
Они вернулись к теплотрассе. Одноногий был на том же месте.
– Лепёха, нах ты его опять притащил? Щас делиться надо будет? – возмутился инвалид.
– Ша, Окорок! Я знаю, что делаю, – осадил его Васин проводник, видимо, местный король бомж-царства. – Витёк, проходи к столу!
– Я – Вася!
– Значит, Васёк. Какая разница? Ешь хлеб, угощайся ананасами из банки. Окорок в мусорке нашёл. Королевский ужин, сельвупле, – Лепёха противно заржал.
– Эээээ! Не давай ему мои ананасы! – возмутился одноногий. Он вообще смотрел на Васю неодобрительно.
– Я тебе сказал, ша! На улицу пойдёшь спать, будешь тут возбухать! Лучше налей ему амброзии для сугреву.
Вася грустно посмотрел на стол. Ананасы и чёрный черствый хлеб. Мозг ещё пытался возмущаться, но рефлексы уже заставили выделяться слюну. Сейчас он был готов на всё ради еды.
Вася схватил кусок хлеба и стал его обгладывать. Зубов во рту было мало и один из них ныл при надкусывании. Жевать было неудобно. Вася хотел отказаться от странной жидкости из бутылки с очистителем. Но хотелось запить сухарь. Он хлебнул жидкость и закашлялся, когда огненная вода обожгла нутро. Дыхание перехватило, но вскоре оно вернулось. И вот по телу стало разливаться тепло. Противный вкус пойла Вася заел ананасом.
Не успел он насытиться, как Лепёха спросил:
– Как будешь за ужин расплачиваться? Я же видел тебе дали деньги.
– Нет, – Вася вдруг осознал, что это единственная материальная ценность, которую он сможет потом обменять на еду.
– Ты давай не выёживайся. Хочешь, Муху возьми в добавок к еде!
Услышав своё имя из коробки вылезла женщина. Точнее раньше она имела пол. А сейчас в бесформенной одежде, коротко остриженными волосами и подбитым глазом это было некое бесполое человеческое существо.
– Муха, надо дать гостю. Я тебе за это амброзии налью!
– Как скажешь, Лепёха. Ананасом угостишь?
– Меня потом приласкаешь и ананасом угощу.
– Пусть залазит ко мне в коробку.
Вася в ужасе замотал головой, когда осознал, что ему предлагают.
– Нет, не надо! – он как маленький ребёнок выставил вперёд руку, чтобы отгородиться от окружающего его ужаса.
– Не хочешь, так не хочешь! Окорок, держи его!
С неожиданной прытью одноногий подскочил к Васе сзади завернул ему руки. Лепёха начал обшаривать карманы. Вася пытался отбиваться ногами, но получил удар по лицу и обмяк.
Король бомж-царства собрал свой налог.
– Какой ты некультурный, Васёк! Пожрал, а платить не хотел. Великодушно разрешаю тебе сегодня спать в той коробке. Считай снял апартаменты на ночь. Но завтра придётся ещё денег занести, если хочешь ночевать под крышей у тёплой батареи.
На Васю накатило равнодушное отупение. Может быть от выпитого алкоголя, а может его мозг перестал переваривать информацию и закрылся от кошмара окружающей действительности.
– Муха, ты уже штаны сняла? Васёк отказался. Сейчас я тебя оприходую.
– Только, Лепёха, налей стаканчик сначала, а? А то трубы горят.
– Щас, красотка!
Вася сначала безучастно следил за действиями Лепёхи. Тот принёс Мухе стакан с пойлом очистителя и теперь развязывал шнурки на штанах. Вдруг на Васю напала ярость.
– Не смей! Подонок! Я не позволю! – он бросился на Лепёху.
Они сцепились и повалились на землю. Вася молотил ногами и руками. Но, то ли тело это было слабым, то ли навыков не хватало, удары не производили никакого эффекта. Лепёха оказался сверху, придавил своим телом и отвесил пару ощутимых оплеух. В довершение Окорок огрел по голове костылём.
– Чего взбеленился? Я тебя накормил, ночлег предоставил, бабу предложил. Вот твоя черная неблагодарность. Гнилой ты человек, Васёк! Окорок, нам нужны гнилые люди здесь? – Лепёха наслаждался своей властью.
– Нет.
– Вот и я говорю, что нет. Пшёл вон отсюда!
Васе дали подняться и пинками выгнали за стену.
Было уже поздно. Теплотрасса согревала, а сейчас Вася ощутил, как к вечеру стало прохладно. Ему хотелось лечь и умереть. Но он пошёл вперёд. Видя брезгливые взгляды людей, Вася направил ноги на выход из города.
Когда он проходил рядом с заправкой, оттуда поехал красивый блестящий байк. Крупный рыжий пёс, до этого мирно лежащий в сторонке резко подпрыгнул и с лаем бросился за мотоциклом. Мотоциклист на секунду дёрнул рулём, а потом взревел мотором. Пёс отпрыгнул в сторону. Мотоцикл умчался прочь.Вася с грустью смотрел ему в след. Надо было задержаться на второй жизни.
Из магазина заправки вышел охранник, подобрал палку и пошёл в сторону пса.
– Пошёл прочь! Чего пугаешь людей?! Убирайся! – он запустил палкой в голову, но не попал. Пёс убежал. – И ты тоже убирайся! Развелось тут всякой швали!
Последние слова относились к Васе. Он пошёл в ту же сторону, что и пёс. Собака стояла на перекрёстке и с интересом наблюдала, кого там ещё прогнали.
– Где ты живёшь и чем питаешься? – подумал Вася. Он решил следовать за бездомным животным.
Пёс как будто специально вёл Васю за собой, не убегая далеко вперёд. Они пришли на загородную свалку. Территория была огорожена забором, но собакен знал, где находится дыра.
Пёс остановился около ржавого остова мотоцикла Урал с коляской: без колёс, с торчащими оборванными проводами. Собака подобрала кость и начала её грызть.
Вася подумал, что свалка не такое плохое место для него сейчас. Он подошёл к мотоциклу. На коляске был старый заскорузлый тент, а внутри остатки сиденья с торчащим поролоном. Из этого может получиться отличная кровать. Поесть бы чего-нибудь...
Вася отправился на поиски. Он нашёл старое одеяло, кусок полиэтиленовой плёнки и, о чудо! банку тушёнки. Правда чуть вздутую, с истекшим сроком годности.
Вскрыть банку тушёнки без консервного ножа было не такой простой задачей. Как хорошо, что когда-то в прошлой жизни... Нет, уже в поза-поза-прошлой жизни Вася любил читать приключенческие книжки. Сейчас он вспомнил, что банку можно открыть о камень: тонкая жесть быстро протрётся до дыр.
Сил было не много, но голод заставлял действовать. Мясо чуть-чуть пузырилось, хотя никакого противного запаха не было. Вася вывалил половину псу. Тот понюхал и отошёл в сторону. Странно, конечно. Но при виде тушёнки желание есть победило зачатки разума. Вася попробовал чуть-чуть. Вкус нормальный.
– Э, братец, да ты заелся – от тушёнки отказался! А я теперь не гордый. Мне надо подкрепиться, – обратился он собаке.
Вася вывалил в себя оставшиеся полбанки, потом подумал, подобрал с земли, что не съел пёс и тоже доел. Начал накрапывать дождик. Вася нашёл выброшенный тазик, протёр его от пыли и поставил под капли.
Далее он подготовил место в коляске, чтобы можно было лечь с подобием комфорта, залез туда и накрылся плёнкой от дождя.
Через пару часов живот закрутило, стало подташнивать. Наверное, это потому что мало пил. Вася вылез из своего укрытия и обнаружил в тазике скопившуюся дождевую воду. Половину выпил её с удовольствием. Вода оказывается тоже бывает очень вкусной. Решил, что теперь всегда будет употреблять только дождевую воду для питья. Остатки вылил в пластиковую бутылку.
Дождь усиливался. Когда Вася стал опять укладываться в коляску мотоцикла, то заметил жалобный взгляд пса.
– Ну, иди сюда! У меня здесь сухо и вместе будет теплее, – позвал его Вася и приподнял тент.
Пёс всё понял и запрыгнул внутрь. Стало тесно, но действительно теплее. К тому же Вася чувствовал физическую слабость. Васе нужно было обнять кого-то живого, почувствовать себя нужным. Он с благодарностью прижал к себе пса. Тот легонько заворчал, но потом положил голову и успокоился. Дождь заколошматил по плёнке в полную силу.
Вася заметил, как стали расплываться предметы вокруг. С начала подумал, что это от дождя. Но даже очертания близких вещей стали нечеткими. Перед глазами замелькали тёмные пятна. Хорошо хоть живот перестало крутить. Значит дело не в тушёнке. Но слабость всё усиливалась.
– Знаешь друг, сейчас ты мне самое близкое существо на свете, – обратился он к собаке. Пёс повёл ушами, как бы подтверждая, что слушает. – Ты спросишь, как я докатился до жизни такой? Не знаю.
Со мной происходят странные вещи. Я рождаюсь, умираю и снова рождаюсь. Мужик в ковбойской шляпе на перекрёстке миров вновь и вновь отправляет меня в чужие тела. Кажется, сейчас я попал на самое дно.
Но знаешь, думаю, что я покатился по наклонной давно. Ещё в первой жизни. Когда отец умер, мама сосредоточила всё внимание на мне. Я не мог шагу ступить без её контроля. Я не принял в своей жизни ни одного решения. Она заставила выучиться, она устроила на работу. Было у меня два друга. Они однажды позвали меня играть на заброшенную стройку. Было весело. Но маму чуть инфаркт не хватил, когда она узнала. И мне запретили водиться с этой шпаной.
В институте познакомился с одной девочкой. Вера. Училась хорошо. Позвал её к нам в гости. Мама встретила её холодно. А вечером заявила, что найдёт мне невесту получше, а «эта какая-то ветреная и вообще не подходит». Я тогда с ней спорил, но с Верой наши отношения не заладились. Точнее, это я стал её динамить и она отстала. И так во всём.
Сейчас в теле бомжа, люди постоянно спрашивают, как я мог так опуститься? А я думаю, как я мог опуститься тогда? Почему потерял себя?
И вот сейчас лежу в обнимку с бездомным псом, чтобы не замёрзнуть. Мне кажется, что этот ржавый мотоцикл такой же бомж, как мы с тобой.
Вася помолчал, а потом продолжил.
– Знаешь, о чём я мечтаю сейчас? Я всегда хотел собаку, но в нашем доме это была запретная тема.Я бы хотел сейчас починить этот мотоцикл с коляской. Посадить тебя в неё, сам сесть за руль и отправиться в путешествие. Куда мне захочется. Без всякого контроля. Тебе бы понравился ветер. Я слышал, что собаки любят ездить. Мы стали бы самыми лучшими друзьями. Потому что люди - сволочи, которые не достойны дружбы.
Вася заметил, что собака уснула. Он сам ощущал невероятную слабость в теле. Веки как будто нависли над глазами. Вася крепче прижался к псу и тоже уснул.
Когда проснулся уже рассвело. Вася попытался сфокусироваться на фонарном столбе, но тот раздваивался, словно в кривом зеркале. Во рту пересохло так, что язык прилипал к нёбу. Он хотел попить из бутылки с водой, но, поднеся её к губам, обнаружил, что не может нормально глотнуть. Голос стал хриплым, слова получались невнятными, будто у него онемел язык. Лицо как резиновая маска ощущалось обвисшим.
Васе не мог держать голову прямо — она безвольно склонялась набок. Руки дрожали, пальцы не слушались. Пёс заскулил и стал вылизывать Васино лицо. Дышать становилось всё труднее. Грудная клетка будто сжималась, каждый вдох давался с усилием. Он хватал ртом воздух, но его не хватало.
Надо бы сходить в туалет. Но сил подняться не было. К своему ужасу Вася понял, что опорожнился не вставая. Пёс выскочил наружу и залаял.
Перед глазами Васи потемнело. Он попытался выбраться из коляски мотоцикла, чувствуя, как силы окончательно покидают тело. Мышцы больше не подчинялись — он не мог пошевелить ни рукой, ни ногой. Вася сделал несколько судорожных вдохов и погрузился в темноту.
Другие рассказы на канале:
Купить книгу от Moto Ogr:
Другие статьи на канале:
Мотофилософия
Мотобезопасность
Мотокино
Мотокниги
Присоединяйтесь к чату канала Moto_Ogr:
Поддержать развитие канала: