Сообщение Telegram-канала «Военкоры «Русской Весны»
4 марта 2024 года. Пёс по кличке Балбес ценой своей жизни спас бойцов в зоне проведения спецоперации на херсонском направлении. Об этом сообщил Telegram-канал «Военкоры «Русской Весны» («РВ»).
Репортёры рассказали, что собака прибилась к военным и уже не покидала российских позиций. Псу дали кличку Балбес. Бойцы часто брали животное с собой на задания.
Во время очередной атаки со стороны Вооружённых сил Украины собака повела себя героически.
«Когда на позиции залетел очередной украинский FPV-дрон, люди начали разбегаться и прятаться, а он, «Балбес», бросился своих защищать: кинулся на дрон, вцепился в него зубами», – рассказали военные.
Собака погибла, но ценой своей жизни не дала атаковать российские позиции и спасла бойцов от смерти.
В день гибели Балбеса российские военные подписывали его именем каждый снаряд, выпускаемый по местам дислокации украинской армии. Хозяин погибшего пса с позывным Эрик рассказал, что в память о четвероногом друге военные уничтожили несколько объектов ВСУ, каждый из которых поразили «именными» боеприпасами.
-- -
Цецен Балакаев
Балбес: Дорога к подвигу
Рассказ
Из сборника «Верность выше смерти»
Он появился у блокпоста в мартовскую метель – мокрый, дрожащий комок грязной шерсти, с поджатым хвостом и глазами, в которых плескался такой дикий страх, что даже видавшие виды бойцы на секунду отвернулись. Пёс был тощ до прозрачности: рёбра выпирали, как спицы, а лапы тряслись не то от холода, не от постоянного чувства голода, въевшегося в каждую клетку.
Его так и назвали – Балбес. За глупый, испуганный взгляд и за то, как он при каждом дальнем разрыве снаряда вжимался в землю и скулил, будто просил пощады у всего мира.
Первые дни он не ел из рук. Только украдкой хватал брошенный кусок хлеба и отбегал в угол, оглядываясь, готовый в любой момент бросить еду и спасаться. Бойцы смеялись: «Ну, вояка! Трус, каких свет не видывал». Но руку к нему протягивали осторожно, не делая резких движений. Командир отделения, пожилой сержант с позывным Дед, каждый вечер откладывал кусок своей пайки: «Животное – оно душу чует. Привыкнет».
И Балбес привыкал. Медленно, по сантиметру. Сначала он перестал скулить по ночам. Потом начал есть из миски, которую ставили в углу блиндажа. А через неделю впервые вильнул хвостом, когда боец по имени Эрик почесал его за ухом. Этот момент стал переломным.
Война меняет всех. Но собак – особенно быстро. Вскоре Балбес стал тенью бойцов. Он ходил за ними по пятам, учился различать звуки: свист «прилёта» – и он уже бежал в укрытие, таща за собой Эрика, с которым стал неразлучен. Он перестал бояться выстрелов. Нет, он их ненавидел, но уже не дрожал. В его взгляде появилась та самая собачья решимость, которая превращает дворнягу в воина.
Бойцы начали брать его на задания. Сначала в тыловые вылазки, потом – в разведку. Балбес бесшумно скользил между кустов, его чутьё стало лучше любого прибора. Он чуял засады, находил «сюрпризы» и предупреждал группу глухим, едва слышным рыком. Он больше не был тем жалким псом. Он стал своим. Равным. Боевым товарищем.
«Смотри, Эрик, – сказал как-то Дед, – он ведь теперь не боится ни черта. Настоящий мужик». И усмехнулся в усы: «Потому что сердце у него теперь наше, солдатское. Доверие – оно лечит. И закаляет».
В тот злополучный день группа шла по изрытому полю. Балбес трусил впереди, как всегда, принюхиваясь к ветру. И вдруг он замер. Шерсть на загривке встала дыбом, но визга не было. Было глухое, гортанное рычание, которое они слышали только в моменты смертельной опасности.
Из-за облака вынырнул FPV-дрон. Чёрная стрела, летящая прямо на группу. «В укрытие!» – заорал Дед, но все понимали: не успеть. Поздно. Смерть уже выбрала их.
И тогда Балбес сделал то, чему не учил никто. Он не бросился в сторону. Он рванул вверх, в небо, навстречу вращающемуся винту. Его прыжок был не прыжком отчаяния – он был прыжком воина, который знает свою цену. В его глазах не было страха. Была та самая слепая, абсолютная вера, что он должен защитить этих людей. Тех, кто вытащил его из холода и голода. Тех, кто назвал его Балбесом и согрел.
Челюсти сомкнулись на пластиковом корпусе. Взрыв осветил поле. И тишина...
Бойцы остались живы. А Балбес, – тот, кто когда-то дрожал от каждого хлопка, – лежал на земле, укрывая собой чужую жизнь. Он стал сильнее смерти.
Вечером, когда горе улеглось в тупую боль, Эрик молча взял снаряд и штык-ножом начал выцарапывать на боку: «БАЛБЕС». За ним потянулись остальные. Каждый снаряд, уходивший после этого в сторону вражеских позиций, нёс на себе имя пса. Чтобы он летел туда, где больше не будет страха и голода. Чтобы он помнил: из дрожащего комка он превратился в легенду.
«Мы всегда будем брать тебя с собой, братишка, – сказал Эрик, глядя в тёмное небо. – Ты был лучшим из нас. Потому что ты умел любить так, как не умеет никто из людей».
И до сих пор, когда над позициями проносится тихий ветер, старые бойцы шепчут: «Это Балбес проверяет, не обижают ли нас». Потому что настоящие герои не умирают. Они становятся небом, землёй и тишиной, которая бережёт живых.
---
26 июня 2026 года
Санкт-Петербург