Самый опасный предатель - не тот, кто перебегает к врагу уже после поражения. Гораздо страшнее человек, который до войны носит высокий чин, имеет авторитет в армии, знает штабную систему, командует людьми и может ударить по государству изнутри в самый удобный для врага момент. В этом смысле Михаил Тухачевский, если версия о заговоре была верна, мог стать для Советского Союза вторым Власовым - только куда опаснее. Власов предал уже после катастрофы и плена. А Тухачевский мог иметь влияние ещё до большой войны, среди командиров Красной армии, когда решалась судьба всей страны.
Тема сталинских репрессий давно вошла в учебники и массовую публицистику. Её часто подают по одной и той же схеме: Сталин якобы «обезглавил» Красную армию, расстрелял лучших командиров, а потом именно из-за этого Гитлер решился напасть на Советский Союз. Картина удобная и эмоциональная. Есть «кровавый вождь», есть «невинные жертвы», есть талантливый маршал Тухачевский, которого будто бы уничтожили по сфабрикованному делу. Но чем внимательнее смотришь на эту историю, тем больше в ней неудобных вопросов.
В школьном и популярном пересказе всё часто выглядит почти как готовая легенда: жертвами «негодяя Сталина» стали семь военачальников Рабоче-крестьянской Красной армии во главе с блестящим маршалом Тухачевским. Против них якобы сфабриковали дело «антисоветской троцкистской организации», потом осудили и приговорили к высшей мере. После смерти Сталина Тухачевского реабилитировали, а его образ начали выстраивать как образ едва ли не спасителя Красной армии, которого не хватило в 1941 году.
Антисталинисты постоянно повторяют одну и ту же версию: Сталину будто бы подсунули фальшивые немецкие документы, он поверил провокации и уничтожил самого талантливого маршала вместе с несколькими крупными руководителями армии. Дальше обычно следует привычный набор: Тухачевский был образованным, знал языки, разбирался в военном деле, играл на скрипке и даже пытался сам их изготавливать. Получается почти романтический портрет утончённого военного гения, которого погубила подозрительность власти.
Но у этой красивой картинки есть обратная сторона, о которой антисталинисты говорят куда менее охотно. Тухачевский был не только светским маршалом с музыкальными интересами. Летом 1921 года он участвовал в подавлении Антоновского восстания. 12 июня 1921 года был подписан Приказ № 0116 о применении химического оружия против крестьян-повстанцев. В Тамбовском уезде артиллерийским огнём уничтожались сёла, создавались лагеря для «заложников» - семей тех, кто ушёл в леса. Среди этих заложников были старики, женщины и дети.
Короткая справка: Антоновское восстание 1920-1921 годов стало одним из крупнейших крестьянских выступлений против большевистской власти в годы Гражданской войны и после неё. Его подавление отличалось крайней жёсткостью, а имя Тухачевского в этой истории связано не с военной романтикой, а с карательной практикой против собственного населения.
В одном из сообщений в Москву Тухачевский писал, что вынужден применять расстрелы против крестьян, поскольку без запугивания ничего не получается. И вот здесь образ «идеального маршала» начинает трещать. Почему-то такого Тухачевского - жёсткого, беспощадного, готового применять самые суровые меры - сторонники антисталинской версии вспоминают редко. Им удобнее говорить о скрипке, языках и таланте, а не о Тамбовщине, заложниках и приказах военного времени.
Вся эта линия нужна для одного: принизить роль Сталина и объяснить события 1937 года исключительно «большим террором» и личной подозрительностью вождя. Такую версию продвигали многие антисталинисты, среди них и публицист Леонид Млечин. Но любопытно, что в одной из своих книг - «25 главных разведчиков России», вышедшей в 2016 году, - он сам привёл информацию, которая работает не в пользу простой схемы о «случайной фальшивке».
Речь идёт об Артуре Христиановиче Артузове, одном из создателей советской контрразведки и человеке, связанном с операцией «Трест» против белоэмигрантских боевых групп. По приведённым данным, уже после ухода из активной работы Артузов отправил письмо новому наркому внутренних дел Николаю Ежову. В нём он сообщил, что в архивах внешней разведки находятся донесения закордонных агентов об антисоветской деятельности маршала Тухачевского и существовании троцкистской организации в Красной армии.
Раньше эти материалы Артузов докладывал Генриху Ягоде. Но тот, по этой версии, запретил заниматься делом, заявив, что источник дезинформации связан с германской разведкой. Когда в октябре 1936 года Ягоду сменил Ежов, Артузов, работавший тогда в архиве Народного комиссариата внутренних дел, в январе 1937 года снова поднял вопрос. На этот раз материалы заинтересовали руководство, и Особому отделу Главного управления государственной безопасности поручили разработку ряда военачальников.
Но важная деталь в том, что 1937 год не был началом подозрений. По исходной версии, Сталин знал о возможном заговоре ещё с 1935 года. Тогда Разведывательное управление Красной армии представило ему материалы, основанные на данных французской разведки. В них говорилось о формировании антисоветской коалиции с участием Германии, Польши, Финляндии и Японии, а также о плане государственного переворота, после которого власть в стране должна была перейти к военной диктатуре во главе с Тухачевским.
Если смотреть на эту версию без привычной антисталинской рамки, мотив Сталина становится понятнее. Он мог видеть перед собой не просто амбициозного маршала, а потенциальный центр военного переворота. Чтобы такой план сработал, Тухачевскому нужно было получить ключевой пост - стать наркомом обороны. Значит, с этой должности требовалось убрать Климента Ворошилова. Вокруг Тухачевского действительно существовал круг командиров, резко недовольных Ворошиловым и считавших его некомпетентным.
Отношения между Тухачевским и Ворошиловым были враждебными. После первомайского парада 1936 года Тухачевский, Уборевич, Гамарник и ещё несколько военачальников подошли к Сталину с предложением сместить Ворошилова с поста наркома обороны. Сталин оборвал этот разговор, заявив, что вопрос нужно обсуждать на Политбюро. Но на самом заседании, как утверждается, кроме Уборевича никто открыто не выступил.
Сталин прекрасно понимал слабости Ворошилова как военного руководителя. Тухачевский действительно был профессиональнее в ряде военных вопросов. Но для Сталина важнее было другое: Ворошилову он доверял, а Тухачевский и его окружение уже находились под подозрением. Попытка взять под контроль Наркомат обороны в такой ситуации могла выглядеть не кадровой инициативой, а шагом к захвату ключевого рычага власти в армии.
Короткая справка: в 1930-е годы пост наркома обороны имел огромное значение. Это был контроль над армией, назначениями, подготовкой, вооружением и управлением войсками. Если бы во главе такого ведомства оказался человек, связанный с заговором, последствия могли быть катастрофическими для государства.
По исходной версии, Сталин также знал о контактах Тухачевского с зарубежными кругами. Ему приписывали симпатии к Германии и разговоры, в которых Гитлер представлялся едва ли не «спасением для всех». Упоминается и эпизод в Париже, где Тухачевский в 1936 году якобы высказался в таком духе в разговоре с министром иностранных дел Румынии Николае Титулеску. Для главы советского государства такие сигналы не могли быть пустяком.
При этом Сталин не спешил. Он наблюдал. В январе 1936 года Тухачевского отправили в Лондон на похороны короля Георга V. Там маршал должен был общаться с советским военным атташе Витовтом Путной. Но Путна уже находился под подозрением органов и был замечен в связях с сыном Троцкого Львом Седовым. На обратном пути Тухачевский посетил Германию, встретился с ведущими военачальниками, затем оказался в Париже, где общался с французским военным руководством. По исходной версии, он передал начальнику французского генерального штаба пакет документов, о чём тоже доложили Сталину.
К 1937 году, как утверждается в материале, в Красной армии уже существовало большое число подпольных ячеек, готовых в нужный момент взять власть в армии в свои руки. Первоначально переворот якобы планировался на 1 мая 1937 года, поскольку подготовка к параду позволяла проще перемещать войска. Затем срок могли перенести на июнь, прикрыв действия танковыми учениями и рассчитывая на привлечение немецких танковых дивизий.
Сторонник Троцкого Исаак Дойчер в книге «Сталин: политическая биография», вышедшей в 1967 году, называл среди участников заговора Тухачевского, начальника Политического управления Красной армии Гамарника, командующих Ленинградским и Западным военными округами Якира и Уборевича, а также других высших командиров. В воспоминаниях бывшего полковника Токаева приводилась и картина будущего устройства страны после переворота: «Сибирская демократическая республика», «Республика Украина», «Республика Белоруссия», «Союз государств Северного Кавказа» и другие образования.
Если принять эту версию, то речь шла не просто о смене власти в Москве. Советский Союз мог быть раздроблен на отдельные политические образования ещё до начала большой войны. И вот здесь тезис о Тухачевском как о возможном втором Власове звучит особенно остро. Власов стал символом предательства уже в ходе войны. Но Тухачевский, имея авторитет в армии, круг сторонников, связи среди высшего командования и возможную поддержку извне, мог нанести удар раньше - в момент, когда страна ещё только готовилась к смертельной схватке.
10 мая 1937 года Сталин перевёл Тухачевского на должность командующего войсками Приволжского военного округа. Это было фактическое отстранение от прежнего влияния. 22 мая Тухачевского арестовали в Куйбышеве и отправили под конвоем в Москву. На первых допросах он дал признательные показания. Вечером 11 июня состоялся суд. Вместе с Тухачевским на скамье подсудимых оказались Иероним Уборевич, Август Корк, Иона Якир, Роберт Эйдеман, Виталий Примаков, Борис Фельдман и Витовт Путна.
⚡Ещё материалы по этой статье можно читать в моём Телеграм-канале: https://t.me/two_wars
Всем подсудимым был вынесен смертный приговор, который привели в исполнение в ту же ночь. Позже, после смерти Сталина, эта история была пересмотрена, а Тухачевского и других фигурантов дела реабилитировали. Но реабилитация в политической атмосфере хрущёвского времени не снимает всех вопросов автоматически. Особенно если учитывать, что дело Тухачевского долгие годы использовалось не столько для спокойного анализа, сколько для построения удобного образа: талантливый маршал против «кровавого тирана».
На деле всё выглядит куда сложнее. Тухачевский был не только военным специалистом и человеком с европейскими манерами. Он был фигурой с серьёзными амбициями, жёстким опытом подавления внутренних выступлений, конфликтом с Ворошиловым, подозрительными зарубежными контактами и окружением, которое могло претендовать на власть в армии. Для Сталина это могло выглядеть как угроза не в будущем, а прямо сейчас.
Поэтому нейтрализация этой группы до возможного военного переворота в такой логике была не ударом по армии, а попыткой сохранить государственный контроль над ней. Можно спорить о масштабах, о методах, о том, какие материалы были подлинными, а какие могли быть частью разведывательной игры. Но одно ясно: история Тухачевского не сводится к сказке о «гениальном маршале», которого уничтожили из зависти и страха. В ней слишком много признаков большой борьбы за власть.
И если в 1941 году Советскому Союзу пришлось столкнуться с внешним врагом, то в 1937 году Сталин, по этой версии, считал главным риском врага внутреннего - военного авторитета, способного стать знаменем для переворота.
Именно поэтому сравнение с Власовым здесь так важно. Власов стал предателем после пленения. Тухачевский мог стать опаснее: не пленным генералом на службе врага, а своим маршалом, вокруг которого ещё до войны могла собраться часть армии. И если бы такой удар пришёлся в момент внешней угрозы, цена могла оказаться несравнимо выше.
Это Владимир «Две Войны». У меня есть Телеграмм. Пишите своё мнение! Порадуйте меня лайком👍
А как Вы считаете, за что расстреляли Тухачевского?