Россия выделяет более 413 миллионов рублей Таджикистану на борьбу с запрещенными веществами. Сумма солидная — почти как годовой бюджет небольшого города. Вроде бы дело нужное, но у меня в голове сразу зашевелились вопросы: а на что пойдут эти деньги? И почему мы помогаем другим, когда у самих в стране, говорят, бюджет трещит по швам? Давайте разбираться.
Что говорят новости
Программа рассчитана на три года — с 2026 по 2028-й. Документ подписали в Душанбе, с российской стороны — глава МВД Владимир Колокольцев. Деньги пойдут на укрепление материально-технической базы Агентства по контролю за запрещенными веществами Таджикистана, повышение его потенциала и совершенствование методов борьбы с опасным трафиком.
Предыдущая программа, кстати, тоже была — с 2023 по 2025 годы, и тогда сумма была поменьше — около 250 миллионов рублей. То есть теперь выделяют почти вдвое больше.
Владимир Путин недавно объяснял, почему это важно: через афгано-таджикскую границу до сих пор идёт значительный поток отравы, которая направляются в том числе и в Россию. То есть это не просто «помощь соседям» — это попытка перекрыть канал, по которому отрава идёт к нам.
А как у нас с бюджетом?
В новостях пишут, что дефицит федерального бюджета за январь–май 2026 года уже достиг 6 триллионов рублей — это вдвое больше, чем за тот же период прошлого года. А на весь год запланирован дефицит 3,8 триллиона. То есть мы уже перевыполнили план по дефициту в полтора раза, а год ещё не закончился.
И вот на этом фоне — 400 миллионов «на сторону». Сумма, конечно, не сопоставима с триллионами, но осадочек остаётся.
Вопрос к вам: как вы считаете, это разумное вложение в нашу же безопасность или деньги, которых у нас и так нет?
Где я ищу логику
С одной стороны, логика есть. Эта тема не знает границ. Если мы поможем Таджикистану перекрыть поток на своей территории — меньше дойдёт до нас. В прошлом году, кстати, в ходе совместных операций изъяли почти 50 килограммов. А всего с начала года в Таджикистане изъяли свыше трёх тонн. Работа идёт.
С другой стороны — а почему мы должны за это платить? Таджикистан — самостоятельное государство. У них есть свой бюджет. Или мы настолько заинтересованы, что готовы вкладывать свои деньги в чужую правоохранительную систему?
И ещё один момент: в мае этого года Россия ратифицировала соглашение о создании представительств МВД в Душанбе и Москве. То есть сотрудничество углубляется. Это не разовая акция, а системная работа.
Вот здесь я до конца логики не уловила: мы выделяем 400 миллионов в Таджикистане — а сколько мы выделяем на борьбу с запрещенкой внутри России? Может, эти деньги лучше потратить на лечение наших зависимых или на реабилитационные центры? Или на профилактику среди школьников?
Вопрос к вам: как вы думаете, эти деньги действительно дойдут до дела или «оседут» где-то по дороге? Бывает же такое — выделяют, а результата нет.