Самое странное в Бородинском сражении даже не то, что после него русская армия отошла к Москве. Страннее другое: Наполеон, который привык ломать армии Европы, после этой битвы не получил главного - не уничтожил русскую армию, не заставил Александра I просить мира и не смог превратить занятие Москвы в победу. На поле остались десятки тысяч убитых и раненых, французская армия была истощена, а впереди её ждала ловушка, из которой Великая армия уже не выберется прежней.
Но вокруг войны 1812 года до сих пор слишком много удобных школьных схем. Обычно говорят просто: Бородино, отступление, пожар Москвы, Тарутино, бегство Наполеона. А между этими словами остаются вопросы, которые выглядят куда неприятнее.
Почему главный удар французов пришёлся на левое крыло Багратиона, пока часть сил на правом фланге долго оставалась в стороне? Почему после битвы армия не получила своевременно боеприпасы из Москвы? Почему огромные запасы оружия и снаряжения достались французам? И кто на самом деле был заинтересован в том, чтобы Москва не стала опорой для продолжения боя?
К 1812 году Россия входила в войну с элитой, которая всё сильнее отрывалась от собственного народа. После петровских реформ высшее общество стало жить по европейским образцам, говорить по-французски, стыдиться всего «простонародного» и смотреть на русскую старину как на нечто второстепенное. Это не значит, что каждый дворянин был предателем. Но пропасть между народом, армией и частью верхушки действительно существовала. И в год наполеоновского нашествия эта пропасть проявилась особенно болезненно.
Короткая справка: в русской аристократической среде XVIII - начала XIX века французский язык был не просто модой, а языком общения высшего света. Многие дворяне свободнее писали и говорили по-французски, чем по-русски. Поэтому война с Наполеоном стала не только военным столкновением, но и ударом по культурному поклонению Франции, которое долго жило в верхах империи.
26 августа, по старому стилю, или 7 сентября 1812 года на Бородинском поле сошлись главные силы русской армии и Великой армии Наполеона. Сражение продолжалось около 12 часов. Уже больше 200 лет спорят, кто победил. Если смотреть формально, русская армия отошла к Москве, а французы позже вошли в город. Значит, можно сказать: поле осталось за Наполеоном. Но сам Наполеон после битвы говорил иначе: в битве под Москвой французы проявили огромную доблесть, но добились наименьшего успеха. Русские, по его словам, «стяжали право быть непобедимыми».
Кутузов тоже считал сражение выигранным. В рапорте в Петербург он писал, что после кровопролитного, хотя и победоносного для русской стороны боя, вынужден был оставить позицию при Бородине. В письме жене от 29 августа, или 10 сентября по новому стилю, он выразился ещё прямее: «не побит, а выиграл баталию над Бонапартием». И это важный момент. Для Кутузова победа измерялась не тем, кто ночевал на поле, а тем, сохранилась ли армия и сорван ли замысел противника.
Главный удар французов пришёлся по центру и левому крылу русской армии, по позициям Багратиона. Именно его войска приняли на себя страшную нагрузку и понесли огромные потери. Багратион был смертельно ранен, его армия истекала кровью, а на правом фланге части 1-й армии Барклая де Толли долго оставались за рекой. Современные объяснения говорят о роли резерва и прикрытии от обхода. Но для тех, кто видел, как левый фланг перемалывается под французскими атаками, это выглядело иначе.
Конфликт между Багратионом и Барклаем был известен всей армии. В начале войны Багратион рассчитывал, что главнокомандующим назначат его - популярного, боевого генерала. Но командование получил Барклай де Толли, выбравший стратегию отступления. Багратион рвался в бой и писал Александру I обвинения против главнокомандующего. Перед Смоленским сражением между ними произошёл резкий разговор, свидетелей которого было немало. Лишь после назначения Кутузова открытое противостояние стихло. Но вопрос, как этот старый конфликт отразился на действиях при Бородине, остаётся болезненным.
Были и другие решения, которые выглядят крайне странно. Начальник главного штаба Леонтий Беннигсен в самый разгар битвы вывел из засады в Утицком лесу корпус Тучкова на открытую позицию под сильный французский огонь. Корпус понёс тяжелейшие потери. Можно объяснять это ошибкой, неразберихой или неверной оценкой обстановки. Но для сторонников версии о сознательном вредительстве такой эпизод стал одним из ключевых аргументов: слишком дорого обошлось это решение в момент, когда каждый корпус был на вес победы.
После Бородина возникает ещё один вопрос: почему русская армия, выдержав сражение, не получила нужные припасы из Москвы? По данным, которые приводятся в исходном материале, были израсходованы 60 тысяч артиллерийских зарядов и около 1,5 миллиона оружейных выстрелов. Боеприпасы требовались срочно. Кутузов писал Растопчину и просил немедленно прислать из арсенала комплектные заряды на 500 орудий. Но снабжение в нужном объёме не пришло.
Особенно тяжело выглядит история с московским ополчением. Александром I было обещано ополчение в помощь Кутузову. По исходным данным, вместо ожидаемых 80 тысяч ратников было собрано даже больше - до 116 тысяч. Но их не вооружили. Объяснялось это якобы нехваткой оружия. При этом в Московском арсенале находились огромные запасы: десятки тысяч ружей, патроны, порох, снаряды, холодное оружие, обмундирование и снаряжение. Значительная часть этого, по приведённым данным, в итоге досталась французам.
Вот здесь история перестаёт быть просто военной. Если армия после Бородина нуждалась в пополнении боеприпасов, а ополчение - в оружии, то оставленные в Москве склады выглядят не случайной потерей, а катастрофическим провалом управления. Писатель Глинка пытался выяснить у Растопчина, почему оружие не дают ополченцам. Ответ, который ему приписывают, звучит как холодный приговор доверию между верхами и народом: «Мы ещё не знаем, как повернётся русский народ».
Короткая справка: московское ополчение 1812 года было важнейшим символом народного участия в войне. Но без достаточного вооружения и снабжения огромная масса людей не могла превратиться в полноценную боевую силу. Поэтому вопрос о московских запасах и решениях Растопчина остаётся одним из самых острых в спорах о событиях после Бородина.
Дальше начинается пожар Москвы. Французы вошли в город 2 сентября, или 14 сентября по новому стилю. В тот же день Москва загорелась. Огонь бушевал до 6 сентября, или 18 сентября. В городе оставались тысячи жителей и десятки тысяч раненых. По исходным данным, из почти 9 тысяч жилых домов сгорело 6532, из 8500 лавок - около 7 тысяч, из 329 храмов - 122. Масштаб разрушения был огромным.
Официальные версии о причинах пожара менялись. Часто говорили, что французы сами грабили город, а затем поджигали здания, чтобы скрыть следы. Но у этой версии есть слабое место: Наполеону пожар был невыгоден. Он рассчитывал использовать Москву как зимнюю стоянку, как склад продовольствия, фуража и имущества. Горящий город превращался не в трофей, а в проблему. При этом французы пытались тушить часть пожаров и задерживали поджигателей.
Французский сержант Анриен Бургонь позже вспоминал, что среди задержанных поджигателей были каторжники, мещане и русские полицейские, которых можно было узнать по мундирам. Эти свидетельства не закрывают вопрос окончательно, но показывают: пожар не был простой историей про «французы сожгли Москву». Всё было сложнее и темнее.
В исходном материале особое внимание уделяется Растопчину. Перед уходом из города он распорядился покинуть Москву чиновникам и вывез пожарные части вместе с инвентарём. Получается странная картина: боевой арсенал и огромные запасы оставили, а средства борьбы с пожаром вывезли. Наполеон позже обвинял в поджоге именно Растопчина. Сам Растопчин после войны написал книгу «Правда о пожаре Москвы», где оправдывался и утверждал, что виноваты французы.
Есть и другая версия, ещё более жёсткая: Москва была сожжена намеренно, чтобы лишить Наполеона возможности использовать город как базу. Советский историк Иван Полосин писал, что причиной поджога мог быть приказ Кутузова, поскольку без уничтожения Москвы терял смысл Тарутинский манёвр. Фраза «Надо сжечь Москву, чтобы спасти Россию» в этой логике становится не красивой легендой, а выражением военной необходимости.
Но исходный материал идёт дальше и видит в пожаре не только военный расчёт, но и политический удар по старой Москве. Авторская версия такова: город был уничтожен романовской властью сознательно, чтобы ликвидировать особую роль Москвы, которая воспринималась как недостаточно лояльная Петербургу. В качестве аргументов приводятся медленное восстановление города, работа «Комиссии для строения Москвы» до 1843 года и зависимость финансирования от политической лояльности.
Эта версия спорная, но она цепляет именно потому, что объясняет сразу несколько неприятных фактов: оставленные запасы, вывоз пожарного инвентаря, невооружённое ополчение, судьбу раненых и масштаб уничтожения города. В Москве остались раненые, в том числе ополченцы, многие из которых погибли при пожаре. Часть раненых армии, по исходным данным, была вывезена в Ярославль, но далеко не все получили шанс спастись.
Есть ещё один важный пласт - утрата старых архивов, библиотек и рукописей. Пожар уничтожил не только дома, лавки и храмы. Он унёс огромное количество документов, семейных архивов, книг и источников, которые могли храниться в древних московских родах. Поэтому пожар Москвы стал ударом не только по городу и армии Наполеона, но и по памяти. После него многое уже нельзя было восстановить.
Что в итоге остаётся? Бородино нельзя объяснять простой формулой «французы победили, потому что русские ушли». Наполеон не уничтожил русскую армию, не добился мира и после Москвы оказался в стратегическом тупике. Кутузов сохранил главное - армию, возможность манёвра и продолжение войны. Но путь к этому результату прошёл через тяжёлые решения, странные провалы снабжения, внутренние конфликты и пожар, вокруг которого до сих пор слишком много вопросов.
Война 1812 года часто выглядит как героическая картина, где всё ясно: народ поднялся, армия выстояла, Наполеон бежал. Это правда, но не вся. За победой стояли не только подвиги, но и тёмные эпизоды, борьба в верхах, недоверие к народу, ошибки и решения, которые до сих пор хочется назвать не просто ошибками. И чем внимательнее смотришь на Бородино и Москву, тем яснее становится: русская победа была добыта не благодаря чистой и стройной системе, а вопреки хаосу, интригам и тем силам, которые в самый страшный момент думали не только о войне с Наполеоном.
Ставьте лайк чтобы поддержать статью👍 и пишите свои мысли в комментариях!