Наполеон мог войти в Санкт-Петербург. Мог пройти по улицам главной столицы Российской империи, занять дворцы, объявить о новой победе и ждать, что Александр I наконец попросит мира. Только дальше начиналось самое неприятное: за спиной у него оставались русские армии, впереди - пустеющий город, вокруг - бедная на продовольствие губерния, на Балтике - враждебный английский флот, а связь с Европой превращалась в тонкую нитку, которую русские могли перерезать в любой момент. Петербург выглядел призом. На деле он мог стать капканом.
Именно поэтому ответ на вопрос, почему Наполеон не пошёл главными силами на Санкт-Петербург, гораздо жёстче, чем кажется. Он не хотел сам загонять Великую армию в северо-западный угол России, где победа над городом ещё не означала победу над страной. Красивый удар по «главной столице» хорошо смотрится в рассуждениях задним числом. В реальной кампании 1812 года такой ход мог закончиться для французского императора ещё хуже, чем поход на Москву.
Для начала надо убрать одну распространённую ошибку. Москва в 1812 году не была обычным городом. В Российской империи тогда было 2 столичных города - Санкт-Петербург и Москва. Да, главным центром власти оставался Петербург: там находилась императорская фамилия, двор, важнейшие органы управления и резиденции. Но Москва сохраняла особый столичный статус и резко отличалась от губернских городов.
В Москве размещались департаменты Сената, а первое лицо Московской губернии называлось не просто губернатором, а «главнокомандующим в Москве». В Петербурге существовала похожая должность - «главнокомандующий в Санкт-Петербурге». Поэтому фраза, будто Наполеон в 1812 году взял «не столицу», а до настоящей столицы почему-то не дошёл, слишком упрощает картину. Москва уступала Петербургу по государственному значению, но оставалась одним из двух столичных центров империи.
Есть и вторая важная поправка: Наполеон всё же пытался действовать на петербургском направлении. Просто не главными силами. Для этого был выделен 2-й армейский корпус маршала Удино численностью около 37 тысяч человек. Позже ему на поддержку отправили 6-й корпус генерала Гувьон Сен-Сира - около 25 тысяч человек. Затем туда же был направлен 9-й корпус маршала Виктора - примерно 33 тысячи человек.
Кроме того, помощь наступлению на север должен был оказать 10-й корпус маршала Макдональда, около 32 тысяч человек. Его задачей было взять Ригу и поддержать операции против Петербурга. То есть северная столица не была забыта. Но это направление не стало главным, а наступление на нём не принесло решающего успеха. Русский 1-й корпус Витгенштейна вместе с подошедшими подкреплениями сковал французскую группировку, а Макдональд до конца кампании застрял на дальних подступах к Риге.
Короткая справка: действия Витгенштейна в 1812 году были важны не только сами по себе. Он прикрыл петербургское направление и заставил французов держать там значительные силы, которые не могли полноценно поддерживать главную армию Наполеона.
Теперь главное. Перед началом войны Наполеон вообще не строил кампанию вокруг захвата Москвы или Петербурга. Его цель была другой: разбить русскую армию в одном или нескольких приграничных сражениях и вынудить Александра I к миру. Для Наполеона главным объектом была не точка на карте, а вооружённая сила противника. Город сам по себе ничего не решал, если русская армия сохранялась и могла продолжать войну.
Но русские армии не дали ему желаемого приграничного разгрома. 1-я Западная армия Барклая де Толли отходила к Смоленску. 2-ю Западную армию Багратиона французы пытались отсечь, но уничтожить не смогли. Потом армии соединились, и Наполеон пошёл за ними к Москве. Он преследовал не Москву как символ, а русскую армию. Уже после Бородинского сражения, войдя в Москву, он решил, что взятие столичного города заставит Россию уступить. Этот расчёт провалился.
А теперь представим, что Наполеон с самого начала разворачивает главные силы на Санкт-Петербург. На карте это выглядит дерзко. В жизни - крайне опасно. На правом фланге, а затем в тылу у него остаются основные русские группировки. Чтобы не получить удар по коммуникациям, ему пришлось бы оставлять против них крупные корпуса. Значит, к Петербургу шла бы уже не вся Великая армия, а ослабленная группировка с растянутыми линиями снабжения.
Даже если предположить, что французы отбросили бы Витгенштейна, смели небольшие русские отряды и вошли в Петербург, победа оказалась бы сомнительной. Власть, двор, учреждения и всё, с чем можно было вести политический торг, скорее всего, были бы эвакуированы. В реальности такая эвакуация из Петербурга в 1812 году готовилась и частично уже начиналась. Наполеон рисковал получить не покорённую столицу, а пустеющий город на краю огромной страны.
Дальше начиналась проблема снабжения. Петербургская губерния даже в мирное время зависела от привозного хлеба. Огромную армию она прокормить не могла. Вокруг Москвы французы тоже столкнулись с тяжелейшими трудностями, но район Петербурга давал ещё меньше возможностей для фуражировки. На север и восток двигаться было почти бессмысленно: Финляндия и Олонецкая губерния не решали продовольственный вопрос. На запад была Балтика, где действовал английский флот.
Короткая справка: британская эскадра адмирала Джеймса Сомареса контролировала Балтику и мешала бы французам использовать морские коммуникации. Поэтому доставка припасов из Данцига или Гамбурга для армии, застрявшей у Петербурга, превращалась бы в крайне рискованную задачу.
С юга к французам постепенно подошли бы русские армии. К ним могла присоединиться Дунайская армия, высвободившаяся после войны с Османской империей. В итоге Наполеон оказался бы в северной ловушке: огромная армия в городе, который трудно снабжать, русские силы на юге, британцы на море, коммуникации под угрозой. А главное - русская армия не уничтожена. Значит, война не закончена.
Оставалась бы надежда только на одно: Александр I испугается падения Петербурга и попросит мира. Но в этом Наполеон уже ошибся с Москвой. Русский император ещё до войны говорил, что не подпишет мир, пока на русской земле остаётся хотя бы один иностранный солдат. Потеря Москвы не сломила Россию. Нет причин думать, что падение Петербурга автоматически заставило бы её капитулировать, особенно если армия сохранялась.
Поход на Петербург кажется разумным только тогда, когда смотреть на карту и забывать о войсках, хлебе, дорогах, флоте и расстояниях. В реальности Наполеон мог взять город и одновременно потерять свободу манёвра. А для него это было смертельно опаснее любого пустого дворца. Захваченная столица без разгромленной армии противника превращалась не в победу, а в тяжёлый груз.
Ставьте лайк чтобы поддержать статью👍 и пишите свои мысли в комментариях!