В искусствоведческой литературе Лев Чистовский (1902—1969) и Ирина Клестова (1907—1988) значатся как французские живописцы, но их имена внесены и в реестр профессиональных художников России.
Она получила наибольшую известность, рисуя натюрморты с пышными цветами. Он писал портреты, мифологические сцены, пейзажи, иконы и обнажённых женщин. Оба — яркие представители салонного академизма.
В Российском фонде культуры хранится несколько работ художников. Занимаясь их атрибуцией, мы нашли биографические сведения, о которых мало известно широкой публике.
Лев Смарагдович Чистовский родился в Пскове в 1902 году в семье педагога, музейного работника и фенолога Смарагда Михайловича Чистовского. Учился во ВХУТЕМАСе у В.Е. Савинского и А.Р. Эберлинга. В 1924 году поступил в Ленинградскую академию искусств, но, не окончив её, эмигрировал в Европу.
Ирина Борисовна Клестова родилась в Саратове пятью годами позже Чистовского. Училась в Москве в частном училище у знаменитого русского живописца Фёдора Ивановича Рерберга. В возрасте 18 лет уехала в Италию, где продолжила учёбу в Римской академии изящных искусств. Здесь она и познакомилась с Львом Чистовским, с которым уже не расставалась до конца жизни и для которого стала единственной музой, верной женой, настоящим другом.
После Италии супруги переехали в Париж. Они сняли мастерскую на Монпарнасе, в квартале, который в начале прошлого века облюбовала богема со всего мира. Их соседями были французский писатель и основоположник сюрреализма Андре Бретон и польская художница Тамара де Лемпицка.
Одним из главных учителей, повлиявших на всё дальнейшее творчество Клестовой и Чистовского, стал знаменитый искусствовед Павел Павлович Муратов. Ещё в Риме, видя работы молодых художников, он советовал им не отвлекаться на современные модернистские течения, которые тогда с головой накрыли Париж 20-х годов, а продолжать традицию, свойственную их ранним работам, и оставаться приверженцами академической школы.
В 30-е годы Лев Чистовский и Ирина Клестова перебрались в тихий городок Сеневьер на юго-западе Франции. Там, помимо живописи, занялись разведением цветов. Построили большую оранжерею для орхидей, лилий, роз, гладиолусов — они-то и стали для художников постоянными моделями для их картин.
Чаще всего Клестова рисовала натюрморты с розами. Известно множество вариаций данной композиции. Историк искусства, автор монографии, посвящённой русскому искусству первой половины ХХ столетия, Ксения Михайловна Муратова писала:
«Натюрморты Ирины Клестовой свидетельствуют о передовом мастерстве художника в создании живописной иллюзии, задуманной как средство сублимации природы, подчинения её законам и возвышения этих образов волей художника».
Размеренную жизнь художников омрачил только арест Льва Чистовского в 1941 году. Оккупационные власти несколько месяцев содержали его в лагере Компьень под Парижем.
Сегодня работы Льва Смарагдовича пользуются неизменным спросом в галереях Франции, Англии и Америки. Его картины находятся в частных коллекциях и музеях России. В Русском музее, например, хранится «Спящая девочка», а в Государственном музейно-выставочном центре РОСИЗО — «Купальщица».
Лев Смарагдович Чистовский являлся членом Национального общества изобразительных искусств. В 1930 году он вступил в Общество независимых художников Франции, в составе которого участвовал во многих выставках Большого дворца в Париже. В 2010 году в Каннах проходила экспозиция «60 шедевров русской школы: обнажённая натура в живописи 1900—1970 годов», где среди работ русских мастеров-эмигрантов были представлены и полотна Льва Чистовского.
В документах Российского фонда культуры значатся четыре работы, которые попали в СССР в 1987 году через советское посольство в Париже. Их за год до своей смерти передала в дар Советскому фонду культуры Ирина Борисовна Клестова. В этом даре были живописные работы супругов и альбом с 24 рисунками Льва Чистовского по технике иконописи, которые впоследствии были переданы на постоянное хранение в филиал ГИМа «Новодевичий монастырь».
На «Автопортрете» из собрания Российского фонда культуры художник изобразил себя и свой вариант иконы «Архистратиг Михаил» (Верховный воевода Небесного Царя).
Есть также в коллекции Фонда картина «Вакх» в авторской раме. Вакх воплощает идеи праздника, жизнелюбия, плодородия, но может символизировать и мрачные стороны человеческой природы. Его атрибуты — виноградная лоза, кубок, венок из плюща или виноградных листьев, что очень умело воплотил в своём произведении Лев Чистовский.
Спутница Вакха — вакханка. Ей посвящена ещё одна картина художника, впоследствии переданная в филиал Советского фонда культуры в Сыктывкаре (Республика Коми).
И четвёртое полотно из дара Клестовой — это её собственная работа «Обнажённая». Все картины относятся ко второй трети XX века и написаны маслом на специально обработанной древесноволокнистой плитке (оргалите).
Известно, что работы обоих художников не раз выставлялись на аукционах. Об этом свидетельствуют маркировка компаний, специализирующихся на транспортировке произведений искусства, и наполовину стёртые этикетки выставок на обороте полотен.
Сегодня цена работ Льва Чистовского варьируется от 210 до почти 300 тысяч долларов. В 2013 году картину художника «FEMALE NUDE» продали на аукционе Сотбис за рекордные 275 959 долларов, а другую картину, по слухам, купил сам Сальвадор Дали.
Лев Чистовский и Ирина Клестова внесли определённый вклад в развитие мировой живописи. И, вспоминая их сегодня, мы не только возвращаем имена забытых художников, но и можем проследить, каким было и как менялось искусство на протяжении многих десятилетий. Так что «забытость» — это порой не конец истории, а только её новая глава, которую мы пишем.
Материал из архива коллекций даров Российского фонда культуры. Предоставлен главным хранителем О.К. Земляковой. Фото: открытые источники, архив Российского фонда культуры