И тут наших героев, которые, напомню, летали сбросить венок на могилу британскому лётчику, настигает куча британских самолётов, и мы видим первый воздушный бой в фильме.
Самолётов именно куча, поскольку роятся они как мухи в … э-э-э … в том месте, где любят роиться мухи. Так уж авторам фильма видится воздушный бой Первой мировой. Не берусь утверждать, что он выглядел иначе. Кинохроники тех лет очень отрывочны. На мой вкус в фильме получилось вполне атмосферно и динамично. Примерно такими же бои показаны в фильме «Эскадрилья «Лафайет». Короче говоря, пока что лучше ничего не снято.
На аэродроме пилотов отчитывает обер-лейтенант Карл-Генрих Боденшац.
Он был офицером по особым поручениям (адъютантом) командира 2-й истребительной эскадрильи и даже несколько дней исполнял обязанности её командира в ноябре 1916 года. Лётчиком-асом Боденшац не был (хоть впоследствии и стал генералом авиации), но был боевым пехотным офицером и имел до перевода в авиацию четыре ранения. В фильме он почему-то носит уланскую униформу. Манфред относится к Боденшацу с видимым пренебрежением.
Как бы между делом становится известно, что сбытый Рихтгофеном самолёт упал в нескольких километрах от аэродрома и вся команда устремляется к месту падения. С ними медицинский фургон с санитарами, медсестра и пара солдат, которые вальяжно курят в сторонке и посматривают на то, как офицеры, вскарабкавшись на отвесную гору, достают из кабины тела двух канадцев.
Впрочем, один из сбитых пилотов оказывается жив, в сознании и даже выглядит вполне неплохо после жёсткой посадки. Только какая-то некрашеная деревянная рейка из ноги торчит. Похоже, что это самая серьёзная из его ран, поскольку Рихтгофен тут же её перевязывает своим белым шёлковым шарфом.
Раненого передают медсестре, которой оказывается Кете Отерсдорф – это вымышленный главный женский персонаж фильма, но у неё был реальный прототип Кете Ольтерсдорф, с которой Рихтгофен познакомился несколько позже, летом 1917 года.
Раненый лётчик – это реально существовавший канадский ас Артур Рой Браун. Рихтгофен его не сбивал. Более того, в конце 1916 года Браун, вероятно, находился в госпитале. Но авторы фильма решили ввести этого персонажа в фильм именно таким образом по двум причинам. Во-первых, Браун стал одной из вершин любовного треугольника. Во-вторых, Брауну приписывалась гибель Рихтгофена и в фильме решили провести их противостояние через всю картину.
Далее нам показывают, как немецкие офицеры, включая Манфреда и его друзей, отдыхают в «доме увеселений» среди выпивки и непотребства. Тут разыгрывается сценка, очень напоминающая американский фильм «Три мушкетёра» 1993 года: там Арамис переманивал к себе «девицу» из объятий Портоса куртуазностью своей речи, а здесь – Штернберг делает тоже самое, изображая роторно-поршневой двигатель, и без подруги остаётся Фосс.
Манфред хоть и присутствует, но демонстративно в разврате не участвует – чуть ли не книжку читает.
И так уж получилось, что мимо проезжал госпитальный автомобиль и закипел. Медсёстры обратились к работницам заведения и одна из них (негритянка) пошла к машине. Было бы логично, если бы негритянка взяла с собой ведро воды, но она пошла с пустыми руками. Видимо, просто в двигателях разбирается и отправилась чинить машину.
Естественно в машине ехала и Кете, и у них с Манфредом происходит случайная встреча. Говорят о Брауне. Манфред заигрывает. Кете при виде Рихтгофена скрещивает руки на груди, натягивает мерзкую надменную улыбку и ведёт себя дерзко: мол про Брауна поинтересовался, но как-то не так, как ей хочется, без искренней заботы. В конце обещает вернуть шарф и уезжает.
Пока вся эскадрилья скорбит по поводу гибели от рук французов очередного немецкого лётчика, Рихтгофен вынашивает честолюбивый план сбить британского аса майора Лэно Джорджа Хоукера, которого узнал в предыдущем бою по бородке и скелету на фюзеляже.
В фильме Хоукер – довольно плотный мужчина, в бою орёт и суетится как человек с явно неуравновешенной психикой.
Вообще лётчики – это преимущественно люди мелкой комплекции, а судя по сохранившимся фотографиям Хоукер носил только жиденькие усы, а не бороду и мало походил на сыгравшего его актёра.
Скелета с косой на реальном самолёте Хоукера не было. Просто не могло быть по одной очень веской причине – в 1916 году он летал на DH.2, у которого отсутствовала обшивки хвостовой части. Самолёт-то был неплохой для своего времени, но современному зрителю мог бы показаться слишком архаичным. Вероятно поэтому, в фильме Хоукер летает на совершенно другой машине, на которой изображён скелет с косой – точно такой же как был на реальном самолёте SPAD XIII французского лётчика (серба по национальности) Петара Мариновича.
У Боденшаца свои заботы – прямо во время прощания с телом покойного немецкого лётчика Боденшац решает сообщить Рихтгофену, что его хотят наградить высшей военной наградой Пруссии – орденом «За заслуги».
Официально он назывался по-французски «Пур ле Мерит», неофициальное название – «Голубой Макс» (орден был в виде креста голубого цвета).
Рихтгофен до смерти хочет эту награду, но Боденшац заявляет, что существуют некие правила, которые не может изменить даже сам кайзер и требует, чтобы Манфред сбил наблюдательный аэростат.
Вообще-то критерии для награждения орденом быстро и сильно менялись. Так, например, лётчикам в начале войны его давали за восемь воздушных побед, а в конце – за 30. Обязательного сбития аэростата среди условий для награждения не было.
Впрочем, аэростаты не были такими уж лёгкими целями, поскольку их старались прикрыть огнём с земли и истребителями. Был и ещё один неприятный нюанс – чтобы сбить аэростат, нужно залететь на вражескую территорию, в том время как самолёты противника можно было сбивать и над своей.