Новая документальная лента рассказывает историю жизни музыканта, прошедшего через зависимости и разрушительные отношения — романтические, семейные и профессиональные
Йен Уинвуд, The Telegraph
Однажды вечером, осенью 1971 года, тяга Грегга Оллмана к авантюрам привела его в дом брата. Пока Дуэйн Оллман, полностью одетый, отсыпался после бурной ночи, его младший брат вошел — без приглашения — и насыпал себе щедрую полоску кокаина из флакона, без дела стоявшего на тумбочке рядом с кроватью. Через мгновение аккуратно выложенная дорожка исчезла после одного вдоха.
По меркам истории The Allman Brothers Band этот эпизод примечателен лишь одним обстоятельством. Вскоре после него Дуэйн погиб в аварии на мотоцикле в городе Мейкон, штат Джорджия. Ему было всего 24 года. Последний телефонный разговор между братьями состоялся уже после той истории, и Грегг отрицал, что взял наркотики Дуэйна.
«Последнее, что я сказал своему брату, было чёртовой ложью», — признавался он позднее в мемуарах «Мой крест, который мне нести» («My Cross to Bear»), вышедших в 2012 году.
В этом месяце выходит новый документальный фильм «Gregg Allman: The Music of My Soul», в котором вся жизнь музыканта, наполненная химическими зависимостями, показана без прикрас. Помимо наркотиков практически всех существовавших разновидностей, один из участников картины вспоминает: «Грегг мог выпить литр крепкого алкоголя и всё равно выйти на сцену... Думаю, ему казалось, что это всегда будет сходить ему с рук. Но однажды наступил момент, когда перестало сходить».
Будучи одним из основателей The Allman Brothers Band, Оллман неоднократно доводил себя и группу до хаоса и почти полного краха. История с братом, например, объяснялась тем, что Дуэйн не купил ему кокаин, когда возвращался из реабилитационной клиники через Нью-Йорк. В ту же ночь, когда погиб старший брат, сам Грегг получил передозировку героина, хотя врачам удалось его спасти.
Остальным музыкантам группы он тогда сказал: «Если мы не продолжим играть так, как этого хотел бы мой брат, мы все превратимся в наркодилеров и просто сойдем на нет».
Эти слова были обращены к коллективу, которому вскоре предстояло стать одной из самых конфликтных и дисфункциональных групп в истории рок-н-ролла.
И всё же играли они потрясающе. После двух почти незамеченных студийных альбомов The Allman Brothers Band в 1971 году сорвали куш с концертным альбомом «At Fillmore East». Композиция «Whipping Post», занимавшая целую сторону виниловой пластинки, стала одной из визитных карточек группы. Именно этот альбом помог определить границы южного рока, среди главных представителей которого были также Lynyrd Skynyrd и ZZ Top, а заодно заложил основы джем-сцены, основанной на импровизации и существующей до сих пор.
Однако для самого Оллмана наркотики оставались постоянным спутником. Он не делал различий между веществами: курил марихуану, ел галлюциногенные грибы, принимал ЛСД и амфетамины, нюхал кокаин, а затем увлёкся героином, который со временем начал вводить внутривенно.
В те годы слава часто воспринималась как разрешение потакать самым разрушительным желаниям. Однажды группу встретили на борту частного самолёта надписью «Welcome Allman Brothers», выложенной кокаином прямо на барной стойке.
Даже в весьма свободные 1970-е далеко не все одобряли подобный образ жизни. На одной из вечеринок в Нью-Йорке руководители Atlantic Records Джерри Векслер и Ахмет Эртегюн мужественно попытались увещевать музыканта. «Ты вообще понимаешь, с чем связался? — спросили они. — Героин убил Чарли Паркера. Он убил Билли Холидей. И он убьёт тебя тоже».
Но их слова не были услышаны.
Некоторые детали рок-н-ролльной жизни той эпохи сегодня выглядят ещё более тревожно.
«Мы с братом познакомились с двумя совсем юными девушками, когда впервые приехали в Голливуд, — рассказывал Оллман музыкальному журналисту Алану Лайту, помогавшему ему работать над мемуарами. — Господи, сейчас оглядываюсь назад и думаю: почему мы тогда вообще не оказались в тюрьме?»
Гедонизм неизбежно приводил к полной потере контроля над финансами. В 1975 году группа завершила тур из 41 концерта в поддержку альбома «Win, Lose or Draw». За каждое выступление музыканты получали по 80 тысяч долларов. Однако по итогам тура чистая прибыль всего коллектива составила лишь около 100 тысяч долларов.
«Мы остались без денег, потому что покупали кокаин унциями, а ещё героин, — вспоминал Оллман. — Плюс вокруг были женщины, лучшие рестораны и вообще всё, что только можно пожелать. Назовите что угодно — и у нас это было».
В июне того же года Оллман стал участником одного из самых неожиданных звёздных романов десятилетия. Он познакомился с поп-суперзвездой Шер, начал за ней ухаживать и вскоре женился на ней. При этом их первое свидание оказалось катастрофой: на вечеринке в Голливудских холмах музыкант ушёл в ванную и на двадцать минут отключился после героина.
Шер это, похоже, не смутило. Спустя всего несколько дней после завершения её развода с Сонни Боно пара поженилась в Лас-Вегасе. Для Оллмана этот брак стал третьим — всего же он был женат семь раз.
Через девять дней после свадьбы Шер подала на развод, указав в качестве причины проблемы мужа с наркотиками.
Позже супруги всё же помирились. В 1976 году у них родился сын Элайджа Блу, а год спустя они вместе записали альбом «Two the Hard Way», который критики практически единодушно разгромили. Окончательно супруги расстались в 1979 году.
«Чёрт, да она просто группи», — заявил однажды Оллман в интервью, которое явно давал не в самом трезвом состоянии. И тут же добавил: «Но я ведь на ней женился, значит, я ещё большая группи, чем она».
Шер отзывалась о бывшем муже гораздо теплее. В интервью журналу People в 1978 году она говорила: «Он замечательный. Не понимаю, почему сам этого не видит. Он самый добрый, мягкий и любящий муж и отец».
После смерти музыканта в 2017 году она написала в соцсетях: «Я пыталась... Слов недостаточно, Ги-Ги. Навсегда, Чуч».
Тем временем возросшая популярность группы всё сильнее втягивала её участников в сложные и неоднозначные истории. В 1976 году менеджер и доверенное лицо коллектива Джон «Скутер» Херринг оказался под судом по обвинению в поставках кокаина Оллману. Один из журналов Вашингтона тогда даже опубликовал материал, утверждавший, что тесные связи группы с кандидатом в президенты Джимми Картером были частью схемы, якобы позволявшей компании Coca-Cola наводнить Соединённые Штаты кокаином.
Реальность была менее сенсационной, но всё равно мрачной. Показания Оллмана на процессе вызвали волну угроз и породили подозрения, что он сотрудничает с правоохранительными органами. Сам Херринг получил невероятно суровый приговор — 75 лет тюрьмы. Впрочем, фактически он провёл за решёткой лишь восемнадцать месяцев, после чего был освобождён. Позже президент Картер подписал ему помилование.
Сам Оллман, судя по всему, не испытывал особых угрызений совести.
«Я не мог понять, за что именно должен чувствовать себя виноватым, — писал он в мемуарах. — Мне нужны были наркотики, Скутер их достал. Я заплатил, и на этом всё закончилось. Если бы я сам пошёл покупать их на улице, то, вероятно, разрушил бы свою карьеру».
В действительности он почти сделал это и без посторонней помощи.
После десятилетия пьянства и передозировок наступили 1990-е. Неожиданным спасением стало появление новых радиостанций классического рока, которые начали активно крутить лучшие записи The Allman Brothers Band. В 1995 году эта история возрождения достигла кульминации: группу включили в Зал Славы Рок-н-Ролла.
Но даже тогда всё было далеко не безоблачно. Пока музыканты отмечали своё признание, им одновременно пришлось устраивать сеансы групповой терапии уже ради самого Оллмана.
«Я приехал в Нью-Йорк в воскресенье, напился и оставался пьяным пять дней подряд, включая саму церемонию включения в Зал Славы», — вспоминал он позднее. И добавлял: «Тогда у меня были не просто трясущиеся руки — меня буквально колотило. Я держал под кроватью бутылку, чтобы выпить, если вдруг протрезвею во сне. Я едва мог ходить, настолько сильно трясся».
На этот раз трезвость всё-таки закрепилась. После семнадцатого курса реабилитации в клинике Пенсильвании Оллман прожил более двадцати лет без алкоголя и наркотиков.
27 мая 2017 года он умер во сне от осложнений, вызванных раком печени. За три года до этого The Allman Brothers Band дали свой последний концерт, завершив невероятную серию из 232 выступлений в нью-йоркском Beacon Theatre. Когда музыканты вернулись на сцену для финального номера после трёх сетов и выхода на бис, дата уже сменилась с 28 на 29 октября — годовщину гибели Дуэйна Оллмана.
Грегг объявил публике, что группа исполнит первую композицию, которую они когда-либо сыграли вместе.
С исключительной символичностью история The Allman Brothers Band завершилась песней «Trouble No More», в припеве которой звучат слова: «Но однажды, детка, ты больше не будешь мучить меня».