«Виктор Чижиков. « Я рисую кота, но имею в виду человека»»

Виктор Александрович Чижиков – известный и любимый многими художник начал заниматься карикатурами и шаржами с самого детства. Отец знакомил его с миром искусства. Он перенял умение видеть смешное даже во время самой жестокой войны, даже в самых страшных вещах именно от отца. Ведь смех – это в национальном народном сознании – оружие, лекарство, оберег от бед и невзгод, не случайно известный герой русского фольклора должен был рассмешить Несмеяну и за это получить полцарства! Однажды отец будущего художника прислал письмо с фронта, а там почти карикатура - автопортрет в форме морского пехотинца, втыкающего штык в зад изогнувшемуся над рекой фрицу.

Уже в 9 классе Виктор показал свои шаржи знаменитым Кукрыниксам и получил одобрение. Позже он по совету одного знакомого опубликовал свою работу в газете: «В «Жилищном работнике» художник рисует хуже тебя, сходи туда, тебя с радостью возьмут». Чижиков решил рискнуть и всё у него получилось. На той карикатуре высмеивалось, как коммунальные службы не убрали снег: так у Чижикова лыжник съезжает с крыши заметённого дома, как с высокого снежного склона.

Художник Чижиков – мастер своего дела: чувство юмора, быстрота реакции, наблюдательность, большая сконцентрированность, острота и точность художественного образа, и огромное желание сделать с каждым рисунком мир вокруг лучше и добрее. Эти качества сближают меня с его творчеством. Я вижу, насколько Чижиков внимателен к деталям, какой «говорящий» у него штрих, какая пластичная линия в изображении персонажей, он чрезвычайно лаконичен и точен в выборе технических элементов графики. Но при этом, его герои узнаваемы, любимы, коммуникабельны, с ними хочется дружить, общаться, от них не устаёшь, и забыть их совершенно невозможно. Особенно выразительны и любимы мною образы и характеры чижиковских животных: собак, котов, медведей. Мишка Олимпийский, созданный Виктором Чижиковым в 1980 году, – самый симпатичный символ, можно сказать золотой призёр среди вех символов разных олимпиад! Самая главная его образа – сходство с человечком, малышом и такая же детская бесконечная доброжелательность без всякого подтекста. Виктор Александрович считал, что детский художник несет огромную ответственность даже за мельчайшие ошибки: «Быть детскими художниками нигде не учат, ими становятся те, кто хорошо помнит, что им было интересно в детстве».

Я хочу прикоснуться в этой работе к характеристикам любимых мною с детства из книг персонажей - представителей «кошачьей вселенной» художника. Из всех зверей Чижиков предпочитал котов: «…у меня было много котов, каждый имел свой характер и был абсолютно не похож на всех остальных. Наверно, поэтому я рисую котов всю жизнь с особым удовольствием». В студии он хранил весьма пухлую папка, в которой были собраны зарисовки, наброски, рисунки котов, характерными очень длинными усами, сделанные в разное время. Поэт Андрей Усачев друг художника, обладающий не меньшим чувством юмора, сочинил к каждому «котогерою» по стишку. Так возникла книга под названием «333 кота» с каламбуром в подзаголовке: «РосКОШНО иллюстрированное издание». В книге были и отдельные «Портреты», и «Семейный альбом», и «Школа», и «Спорт», и «Светская жизнь», и даже «Любовь». Коты были - «мяУзыкальные », обладающие «Житейской мудростью», мечтательные… Коты «на природе», коты «на пенсии». Но ни в одном из сотен(!) рисунков Виктор Александрович не повторился ни разу! Нарисованные в разных техниках, представители кошачьих изумляют разнообразием своих настроений, поз, выразительностью физиономий. Как велик диапазон художника! Чижиков признался как-то: «Конечно, я рисую кота, но имею в виду человека». Котов он наделяет самыми разными характеристиками: добрые, пушистые, с проницательными глазами, по-своему смешные, забавные, игривые, ворчливые, хвастливые, ленивые, с различными человеческими достоинствами и пороками. Каждый может найти в этих котах что-то своё, узнать что-то и о себе, и об окружающих людях, при этом с интересом и любовью разглядывать на развесёлых картинках Виктора Чижикова наших братьев меньших - домашних котиков и уличных котов. Подмечу, что особо подчеркнута художником в каждом его персонаже такая свойственная каждой кошке черта как свободолюбие. Ещё и поэтому у героев такая ярая индивидуальность: только обладающее свободой живое существо может её демонстрировать.

Я хочу рассказать о нескольких рисунках Виктора из книги «333 кота», исследуя, как он работает с графическими материалами, как ведет линию и вводит цвет. И чему я как художник могу научиться у выдающегося кариктуриста.

В основном Виктор Александрович работает пастелью, цветными и графитными карандашами, тушью и реже - акварелью.

Мне нравится его быстрая и очень умелая работа с линией, очень простой и ясной зрителю, такой, как, например, в этом динамичном и подвижном персонаже. (Рис. 1).

Рисунок выполнен тушью. Линия быстрая и ломаная, как приём – скорый, неаккуратный, размашистый штрих. Характер кота выражен через устремлённость человеческого «сверлящего» взгляда, одежку и необычную вальяжно-хозяйскую позу. Мы видим, как этот денди важен, самонадеян, он нагл и чем-то недоволен, не стоит к нему подходить - вдруг ног не унесёшь? Пройти близко тоже вряд ли получится: хвост – граница, за ней мощные такие лапы, торчащие в разные стороны усы и брови – стрелы, копья, уши – острые настороженные вверх - тоже преграда. И весь он поджарый, состоящий из острых углов точно не мягкий и пушистый. Полная противоположность дружелюбию.

Рис. 1

Следующая работа (Рис. 2) высмеивает такой человеческий порок как пьянство и другие различные зависимости. Автор нарочито искривляет замок, нарисованный слева, и искажает пустое пространство фонового пейзажа многочисленными беспорядочными, неровными линиями, создавая ощущение качающейся «невнятицы». Дерево справа от пьяницы – сучковатое, неживое – образ омертвения жизни без будущего. Ощущение сильной качки добавляет такая деталь как ключ – отлетающий в противоположную сторону от шатающейся фигуры героя. Всё вокруг безрадостное, лишь сам кот, опорожнивший две бутылки, – временно весел, он горланит песню, но глаза его не видят, куда идти. Он не разбирает дороги и идёт прочь от дома. Его усы обвисли, да и клык остался в гордом одиночестве. Кот, так похожий на уличных пьяниц, весь состоит из рваных линий, нечёсаный, неухоженный и вот-вот упадет на спину. Он балансирует на одной лапе. Весьма неустойчивая поза. Если бы не ветер в спину, наш герой был уже в лежачем положении. Он выгладит жалким и отуплённым. Очень выразительная карикатура.

Рис. 2

Карикатура бывает не только чёрно-белая, но и цветная (Рис. 3). Композиция и сочетания цветов вызывают восторг. Кот получился очень важным, хотя находится не в центре, а в верхнем левом углу. И, как будто, натюрморт, который мы должны созерцать, занимает больше места, но многие предметы лишь обозначены тонкой белой линией, они условные, плоские и не важны глазу из-за того, что пересекают друг друга, с первого взгляда сложно уловить, что к чему относится. Линии диагональны и имеют восходящее движение, как будто вот-вот вещи эти улетят от нас, а вот кот сидит и, явно, никуда не собирается уходить! Что вещи? Суета. А вот кот! Только он фундаментален, он здесь хозяин и точка отчёта. Он нарисован, как вылеплен, пятном, с крупной головой, большими щеками и весомым туловищем, выделен угловатыми линиям справа – скульптура! Рочно под ним – груша, она яркий акцент, добавляющий главенства и устойчивости коту. Она – единственная не способная разбиться. Ведь, если присмотреться, пространство в центральной диагонали по контуру напоминает провал в форме большого осколка. Может, в него, как в космическую дыру, и устремляются предметы натюрморта?

Рис. 3

У Чижикова, оказывается, был дальтонизм. Но как он тогда работает цветом? Объясняю: в его мастерской была палитра, с подписанными его женой, ячейками красок. Меня удивляет, что он не унывал и смог свой недостаток превратить в особенность.

Пастельные коты (рис. 4) получаются воздушными и очень пушистыми, и это - благодаря работе пятном и растушевке. Этот кот-гитарист получился невероятно веселым и задористым, будто слышишь, как ярко и эмоционально он исполняет какую-нибудь мартовский кошачий романс. А острые коготки, вместо медиатров, звонко бренчат по струнам гитары. Кот и гитара слились в этой карикатуре. Она хоть и смешная – котище-то весьма упитанный – щёки ритмически повторяют изгиб гитары, – но очень добрая, – улыбка повторяется и усиливается выемкой корпуса инструмента . Если хочешь понять, о чём песня, – посмотри на длинные усищи и широко открытый рот. Непременной наградой за номер ожидается увесистый кусок мясистой колбаски. И, ведь не откажешь!

Рис. 4

А вот и работа, и персонаж совсем другого порядка (Рис. 5). Используя контрасты и текстуру, получается смешной, но неприятный кот-скупердяй. Виктор Александрович работает большими пятнами, при этом пластичная линия разной толщины и акварель оттенков рыжего и голубого делают картинку особенно выразительной. Огромный, как гора, кот опирается на кучу сваленной крупной свежей рыбы и, уже наевшись, охраняет ее. Он положил на неё одну свою крупную лапу, а другой - подпирает подбородок жирной морды. Кот стоит с недовольной гримасой, в позе полного безразличия похожий на жандарма. Он явно не хочет делиться с рядом стоящим котенком серо-голубого цвета. Котенок поднял лапку к своему худому подборку, о чем-то задумался и, почти безнадёжно, неотрывно смотрит на громилу. Рыжий кот выглядит таким большим, важным и грузным хозяином положения. И ему жалко хотя бы одной рыбки для крохотного собрата. Он даже его не замечает, или создаёт такой вид. Композиция построена на контрастах: контрастны фигуры котов, размеры, цвет. И, если котёнок нарисован тонкой, почти прозрачной линией, то рыжий котище – толстой, усиленной яркой, жирной штриховкой. Скупость не красит ни кота, ни человека.

Рис. 5

Данная работа (Рис. 6) производит необыкновенное впечатление. То ли сон, то ли явь. Сперва теряешься и не понимаешь, на что и куда смотреть. Потом понимаешь, что это всё в голове черного кота, стоящего в нижнем правом углу. Так задумано автором, чтобы кота мы увидели в последний момент обзора всего рисунка. Чем-то эта работа напоминает картины Питера Брейгеля, на которых множество образов, связанных и не очень между собой. Тут собраны: слон в дамских туфлях, кенгуру с букетом, и змея, и осел, и ворон, и свиньи, везущие на спинах седаков-царей, и крокодил, и макака, и собака, мечтающая о чём-то, и человек, придавленный тяжёлой книгой, и аппетитный сазан. Дома, туннели, аэропланы, самовары... И прислонившийся к нижней рамочке рисунка –независимый чёрный кот. Какое же у него богатое воображение, но, главное, в его мыслях всё замечено и зафиксировано, всему дана оценка: «Какая же Котовасия творится в этом суетном мире, и что бы вы в нём без меня делали, мои дорогие?!»

Андрей Усачев описал все это так: Все смешалось: события, лица, явления…

До чего ж нелегко достичь просветления!

Рис. 6

Во многих котах Виктора Чижикова мы, зрители, видим себя, и нам есть о чём задуматься. Карикатуры Виктора Александровича — что-то невероятное! Они просты для восприятия, выразительны и легко привлекают к себе внимание. Также его работы очень смешные, добрые, запоминающиеся. Отрицательных героев Чижиков всегда рисовал не столько страшными, сколько смешными. Ведь художник любил людей, и, высмеивая их пороки в карикатурах,- хотел чтобы люди, наконец, изменились к лучшему!

Чижиков полюбился и остался в сердцах многих как выдающийся и самый позитивный художник-карикатурист. Главное - был человеком, несшим в мир позитив и добро. Чижиков прославился своими иллюстрациями ко многим книгам, журналам и газетам, но большинство его работ адресовано детям. На его работах выросло множество поколений: бывшие дети, теперь родители, показывают своим детям его рисунки, воспитывая новые поколения гуманистов, добрых, любящих, признающих ценность каждой человеческой личности. Ведь именно за такими людьми будущее!