Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Психология отношений

– Улыбаемся и дружно говорим: «Подле-е-ец!», – с таким фото я отсужу у мужа все. Часть 6

Пожалуй, на сегодня хватит, увидимся завтра. Надеюсь, вам понравился рассказ. Я бесконечно благодарна вам за донаты, лайки, комментарии и подписки. Оставайтесь со мной и дальше. Мой канал в ВК. Посты отличается от Дзена, переходите 👈 Я обалдеваю, по-другому и не скажешь. Не образно выражаясь, не литературно, а буквально. Кажется, я даже выпадаю из реальности на пару секунд. Даже забываю моргать. – Ты сам… будешь проектом? – наконец выдавливаю из себя кусочек вопроса. – Каким? Для чего? – Именно поэтому ты мне и нужна, – уверенно говорит он. – Ты поможешь мне решить, что это будет за проект. Так что не волнуйся, мы всё решим вместе. Это должно меня успокоить? Не успокаивает ни капли. – Миша, – я специально произношу его имя медленно, с нажимом, – я не веду «личные проекты» и вообще не понимаю, что ты имеешь в виду. Если это означает, что я должна буду постоянно быть рядом и следить за всем, что ты делаешь и говоришь, то я не смогу… – Нет, конечно! – Беспечно машет рукой. – Не пугай
Оглавление
Пожалуй, на сегодня хватит, увидимся завтра. Надеюсь, вам понравился рассказ. Я бесконечно благодарна вам за донаты, лайки, комментарии и подписки. Оставайтесь со мной и дальше.

Мой канал в ВК. Посты отличается от Дзена, переходите 👈

Поддержать канал денежкой 🫰

Я обалдеваю, по-другому и не скажешь.

Не образно выражаясь, не литературно, а буквально. Кажется, я даже выпадаю из реальности на пару секунд. Даже забываю моргать.

– Ты сам… будешь проектом? – наконец выдавливаю из себя кусочек вопроса. – Каким? Для чего?

– Именно поэтому ты мне и нужна, – уверенно говорит он. – Ты поможешь мне решить, что это будет за проект. Так что не волнуйся, мы всё решим вместе.

Это должно меня успокоить? Не успокаивает ни капли.

– Миша, – я специально произношу его имя медленно, с нажимом, – я не веду «личные проекты» и вообще не понимаю, что ты имеешь в виду. Если это означает, что я должна буду постоянно быть рядом и следить за всем, что ты делаешь и говоришь, то я не смогу…

– Нет, конечно! – Беспечно машет рукой. – Не пугайся, Лера. Я не собираюсь тебя использовать, и это не про контроль, а про доверие. Я добился в жизни всего, что хотел получить, но со временем понял, что упустил некоторые важные вещи, поэтому мне необходимо внести изменения в мою жизнь и мой имидж. И я хочу, чтобы ты мне в этом помогла.

Изменить его имидж? Если он имеет в виду то, что о нём думает пресса и что о нём пишут и говорят, то, разумеется, здесь я смогу подбросить пару идей.

Только сначала надо убедиться, что Миша имеет в виду именно это.

– Каким образом я должна тебе помочь?

Он пожимает плечами.

– Это не мне решать. Ты из тех редких женщин, которые рождены с чутьём или, если хочешь, с даром видеть не то, что лежит на поверхности, а то, что спрятано. Связи, которые не очевидны. Смыслы, которые ещё не оформлены, но уже существуют. Ты берёшь разрозненные кусочки и создаёшь из них живую форму. Из случайности – замысел. Из разрозненного – целое. Я видел много тому примеров, и всегда тобой восхищался. Это не навык, которому учатся, а талант. Ты не просто украшаешь реальность, ты её создаёшь. Собираешь красоту из разрозненных мелочей.

Он говорит об этом так спокойно, даже с ленцой, но при этом это самые невероятные комплименты, которые я когда-либо слышала.

Поэтому даже ответить не могу.

-2

– Так что не волнуйся, Лера. Ты создашь мне такой имидж, что остальные умрут от зависти. Я буду во всём тебя слушаться, а если вдруг стану буянить, то достаточно будет сказать: «Миша, ты ведёшь себя как идиот».

Я фыркаю. Не сдерживаюсь.

– О, с последним у меня никогда не будет проблем.

– Я знаю, – отвечает он, и в его голосе слышится откровенное удовольствие.

Я откидываюсь на спинку стула и впервые за весь разговор позволяю себе выдохнуть. Сердце колотится слишком быстро, мысли путаются, а внутри – странная смесь возмущения, любопытства и… чего-то ещё, что мне совсем не нравится. Возбуждения?!

– Ты понимаешь, – говорю медленно, – что это звучит не как деловое предложение.

Он смотрит на меня внимательно. Серьёзно. Без игры.

– Понимаю, – отвечает он. – Но также знаю, что это займёт у тебя очень много времени. Ты сама будешь выбирать, как и что делать и когда. Без давления с моей стороны. Без обязательств, которые ты не готова на себя взять.

Между нами повисает пауза. Тянущаяся. Насыщенная.

– А если я скажу «нет»? – спрашиваю тихо.

Он пожимает плечами.

– Тогда ты скажешь «нет», и мы просто будем встречаться и спорить о жизни. – Наклоняется чуть ближе. – Но я рискну предположить, что моё предложение тебя заинтриговало, и что твоё «нет» пока что не окончательное.

Я отвожу взгляд, потому что он прав.
Именно это бесит больше всего.

Он на секунду замолкает, потом отодвигает бокал и говорит неожиданно серьёзно, почти жёстко.

– Ладно, попробую объяснить ещё раз. Надеюсь, что получится лучше. – Он резко выдыхает, будто снимает с себя привычную броню и остаётся без неё – без иронии, без напора, без игры. – Понимаешь… Дело в том, что в какой-то момент я вдруг понял, что в моей жизни нет целостности. Всё есть – и одновременно ничего нет. – Он делает паузу, подбирая слова осторожно, словно боится разрушить смысл неточной формулировкой. – Нет якоря. Нет гавани. Нет точки, за которую можно зацепиться и сказать себе: вот это – главное. Я всё время пытаюсь увидеть общую картину, но она ускользает. Как будто отдельные фрагменты существуют, работают, даже блестят… а вместе не складываются. – Он усмехается, но без привычного веселья. – У меня есть занятия, проекты, достижения, увлечения. Есть люди, места, привычки. Но всё это… как отдельные острова. Я прыгаю с одного на другой, но то и дело падаю в пустоту между ними. – Он смотрит прямо на меня, не отводя взгляда. – Всё это время я думал, что надо достичь большего, и тогда это пройдёт, но я ошибался. Я просто… плыву, причём во все стороны одновременно. И нигде не задерживаюсь достаточно долго, чтобы почувствовать: вот, я дома. – Его голос становится тише, но от этого слова звучат только сильнее. – Вот что я имею в виду. Я хочу чтобы ты помогла собрать что-то цельное. Мой имидж… и всего меня.

– Лера, в паспорт свой посмотри, а? И в зеркало глянь трезвым взглядом. Ты седая! Се-да-я! Даже твои волосы признали, что пришла старость, а ты творишь непонятно что. Бабкой скоро будешь, окстись! Куда тебя понесло, а? На Самарина лезешь?! Совсем берега попутала? На старости лет решила вскарабкаться на молодого коня? Ноги переломаешь и всю семью опозоришь! Самарин тебя не гонит чисто из вежливости, но долго не выдержит и пнёт тебя на улицу. Зачем ему старуху терпеть?..

Спросонья смотрю на экран телефона и не сразу понимаю, что происходит. Сработал давний материнский рефлекс – отвечать на звонки в любое время на случай, если что-то случилось с детьми.

Только сейчас не ночь, а вечер, но я приболела и заснула на диване. А бывший муж позвонил с телефона нашей фирмы, который у меня не заблокирован, вот я и ответила. А так перестала с ним общаться, только через адвокатов, чтобы больше не слушать его лекции о моём предательстве и о том, что крыса покидает тонущий корабль…

На самом деле, Эдик, конечно, знает, что корабль нашей фирмы в хорошем состоянии, однако неизбежно потонет, как только на берег сойдёт его бывшая жена, которую он нежно называет крысой. Потому что тогда у штурвала останется только он сам. Упс.

Ну и теперь к прошлым необоснованным обидам Эдика добавились возмущения о том, что я встречаюсь с Самариным.

Да, мне сорок пять, и я седая, и ничего не делаю по этому поводу. Седеть я начала очень рано, генетику не переспоришь. Тогда же и сделала выбор: принять мой новый цвет как родной. Мне повезло: моя седина красивая, чистого снежно-белого цвета, так что я всем довольна. Ухаживаю за волосами и за собой, и люблю себя такой, какая есть.

Было время, Эдик клялся, что вообще не замечает моей седины, и что мои волосы ему нравятся. Но теперь всё прошлое обратилось в грязь, и он пытается кинуть эту грязь мне в лицо. Чувствует, что тонет, вот и плюётся любым ядом, какой найдёт.

Звонок я, конечно, сбрасываю и номер блокирую. Скоро никто не сможет мне позвонить с телефонов фирмы, всё заблокировано из-за звонков Эдика.

Я не расстраиваюсь из-за сказанного бывшим мужем.

Ну… может только совсем чуть-чуть, потому что мы с Самариным действительно встречаемся, хотя и чисто по-деловому. Вот только иногда у меня возникают сомнения о том, насколько «чисто» это наше деловое сотрудничество. Потому что Миша со мной общается совсем не в деловом стиле, а в очень дружеском и… кажется, он за мной ухаживает. Ничего неприличного или недостойного, конечно, а наоборот, только очень милая забота. Была бы я в прошлом десятке, у меня бы в глазах уже сердечки порхали. А так… не верится мне в то, что знаменитый холостяк заинтересуется женщиной старше его и настолько… проще, наверное. Он завоёвывает мир, а я… просто наслаждаюсь жизнью. Как-то так. Уж слишком мы разные.

Возможно, Мишу тянет ко мне именно потому, что я наслаждаюсь жизнью, а он… похоже что не очень. Поэтому он и дал мне непростую задачу вывести его из состояния «у меня всё есть, но ничего нет». Я, конечно, стараюсь, потому что как не принять такой вызов? Но при этом предупредила его, что шикарный новый имидж для прессы гарантирую, а вот за внутренним дзеном лучше обратиться к психологу. Миша только беспечно махнул рукой и велел приступать.

Ну… я и приступила. Изучила его биографию, побывала в его фирме, поговорила с его коллегами. Покопалась в архиве его выступлений и в сетевых новостях.

Что могу сказать?

Самарин – очень умный и успешный мужчина. Решительный, целеустремлённый, добивается всего, на что положил глаз. Мнение о нём у народа и у прессы позитивное, но сугубо в бизнес-ключе, а ничего личного про него нигде нет. Кроме как его ежегодное появление в параде самых завидных холостяков страны. Без его участия, конечно, и не думаю, что он покупает голоса, чтобы победить в этих «выборах».

Вот я и думаю о том, как дополнить его образ для прессы и для него самого…

В моей руке вибрирует телефон.

Так случается всегда: как только подумаю о Мише, так он и звонит.

– Как ты себя чувствуешь? – спрашивает сходу. Волнуется, что без меня не сможет украсить свой и без того прекрасный имидж?

– Спасибо, мне намного лучше.

– У тебя по-прежнему насморк.

– М-м-м да, а что?

– По голосу слышно, что у тебя заложен нос. Надо с этим что-то сделать, – говорит Миша с присущей ему решительностью.

– В народе известно очень эффективное средство.

– Какое?

– Высморкаться.

– Нет, надо что-то такое, чтобы насморк совсем прошёл. Так… у меня появилась идея. Собирайся, я подъеду через полчаса.

– Ты же в командировке?!

– Был в командировке, но вернулся. Как только я уехал, ты сразу заболела, а это нехорошо. Ты плохо о себе заботишься. Мне в любом случае надо к тебе подъехать, я привёз тебе лечебный бульон.

– Ты был на Дальнем Востоке.

– Что из этого? Мне посоветовали там целебный бульон, и я его тебе привёз. Говорят, этот бульон сразу поставит тебя на ноги.

– В каком смысле? Чтобы побежать в туалет?

– Смейся-смейся, Лера, но я буду у тебя уже через… двадцать пять минут, а ты ещё не начала собираться. Мы уедем на выходные, вернёмся в воскресенье вечером.

Э? Кто эти «мы»? Мы с ним, что ли?

Смотрю на экран в полнейшем шоке. Интересно, а от насморка бывают галлюцинации? Самарин собирается увести меня на выходные?! Куда? Зачем?

– Миша, извини, но я никуда не поеду. Не волнуйся, я работаю над нашим проектом и скоро представлю тебе несколько идей. Но уехать с тобой не смогу. Во-первых, не хочу тебя заразить. А во-вторых, у меня дома дети, так что…

– Неужели ты думаешь, что я приглашаю тебя без детей? – оскорблённо спрашивает он.

– Так как я не знаю, куда ты меня приглашаешь и зачем, мне трудно судить, – смеюсь.

– Дима сейчас дома, да? У него по пятницам нет спортивных секций.

– Да, он дома.

– Лена обычно гуляет с друзьями по субботам, так что она тоже дома?

– Д-д-да.

– Я приеду через… двадцать минут, и мы всё решим.

Самарин и правда привёз мне бульон.

Вкусный, пахнущий травами, наваристый. Сам его подогрел, как только пришёл. По-деловому. Вымыл руки, поздоровался с детьми, даже поговорил с ними немного. И они ему, конечно, ответили, причём подробно. Рассказали о школе, о друзьях. А всё, что я слышу в ответ, – это: «Ну ма-ам, всё норм, отстань!» Вот так постоишь рядом с посторонним человеком, послушаешь – и узнаешь, как у твоих детей дела.

А дальше Миша проследовал на кухню, усадил меня за стол и стал поить бульоном. Заодно проверил оконные рамы, нет ли сквозняка. Потом сделал себе кофе, сел напротив меня и спросил, помогу ли я дизайнерам сделать похожую кухню в его доме, потому что здесь всё идеально для большой семьи.

Я уже привыкла к его бесконечному запасу энергии, поэтому просто пила бульон и улыбалась. Даже не стала напоминать, что он живёт один и вообще не готовит.

Но это всё ничто по сравнению с тем, что Самарин учинил дальше. Внезапно вышел в коридор и крикнул: «Семейное собрание на кухне через шестьдесят секунд!»

И пока я обалдевала от его наглости, он вернулся и пододвинул два стула для детей. Для моих детей, которые, если их позвать, никогда не приходят с первого раза. А на его зов они, конечно же, пришли, и их ничуть не смутил тот факт, что мы с Самариным вообще-то не семья, чтобы созывать семейное собрание.

И вот мы собрались и ждём… не знаю чего. Какого-то важного объявления?

– Дело обстоит так… – торжественным голосом начинает Миша, зачем-то изображающий из себя главу семейства. – Ваша мать только что перенесла простуду, и ей нужно быстро восстановиться.

Дети дружно поворачиваются и смотрят на меня с искренним состраданием.

– О-о-о, мамочка, бедная… – говорит моя любящая дочь Лена, которая этим утром отшатнулась от меня и сказала: «Бли-и-ин, мама, не чихай здесь, у меня завтра свидание».

А мой столь же любящий сын рассмеялся и сказал, что мой нос красный как у клоуна.

– Нам нужно срочно поставить вашу маму на ноги, – продолжает мой… кто он мне вообще? Клиент, который слишком много на себя берёт?

Я сама себя сейчас поставлю на ноги и уйду отсюда, а они пусть совещаются без меня.

Собираюсь подняться, но Миша взглядом показывает на чашку с бульоном. Пей и молчи, значит, пока он тут дрессирует моих детей. Ну и ладно, пусть воспитывает, сколько хочет. А бульончик вкусный, с радостью его допью.

– Лучшее лечение после простуды – это что? – спрашивает Миша.

– М-м-м… сон? Бульон? Витамины? – гадает Лена.

– Баня! Настоящая русская баня с берёзовым веником. У моего деда как раз такая. Так вот что я вам предлагаю. Впереди выходные. Давайте загрузим вашу болеющую маму в машину и повезём её к моему деду лечить и реабилитировать. У него в деревне такая тишина, что в ушах звенит, особенно сейчас перед праздниками. Снега везде по колено, благодать. Ни одной живой души в окрестностях. Насчёт электричества не волнуйтесь, у деда есть генератор. И вода своя родниковая. Ну а интернета никакого нет, конечно, так что ничто нам не помешает хорошенько отдохнуть…

Вижу, как с каждым Мишиным словом мои дети бледнеют. Для них такой отдых хуже пытки. Без друзей, без магазинов и без интернета?! Ни за что! Испуганные, они смотрят на меня, дескать, спасай, мама. Не хотим тебя лечить.

А я что? Я бульончик попиваю. Дети сами решили подлизываться к Самарину, вот пусть теперь и выкручиваются.

– Я бы, кхе-кхе, с удовольствием поехала в деревню, но… у меня в понедельник… экзамен… – нервно выкручивается Лена.

– Какой? – Миша выглядит искренне заинтересованным.

– В-в-важный.

– По какому предмету?

– У меня по алгебре! – встревает Димка.

– У меня тоже, – быстро соглашается Лена.

– Что же делать… – хмурится поганец Самарин. – Не ехать же без вас?

– Поезжайте, конечно! – радостно восклицают дети. – Иначе маме не станет лучше. Пожалуйста, поезжайте! На все выходные!

Ещё немного, и дети вытолкают нас за дверь.

– Но как же можно оставить вас одних? – хмурится Миша.

– Мне вообще-то восемнадцать! – возмущается Лена. – И я за Димкой присмотрю, обещаю.

– За мной не надо присматривать, я сам по себе! – вопит тот. – И вообще, мама с папой… ну… с бывшим папой нас всегда нормально оставляли, поэтому и ты можешь.

У меня галлюцинации из-за насморка, или сын и правда только что назвал Эдика «бывшим папой»? А Самарин тогда кто, его новый отец?

Обнять и плакать, честное слово.

Звезда актёрского мастерства Михаил Самарин разводит руками и смотрит на меня.

– Ну… я даже не знаю, Лера. Решать тебе. Ты сможешь оставить детей одних ради лечебной поездки?

Старательно изображаю неуверенность.

– Не знаю. В эти выходные я собиралась делать генеральную уборку…

Миша смотрит на детей.

– У нас серьёзная проблема.

– Нет, не серьёзная. Мы сами всё уберём!

Вот это да! Где Самарин был всю мою жизнь?!

– Ну тогда, наверное, я смогу поехать, – соглашаюсь со вздохом. То ли бульончик на меня повлиял, то ли ещё что… Не знаю.

Дети тут же испаряются, рады спастись от страшной перспективы – оказаться на выходных без интернета в глухой деревне.

А Миша смотрит на меня с задорной улыбкой.

– Будешь ругаться?

– Да, конечно. Буду рвать и метать.

– Давай, но ничего не поделаешь: мы поедем к моему деду вдвоём.

И сидит такой довольный, почти мурлычет от радости.

Он. Сделал. Это. Нарочно.

Все части внизу 👇

Мой канал в ВК. Посты отличается от Дзена, переходите 👈

***

Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:

"Развод удался. Завидуй, дорогой!", Алекс Мара ❤️

Я читала до утра! Всех Ц.

***

Все части:

Часть 1 | Часть 2 | Часть 3 | Часть 4 | Часть 5 | Часть 6

Часть 7 - продолжение ❤️(подпишитесь, чтобы не пропустить)

***