– Мама?! А ты чего вдруг, без предупреждения? – Николай открыл дверь и на мгновение замер, увидев мать с двумя большими сумками.
– А что, теперь к родному сыну без приглашения уже нельзя приехать? – Светлана Павловна шагнула через порог, окинула прихожую цепким взглядом и покачала головой. – Ой, Колька, ну и бардак у вас... Это что, обувь так и будет в прихожей валяться? Вешалку бы новую купили, а то расшатанная вся какая-то стоит.
Она скинула туфли, прошла в комнату и остановилась посредине, уперев руки в бока.
– Ну, гостей-то принимайте!
Оля выглянула из кухни, вытирая руки о полотенце. Её лицо на мгновение вытянулось, но она быстро взяла себя в руки и улыбнулась:
– Светлана Павловна, здравствуйте! Проходите, чай будем пить. Мы как раз с Колей завтракали.
– Ой, Оленька, а ты что это такая бледная? – свекровь подошла ближе, оглядывая невестку с головы до ног. – Опять гемоглобин упал? Ну ничего, тут воздух лечебный… Вот перебрались к морю – и правильно сделали. Только дом у вас... ну, хибара хибарой, надо было что-то получше приглядеть, в таких делать спешить не стоит.
Николай с женой переглянулись. Они купили этот домик всего месяц назад, когда врачи посоветовали Оле поменять климат, на Севере их солнца даже летом не видать. Выбрали южный городок с горячим солнышком, солёным ветерком и безупречным свежим морским воздухом. Домик был маленький, но с большим участком и по очень привлекательной цене. Мечтали, что вот, заработают, построят дом большой, тут даже уже был фундамент под него, и будут жить здесь постоянно. А пока – только летом.
– Мам, мы всё тут постепенно сделаем, – добродушно сказал Николай. – Сейчас главное – Оле здоровье поправить. А дом мы потом капитальный поставим.
– Эх, Колька-Колька, – Светлана Павловна прошлась по комнате, поправила занавеску, нахмурилась. – Всё-то вы потом. А пока так и будете жить, как бомжи? Шкафы вот старые, страшно на них глядеть.
– Мам, – попытался остановить её сын, – зачем тут новые шкафы, если мы на зиму домой уедем?! Растащат всё, дом без присмотра будет несколько месяцев стоять.
Светлана Павловна выглянула в окно, повертела головой.
– Двор, конечно, огромный, тут ничего не скажешь. Беседку бы поставить… – она мечтательно кивнула, – сидеть вечерами, чай пить. А розы не видать с окна. Во-о-он туда бы, у забора их пересадили, а тут, – она махнула рукой, – газон бы разбили, клумбу обустроили, как бы приятно было любоваться из окна.
– Мама, мы тут ничего глобально пока не планируем. Это же временно.
– Временно-временно, – передразнила свекровь и направилась в спальню. – А тут попросторнее, но тоже бы порядки навести, перестановку сделать…
Оля выдохнула, незаметно сжала руку мужа. Николай ответил на её пожатие – потерпи, мол.
На кухне Светлана Павловна уже ставила на стол привезённые банки – брусничное варенье, икру, разносолы.
– Вот, витамины вам, а то питаетесь, наверняка ведь, как попало. – Она покосилась на холодильник. – Что у вас там? О! Пельмени замороженные... Ну ничего, я вас теперь буду кормить по-человечески. Мужчина должен есть супы, мясное, а не эту химию.
Коля с Олей переглянулись. У них впереди был рабочий день – оба работали удалённо, в интернете. С утра нужно было проверить почту, принять заказы, созвониться с партнёрами. Они привыкли к этому ритму и даже любили его: сядешь с ноутбуком на веранде, легкий ветерок дует с моря, чашка чая – благодать. Но сейчас...
– Мам, мы работать будем, – осторожно сказал Николай. – У нас срочные дела.
– Да работайте, кто ж вам мешает, – отмахнулась Светлана Павловна. – Я пока приберусь тут у вас, схожу за продуктами, обед приготовлю.
И началось.
Она переставила мебель в гостиной, по-своему расставив стулья, передвинув диван к окну.
– Так светлее, да и вид на улицу хороший, – объяснила она. – Солнышка больше, то сидите в углу, как сычи.
Потом взялась за шторы.
– Слишком длинные, вон на полу лежат, пыль собирают. – Она нашла в комоде ножницы и принялась укорачивать. – Я им и подгиб сделаю, на машинке, у вас есть?
– Нет, мам, мы не шьём, – растерянно пробормотал Коля.
– Ну завезите в ателье, как время будет, а я пока немного прихвачу, а то смотреть невозможно. – Она критически осмотрела свою работу и довольно кивнула. – Зато теперь аккуратно.
Когда она вышла в сад, Оля чуть не заплакала.
– Коля, что она делает? – прошептала она. – Это же наш дом, мы здесь живём!
– Ну потерпи немного, – умоляюще сказал муж. – Она приехала на пару недель, не больше. Погостит и уедет. А мы потом всё сделаем как надо.
– А если не уедет?
– Уедет, конечно, – заверил её Николай, хотя в голосе его уверенности не было.
В саду Светлана Павловна уже вовсю орудовала лопатой.
– Вот здесь у вас будет клумба! – объявила она. – Я купила на вашем рынке саженцы лилий и пионов. Корешки хорошие, всё приживётся.
– Мам! – Коля выбежал во двор. – Мы же не просили! Нам тут ничего не надо сажать, мы же строить будем через пару лет!
– А пару лет так и будет безобразие вот это? Земля должна работать, – назидательно сказала свекровь и воткнула очередной саженец в разрыхлённую землю. – Будешь мне потом спасибо говорить, когда всё зацветёт.
Оля вышла на крыльцо, обхватив себя руками. У неё начинала болеть голова. Свежий морской воздух, за которым они так стремились сюда, казалось, был отравлен спорами и суетой.
– Олечка, ты не стой на сквозняке! – тут же заметила свекровь. – Иди в дом, я тебе чай с мёдом сделаю. У тебя вид какой-то не совсем здоровый.
Коля обнял жену за плечи:
– Иди, отдохни. Я с ней сам разберусь.
Разобраться не получилось. Светлана Павловна оказалась неутомимой. Она перемыла всю посуду, перебрала все в шкафах, выбросила старые газеты и журналы, переставила в ванной все баночки и бутылочки.
– Ну какой же у вас бардак! – причитала она. – Как вы вообще живёте?
Молодые только вздыхали. Сил спорить не было – Коля с утра до вечера работал, сидя с ноутбуком на террасе, Оля тоже была занята. А свекровь тем временем хозяйничала, как у себя дома.
Прошла неделя, потом и вторая. Светлана Павловна и не думала уезжать. Наоборот, она всё чаще говорила о том, какой замечательный климат, как хорошо здесь живётся, как хочется остаться подольше.
– Мам, но у тебя же работа, – напомнил Коля осторожно.
– Так отпуск у меня, – отмахнулась она. – Три недели. И потом, я уже договорилась, что ещё на месяц возьму за свой счёт. Отдых мне нужен, ты что, против?
Оля в тот вечер долго не могла уснуть.
– Коля, она не уедет, – шёпотом сказала она. – Она тут насовсем.
– Ну что ты выдумываешь, – беспечно ответил муж, хотя сам тоже уже начал сомневаться. – Отдохнёт и уедет.
Светлана Павловна тем временем успела перезнакомиться со всеми соседями. Она уже знала, у кого какой участок, кто чем занимается. И всем рассказывала:
– Вот дом моих детей, я им помогаю обустраиваться.
Коля с Олей переглядывались, но молчали. Спорить с матерью было бесполезно.
Однажды утром, когда молодые только проснулись и пили кофе на террасе, свекровь вышла к ним с загадочным видом. В руках у неё был блокнот, весь исписанный какими-то строчками.
– Детки, – торжественно произнесла она, – я хочу вам сообщить отличнейшую новость!
Коля и Оля переглянулись. Ничего хорошего начало объявления не предвещало.
– Я вашу комнату буду сдавать, уже договорилась. – Она выдержала паузу, ожидая реакции.
– Какую комнату? – не понял Коля.
– Ну, главную, вашу спальню. – Светлана Павловна говорила спокойно, словно обсуждала погоду за окном. – Деньги лишним не будут, раз вы планируете строиться. Через пару дней моя коллега Валентина с мужем и внуком приедут на три недели, потом на десять дней соседка Тома с сыном и невесткой. – Она заглянула в блокнот и закивала. – А потом тетя Валя с Игорьком хочет приехать, но с них уж деньги брать не будем, так, по-родственному поживут недельку. Ой, зато потом узнает вся родня, что у нас дом на море теперь есть… – Она мечтательно закатила глаза, предвкушая, как все её друзья и знакомые будут завидовать… – Ну и подруга моя по институту хочет в бархатный сезон отдохнуть...
– А мы? – Коля медленно поставил чашку на столик. – Мам, где мы-то будем жить?
– Ну, вы же всё равно целыми днями у моря с ноутбуками сидите, – невозмутимо ответила свекровь, махнув небрежно рукой. – Только ночевать приходите. Я вам в летней кухне всё устроила, идите, посмотрите, красота какая!
Она поднялась и жестом пригласила их за собой.
Оля с Колей, всё ещё не веря своим глазам, переглянулись и молча шагнули за ней. Светлана Павловна распахнула дверь сарая – когда-то здесь на самом деле была летняя кухня, но теперь пространство дышало забытьём: пахло отсыревшей древесиной, временем и тишиной.
Однако среди этой серой запущенности вдруг обнаружилось уютное, даже трогательное убежище. На сооруженном из старых досок топчане покоился видавший виды ватный матрас, прикрытый старым, но заботливо расправленным покрывалом советских времен. На крошечном окошке, словно привет из другой эпохи, висели занавески из хлопковой ткани в мелкий цветочек, тронутые солнцем и временем. А рядом притулилось мутноватое, как старая лужа, зеркало, которое свекровь отыскала неизвестно где, но поставила так, будто это самое ценное сокровище. Столик сооруженный из старой табуретки, накрытый скатёрочкой, посередине граненый стакан с букетиком ромашек.
Всё здесь было бедным, поношенным, невзрачным, но в то же время старательно облагороженным, чтобы хоть немного напоминать дом. И от этого в груди щемило особенно остро.
– Я тут по-быстрому всё оборудовала, – сказала она довольно. – Пыль смахнула, паутину убрала, полы помыла. Конечно, не апартаменты, но для ночлега сойдёт. У вас же нет никаких особых требований.
Коля смотрел на этот «райский уголок» широко раскрытыми глазами. Оля побледнела и оперлась рукой о стену.
– Мама! – не выдержал Коля. – Ты серьёзно? Мы купили дом, чтобы спать в сарае на досках? Ты приехала к нам в гости и такое тут устроила...
– А что не так? – Светлана Павловна даже бровью не повела. – Я же для вас стараюсь. Домик у моря – это же клад! Почему бы на этом не заработать? Люди будут рады, деньги нам не помешают. Лето пролетит, вы и не заметите.
– Мы заметим, – мрачно сказал Коля. – Если думаешь, что мы согласимся спать в этой конуре, ты ошибаешься.
– Но я же уже всем пообещала! – голос свекрови стал резче. – Я не могу подвести людей. – Она перевела взгляд на Олю. – Ольга, ну хоть ты скажи ему! Вам же всё равно, где ночевать, вы же весь день на пляже. А тут люди...
– Светлана Павловна, – тихо сказала Оля, – мы купили этот дом, чтобы мы здесь жили. Пока хотя бы летом. Это наше личное пространство. Мы не планировали и не будем сдавать комнаты.
– Эх, молодёжь, – махнула рукой свекровь. – Не хотите, значит. А я всё равно уже договорилась. Они послезавтра приедут. Я вас предупредила. Моё дело маленькое, а вы думайте тогда, где будете ночевать, раз мое предложение не нравится.
И она ушла в дом, оставив их стоять посреди старой летней кухни.
– Коля, – Оля посмотрела на мужа, и в её глазах стояли слёзы. – Я так больше не могу.
– Я поговорю с ней, – пообещал он, хотя понимал, что разговор ничего не изменит.
Светлана Павловна была непоколебима. На все уговоры сына она отвечала:
– Ничего страшного, потерпите. Три недели – это же не вечность. А Валентина с семьёй будут так благодарны! У них внук маленький, ему воздух нужен, у нас здесь море, солнце...
Она перечисляла, какая это удача, что у неё есть этот дом, как все будут завидовать.
– Это не твой дом, – сквозь зубы сказал Коля. – Это наш с Олей дом.
– Ты мой сын, значит, всё у нас общее, – спокойно ответила мать. – Я тебя родила, вырастила, ни в чём не ущемляла, а ты теперь такое говоришь? Твоё-моё… Я же не забираю у тебя твой дом, я хочу заработать для вас и помочь людям, разве это плохо?
Коля не знал, что на это сказать.
В назначенный день в пять утра раздался звонок в калитку. Коля, вскочив от неожиданности, накинул халат и вышел во двор.
На пороге стояла семейная пара с мальчиком лет пяти. Все уставшие, с чемоданами.
– Здравствуйте, – радостно начала женщина. – Мы от Светланы Павловны. Она нам сказала, что на три недели сдаётся комната.
Коля не планировал их впускать.
– Простите, вы ошиблись адресом, – твёрдо сказал он. – Здесь комнаты не сдаются.
– Но... – мужчина растерянно заморгал. – Нам же Светлана...
– Ошиблись, – повторил Коля. – Рядом есть гостиница, могу подсказать.
– Но там же цены, – испуганно сказала женщина. – Нам сказали, что здесь в три раза дешевле...
– Простите, ничем не могу вам помочь.
В этот момент из дома выскочила Светлана Павловна, запахивая на ходу халат, растрёпанная, с горящими глазами.
– Да что ж ты делаешь! – закричала она, отталкивая сына. – Валентина! Проходите, проходите! Всё в порядке, он пошутил!
– Никто не шутит, – Коля перегородил дорогу. – Мама, мы не сдаём никакую комнату. У нас не гостиница.
Валентина с мужем переглянулись. Мальчик настороженно смотрел на взрослых.
– Простите ради Бога, – начала Светлана Павловна, обращаясь к Валентине, – сейчас всё уладим...
– Ничего улаживать не будем, – Коля прикрыл калитку и повторил уже строже. – Мы ничего не сдаём. Гостиница за поворотом, совсем недалеко.
Семья растерянно переглянулась, взяли чемоданы и побрели, периодически оглядываясь. Светлана Павловна сорвалась на крик:
– Ты что творишь! Родную мать позоришь! Они потом ведь всем расскажут! Я на работе как покажусь людям?! В глаза смотреть не смогу! Позорище!
– Мама, – Коля повернулся к ней, и в его голосе впервые прозвучала сталь, – это не твой дом. Ты здесь гостья, но не хозяйка. Мы с Олей решили, что ничего сдавать не будем. Хочешь жить здесь – живи, но по нашим правилам. И без этих твоих коммерческих идей.
Светлана Павловна замолчала, но по её лицу было видно, что она не сдаётся.
Через час гости – Валентина с мужем и внуком, вернулись.
– Там мест нет, – виновато сказала женщина. – И цены заоблачные просто...
Коля вздохнул и, взглянув на мать, сжал зубы.
– Хорошо. – Он посмотрел на летнюю кухню. – Там есть топчан. Можете переночевать. Одну ночь. А завтра я вам помогу найти нормальное жильё.
– Спасибо, – с облегчением выдохнула Валентина.
Светлана Павловна торжествующе улыбнулась, но сын перехватил её взгляд.
– Завтра они уедут. И больше никаких арендаторов.
Ночь прошла тяжело. Летняя кухня оказалась сырой, холодной, и пахло плесенью. Постояльцы проснулись разбитыми и злыми. Утром, ни свет ни заря, они уехали, даже не попрощавшись – уехали, проклиная Светлану Павловну, её сына и всю эту затею.
– Я видела их лица, – тихо сказала Оля мужу, когда они остались вдвоём. – Они даже «спасибо» не сказали.
– А за что? – горько усмехнулся Коля. – За ночь в сарае?
Светлана Павловна сидела на кухне, закрыв лицо руками и тихо плакала.
– Они теперь всем расскажут, – всхлипывала она. – Все будут знать, какая я нехорошая... Я даже не смогу показаться на работу... Мне теперь придётся увольняться...
– Мама, – Коля сел рядом и погладил её по плечу. – Ты сама виновата. Зачем ты обещала? Не спросила нас. Мы не хотим сдавать комнаты. Это наш дом, который мы купили для себя. Разве ради этих жалких денег мы с женой должны терпеть лишения? Спасть в таких условиях, в которых твои гости не выдержали и одной ночи.
– Да не из-за денег я, – отрезала Светлана Павловна. – Я хотела, чтобы люди... чтобы все завидовали, что у меня есть дом у моря. Чтобы я могла принимать гостей.
– Так ты купи себе такой же дом и пригласи их всех. Бесплатно. Но не сюда. – Коля вздохнул. – Звони остальным и отменяй.
Светлана Павловна посмотрела на него с кричащей злостью, но достала телефон. Она звонила всем, кому обещала, и врала – говорила, что дом не готов, что произошла аварийная ситуация с электричеством (кому-то говорила, что с водой), что срочно нужно уехать даже ей самой. Она краснела, косясь на сына, и голос её дрожал.
Все обиделись. Она слышала в трубке недовольные голоса, раздражённые ответы.
– Ты теперь всех настроил против меня, – прошипела она, когда Коля вышел из комнаты. – Я тебе этого не прощу.
Вечером она собрала свои вещи.
– Еду домой, – объявила она, застёгивая молнию на сумке. – Ноги моей больше на этом море никогда не будет. Вырастила черствого человека, не думала, что ты такой бессердечный.
– Мама, – устало сказал Коля, – я тебя люблю. Но этот дом – наш с Олей. И мы будем жить так, как считаем нужным.
– Ты просто эгоист, – бросила она, уже стоя на пороге. – Думаешь только о себе. А я о тебе заботилась всегда, добра тебе желала.
– Желать добра и хозяйничать в чужом доме – разные вещи, – тихо ответил Коля.
Светлана Павловна села в такси, и Оля выдохнула.
– Она вернётся, – сказала она мужу, когда они остались одни. – Обязательно вернётся.
– Я знаю, – ответил Коля. – Но теперь мы будем знать, как её встречать.
Он обнял жену. В открытое окно ворвался свежий морской ветер, пахло солью и водорослями. Завтра они снова будут работать на террасе за ноутбуками, а потом пойдут гулять по набережной, и никто не будет переставлять мебель, укорачивать шторы и сажать лилии там, где им не место.
И впервые за эти недели Оля почувствовала, что может дышать полной грудью.
– Прорвёмся, – сказал Коля, поцеловав её в висок, и она улыбнулась.
Когда Светлана Павловна позвонила на следующий день, Коля сбросил вызов. Надо было дать матери время остыть, потом он сам ей позвонит. А пока он наслаждался тишиной и морем, которое шумело завораживающе.