— Пап, а почему у меня глаза карие?
Я оторвался от телевизора. Мишка стоял в дверях гостиной. В пижаме. Со своей старой плюшевой собакой под мышкой. Десять лет. Серьёзный. Любознательный.
— Потому что у мамы карие.
— А у тебя голубые. Разве так бывает?
— Бывает. У моего деда были карие, у бабушки голубые. Это генетика. Проходили в школе?
— Ещё нет. Но я читал. Там сложно. Если у папы голубые, а у мамы карие, то у ребёнка могут быть карие. Но чаще голубые. У меня карие. Это редкость?
— Редкость. Ты у нас особенный.
Он улыбнулся и убежал. А я остался сидеть. Смотрел в телевизор, но не видел. Карие глаза. Голубые у меня. Карие у Лены. У Мишки карие. Редкость. Я тогда подумал — ну и ладно. Бывает.
Но через месяц Мишка заболел. Высокая температура. Мы поехали в больницу. Сдавали анализы. Врач сказал — нужно переливание. Редкая группа крови. Четвёртая отрицательная. Я сказал — у меня первая положительная. У Лены вторая положительная. Врач посмотрела на меня странно. Спросила:
— Вы биологический отец?
— Конечно.
— У вас первая положительная. У матери вторая положительная. У ребёнка четвёртая отрицательная. Такого не может быть.
— В смысле не может?
— Четвёртая группа не может родиться от первой и второй. Это генетически невозможно. Вы уверены, что вы отец?
Я замолчал. Врач что-то ещё говорила. Я не слушал. Я смотрел на Мишку. На его карие глаза. На его четвёртую группу. На его лицо. Моё лицо. Или не моё.
— Вы хотите сказать, что он не мой сын?
— Я хочу сказать, что вам нужно сделать тест ДНК. Это не моя компетенция — я просто констатирую факт. Группа крови не совпадает.
Я вышел из кабинета. Лена сидела в коридоре. Увидела моё лицо. Побледнела.
— Что случилось?
— У Мишки четвёртая отрицательная. У меня первая. У тебя вторая. Так не бывает.
Она закрыла рот рукой. Глаза расширились. Я сел рядом. Взял её за плечи.
— Лена. Чей он?
— Твой.
— У него группа крови, которая не может быть от меня. Кто его отец?
Она заплакала. Я ждал. Она молчала. Потом прошептала:
— Я не знаю. Их было двое. Я не знаю, кто.
— Что значит — двое?
— Десять лет назад. Когда мы только поженились. Ты уехал в командировку. На месяц. Я была одна. Молодая. Глупая. Познакомилась с парнем. Потом с другим. Я не знала, что беременна. Когда узнала — было поздно. Ты вернулся. Я сказала, что это твой. Ты поверил.
— Десять лет, — сказал я. — Десять лет ты знала. И молчала.
— Я боялась. Я думала — вдруг это всё-таки ты. Я надеялась.
— Ты надеялась. А теперь Мишка в больнице. Ему нужно переливание. Редкая группа. И я не могу ему помочь. Потому что он не мой сын.
— Саня...
— Я не злюсь. Правда. Я просто не знаю, что делать. Я десять лет растил его. Я любил его. Я учил его кататься на велосипеде. Я делал с ним уроки. Я читал ему сказки. А теперь оказывается — он не мой.
— Он твой. Ты его отец. Не по крови. По жизни.
— По жизни. А по крови — кто-то другой. Кто-то, кого я никогда не видел. Кто-то, кто даже не знает, что у него есть сын.
Она закрыла лицо руками. Я встал. Прошёл в палату. Мишка спал. Капельница стояла рядом. Я сел на стул. Смотрел на него. Карие глаза. Не мои. Мой нос. Мои скулы. Или не мои. Теперь я уже ничего не знал.
Я взял его за руку. Он пошевелился. Открыл глаза.
— Пап, ты чего?
— Ничего, сынок. Спи.
— Ты плачешь?
— Нет. Просто устал.
— Я поправлюсь?
— Конечно. Обязательно.
Он закрыл глаза. Я сидел и держал его за руку. И думал: десять лет. Десять лет я был его отцом. Я забирал его из роддома. Я не спал ночами, когда у него резались зубы. Я водил его в первый класс. Я учил его говорить «спасибо» и «пожалуйста». Я рассказывал ему про звёзды и про динозавров. Я любил его. Любил. А теперь всё это — правда? Или ложь?
Я не знал.
Я вышел в коридор. Лена всё ещё сидела на стуле. Плакала.
— Я не уйду, — сказал я. — Не сейчас. Мишка в больнице. Ему нужен отец. Я останусь.
— Саня...
— Но когда он поправится — мы разведёмся. Ты десять лет врала мне. Десять лет я жил с чужим ребёнком. Я не прощу.
— А Мишка?
— Мишка — мой сын. Не по крови. По жизни. Я от него не откажусь. Но с тобой я жить не буду.
Она кивнула. Я пошёл к выходу. Нужно было найти донора. Редкая группа. Четвёртая отрицательная. Где-то есть человек, у которого такая же кровь. Может, его отец. Может, нет. Но я найду. Потому что я отец. Не по крови. По жизни.
#реальнаяистория #отношения #брак #измена #мужскойвзгляд