После экстремальной встречи с «хозяином тайги» и побега из грязевого плена, наши герои наконец-то выехали на относительно ровную дорогу. Никита судорожно сжимал руль, а его походная борода всё еще слегка подрагивала от пережитого стресса. Навигатор жизнерадостно пискнул, сообщая, что они въезжают в Ишимбайский район — сердце горной Башкирии.
— Так, Таня, — строго сказал Никита, косясь на жену. — Никаких медведей, никаких диких пчел. Мы едем на Торатау. Это священный шихан, там цивилизация, лестницы и... безопасные суслики.
— Суслики — это отлично! — согласилась Таня, которая уже успела сменить свой испачканный в меду свитер на легкую спортивную ветровку ярко-голубого цвета и стильную кепку. — Я как раз читала, что они очень фотогеничны!
Когда фургон припарковался у подножия величественной горы Торатау, Никита вздохнул с облегчением. Вокруг ходили мирные туристы, дул приятный ветерок, а над головой раскинулось бескрайнее башкирское небо. Но расслабляться, как оказалось, было рано.
— Никита! — раздался восторженный крик Тани из багажника. — Раз уж мы не поплавали на Айгире, наш каяк просто обязан покорить эту вершину! Представь, какое будет фото: мы на самом пике шихана, держим весло, а сзади — панорама!
— Таня, каяк весит двадцать килограммов! — взмолился Никита, чей брутальный образ лесоруба окончательно дал трещину перед лицом новой гениальной идеи жены. — Люди поднимаются туда налегке! Зачем тащить лодку на древний риф?!
Но аргументы Никиты разбились о твердое Танино: «Для блога!».
Спустя полчаса они начали штурм эко-тропы. Никита, хряхтя и проклиная все тренды социальных сетей, тащил на плечах гигантский оранжевый каяк, который то и дело парусил от порывов ветра, пытаясь унести своего капитана обратно к парковке. Его лицо выражало крайнюю степень обреченности, а баббл над головой так и кричал о помощи.
Таня шла чуть впереди — абсолютно счастливая, с селфи-палкой наперевес и биноклем на шее. Она подбадривала мужа, попутно вещая в камеру:
— Привет, ребята! Мы штурмуем Торатау! Местные суслики просто в шоке от нашей подготовки! Никита, не отставай, до вершины осталось всего каких-то триста ступеней!
Из-под оранжевого днища каяка донесся глухой, прерывистый голос:
И мне плевать, что тут нет воды!
А на обочине тропы, высунувшись из норки, пухлый и очень удивленный суслик действительно провожал взглядом эту странную процессию, явно пытаясь понять, в какой реке Никита планирует парковаться.
Идея запустить каяк по склону Торатау в стиле бобслея, к счастью для безопасности местных сусликов и целостности самого каяка, так и осталась в планах Никиты. Кое-как закрепив оранжевую «торпеду» обратно на крышу фургона, наши герои поняли, что их силы на исходе, а желудки урчат громче, чем мотор их боевой машины.
— Всё, Таня, — безапелляционно заявил Никита, утирая пот со лба и поправляя свою знатную походную бороду. — Никаких экстремальных восхождений, пока мы нормально не поедим. Мой внутренний лесоруб требует углеводов!
— Согласна! — легко уступила Таня, которая уже успела оперативно сменить имидж: теперь на ней был легкий летний сарафан поверх футболки и стильные солнцезащитные очки на голове. — Объявляю гастрономический тур! Нам срочно нужен настоящий башкирский чак-чак и горячий кумыс для бодрости!
Они доехали до ближайшего колоритного придорожного кафе, оформленного в виде традиционной башкирской юрты. Изнутри доносились умопомрачительные ароматы свежей выпечки, биляша и мяса.
Зайдя внутрь, Таня сразу же побежала к витрине с десертами, а Никита, наконец-то почувствовав себя в безопасности среди цивилизации, устало облокотился на массивную деревянную стойку.
Спустя пять минут Таня с триумфальным видом вернулась к столу. В её руках красовалась огромная, гостеприимная тарелка с горой золотистого, лоснящегося от меда чак-чака. Она буквально светилась от счастья, предвкушая идеальное чаепитие.
— Никита, смотри! Это же легендарный башкирский чак-чак! — восторженно воскликнула она, указывая пальцем на сладкую пирамиду. — Пасечник у Торатау сказал, что этот мед собирали самые правильные пчелы Ишимбайского района! Это же чистый восторг!
Никита, который в этот момент пытался аккуратно открыть бутылку с традиционным кумысом, поднял на неё измученный, но уже заметно подобревший взгляд. Над его головой взлетели капли катарсиса от предвкушения сытного обеда.
— Таня, я, конечно, рад... — с иронией в голосе произнес он, — но после того, как мы отдали всю прошлую банку медведю на Айгире, у меня легкое дежавю. Ты уверена, что из кустов за окном сейчас не вылезет еще один «ценитель высокой кухни» и не отберет у нас этот десерт?!
А за окном юрты, прямо на деревянном заборе, сидел упитанный деревенский кот. Он прищурил глаза и с невероятным, почти медвежьим аппетитом гипнотизировал Тарелку в руках Тани, словно безмолвно намекая: «Медведя вы встретили в лесу, а здесь, в Ишимбае, главный рэкетир — я!».
После того как местный Ишимбайский кот был успешно задобрен кусочком колбасы, а огромная тарелка чак-чака уничтожена в рекордно короткие сроки, к Никите наконец-то вернулись жизненные силы. Его походная борода больше не подрагивала, а в глазах снова появился блеск искателя приключений. Настало время для главного гастрономического краш-теста этого путешествия — дегустации кумыса.
Никита с подозрением крутил в руках бутылку с белым пенящимся напитком.
— Тань, ты уверена, что это пьют для бодрости, а не для проверки прочности желудка перед долгим путем? — спросил он, принюхиваясь к специфическому кисловатому аромату.
— Никита, это же традиционный целебный напиток, гордость Башкирии! — авторитетно заявила Таня. Она уже успела сменить свой сарафан на легкую джинсовую куртку поверх белой футболки и повязала на голову яркую бандану. — Давай, за наше незабываемое путешествие! Пей до дна!
Никита зажмурился, сделал глубокий вдох и сделал три солидных глотка. На его лице тут же отразилась сложнейшая гамма чувств: от глубокого недоумения до внезапного осознания всех тайн вселенной. Напиток оказался газированным, бодрящим и... очень неожиданным на вкус.
— Ух... — выдохнул Никита, его глаза округлились. — Это... это как будто кефир решил стать шампанским, но по дороге подрался с квасом! Слушай, а голова от него не закружится? Я уже готов бежать обратно на Торатау с каяком наперевес!
Таня залилась звонким смехом и уже наводила на мужа фронтальную камеру телефона.
— Идеальная реакция! Подписчики в восторге, видео уже набирает просмотры! А теперь, пока ты полон кумысной энергии, смотри, что я нашла на стойке у администратора юрты!
Таня с триумфальным видом развернула на столе старую, слегка потертую туристическую карту Ишимбайского района. На ней жирным маркером была отмечена секретная тропа, ведущая к диким, нетуристическим пещерам и живописным водопадам, скрытым в густых лесах.
— Ну уж нет, — шутливо заворчал Никита, хотя внутри него уже проснулся азарт. — Если там снова будут пчелы, медведи или чугунные котлы, которые нужно тащить в гору, я останусь жить в этой юрте и приручу того кота!
— Никаких медведей, обещаю! Только невероятная красота, первозданная природа и... пара сотен красивых кадров для нашей истории! — подмигнула Таня.
Наши герои быстро собрали вещи, погрузились в свой верный фургон и, сверяясь с новой секретной картой, отправились вглубь ишимбайских лесов. Они еще не знали, что впереди их ждет настоящее подземное царство Башкирии и новое испытание на прочность их походного духа.
Продолжение следует... (в следующей части: Никита примеряет образ спелеолога, а Таня пытается устроить фотосессию со сталактитами!)