Слушай, подруга, присаживайся. Сейчас я тебе такое расскажу — сама до сих пор перевариваю. Знаешь, говорят, что в сорок пять — баба клеймо «ретро» на себя вешает? Врут. Нагло врут. Я в зеркало смотрю и вижу: ну ведь хороша! Кожа сияет, взгляд хищный, а уж как это платье на мне сидит... Ну, ты видела, то самое, черное, которое вроде и скромное, но подчеркивает абсолютно всё.
Короче, суббота. Вечер. Иду я из супермаркета. Как дура, честное слово: в одной руке пакет, в другой пакет, еще и каблуки надела, потому что «я же женщина, я должна транслировать эстетику». А эстетика, знаешь ли, весит килограмм десять, не меньше. И вот стою я у подъезда, пытаюсь ключи из сумочки выудить зубами, и чувствую — всё, сейчас мои пальцы просто отстегнутся и останутся на этих пакетах.
И тут, как в кино — ну серьезно! — голос сзади:
— Вам помочь? А то у вас такой вид, будто вы сейчас или взлетите от тяжести, или...
Оборачиваюсь. Стоит. Молодой. Боже, какой он молодой! Лет двадцать пять, ну максимум двадцать семь. Футболка в обтяжку, плечи такие — знаешь, ими можно сваи забивать. Глаза наглые, улыбка обезоруживающая. Его зовут Артем. Как я узнала? Да он сам представился, пока пакеты у меня из рук забирал, причем так легко, будто там не картошка и вино, а сахарная вата.
— Ой, спасибо, Артем, — говорю я, включая свой фирменный «бархатный» голос. — А то я переоценила свои силы.
— Силы нужно беречь для чего-то более приятного, чем доставка провизии, — отвечает он и так на меня смотрит... не как на «тетушку», понимаешь? А как мужчина на женщину. Прямо в глаза, долго, оценивающе. У меня аж мурашки по спине пробежали.
Поднимаемся в лифте. Там зеркала, тесно. Я чувствую запах его парфюма — что-то свежее, с нотками цитруса и какого-то металла. Стою, стараюсь дышать ровно, а сама поправляю прядь волос и вижу в отражении: он на меня смотрит. Не на сумки, а на шею, на губы.
Заходим в квартиру.
— Куда ставить? — спрашивает.
— Да вот, на кухню, на стол. Спасибо тебе огромное, выручил. Может, чаю? Или... — я запнулась, — или воды? Жара на улице.
Он ставит пакеты, но не уходит. Разворачивается ко мне, прислоняется к столешнице и так внимательно склоняет голову набок.
— А «или» — это что? — спрашивает с такой искрой в глазах, что я понимаю: я попала.
Я начинаю что-то лепетать про сок, про то, что устала... Делаю шаг к холодильнику, задеваю его плечом, извиняюсь, оборачиваюсь... и как-то так получается, что мы оказываемся слишком близко. Прямо аномально близко.
Я присела на краешек дивана в гостиной, чтобы туфли скинуть — ноги ныли нещадно. Артем подошел, опустился на корточки.
— Давайте помогу, — говорит тихо. И пальцами так мягко за пятку берет.
Знаешь, в этот момент у меня в голове щелкнуло: «Лена, остановись». Но тело сказало: «Лена, молчи и наслаждайся». Он снял одну туфлю, вторую, начал ступни массировать. Боже, как он это делал! У меня аж глаза закрылись. А потом — я даже не поняла, в какую секунду это произошло — он вдруг плавно потянул меня за руки, и я как-то сама собой оказалась у него на коленях.
Я замерла. Сердце колотится где-то в горле. Его руки у меня на талии — горячие такие, крепкие.
— Ты что делаешь? — шепчу, а сама уже пальцами в его волосы зарываюсь. Волосы густые, жесткие.
— То, что должен был сделать еще в лифте, — отвечает он.
И он меня обнимает. Не так, как старый знакомый, а так, что выдохнуть невозможно. Мощно, собственнически. Прижимает к себе, и я чувствую, какой он весь... натянутый, как струна. Я утыкаюсь ему в шею, и меня просто накрывает волной. В 45 лет ты уже не ждешь такой искры, думаешь, что всё это — для девочек из TikTok. А тут бац — и ты горишь.
Поцелуй был... слушай, у меня коленки до сих пор дрожат, когда вспоминаю. Это было не несмелое прикосновение, а настоящий взрыв. Он подхватил меня на руки — легко, как будто я вообще ничего не вешу — и понес в спальню. Я только успела подумать: «Надо было в зале прибраться», — но через секунду мне стало глубоко плевать на порядок в зале.
В постели он был именно таким, каким казался: уверенным, напористым и удивительно внимательным. Знаешь, у молодых часто бывает этот эгоизм — мол, я пришел, я победил. А он... он с такой жадностью изучал каждую линию моего тела, будто я сокровище, которое он долго искал. В какой-то момент я поймала себя на мысли: «Черт, а ведь я действительно сексуальна». Его восхищенный взгляд убеждал в этом лучше любого зеркала.
Это было... горячо. Нет, не то слово. Это было одурманивающее. Весь этот опыт, который у меня есть, столкнулся с его безумной энергией. Мы не спали полчаса, мы потерялись во времени.
Когда он ушел — а он ушел красиво, оставив свой номер на салфетке и поцеловав на прощание руку — я долго лежала и смотрела в потолок.
Так что, подруга, какой там вывод? Никогда не отказывайся от помощи молодого человека с тяжелыми пакетами. Даже если в пакетах всего лишь литр молока и упаковка спагетти. Кто знает, какие «бонусы» прилагаются к услуге доставки?