23 июня 1944 года началась наступательная операция «Багратион» — одна из самых крупных военных операций в истории человечества.
За каких-то два месяца немецкие захватчики были отброшены на 600 км.
Этот упрямый Рокоссовский
Такого еще не было. Обычно намечался один главный удар и несколько отвлекающих. А тут, еще генерал армии, Константин Рокоссовский, командующий 1-м Белорусским фронтом, предложил нанести не один, а два главных удара силами 1-го и 2-го Белорусского фронтов.
Коллеги не поддержали. Да и Сталин сильно засомневался. «Вы, Константин Константинович, выйдете ка за дверь и хорошо подумайте», — обратился Сталин к генералу с нескрываемым раздражением. Рокоссовский вышел, а через какое-то время вернулся: «Я настаиваю на своем плане, товарищ Сталин». «Так…, — произнес вождь. — Но я все-таки настаиваю, чтобы вы еще подумали». И словно школяра, Рокоссовского вновь выпроводили за дверь.
Напрасно. Рокоссовский и не собирался сдавать свои позиции. Генерал упорно стоял на своем. Присутствующие в комнате притихли, ожидая реакцию главнокомандующего. Сталин немного подумал, внимательно еще раз посмотрел на карту, разложенную Рокоссовским на столе, пыхнул пару раз трубкой, и произнес: «Если командующий так настаивает, значит операция тщательно разработана, и он отвечает за результат».
Справедливости ради будет сказано, что операцию «Багратион» Константин Рокоссовский разрабатывал вместе с заместителем начальника Генерального штаба РККА, генералом армии Алексеем Антоновым.
Секретность была такой, что фельдмаршал Буш, ничего не подозревая, убыл в отпуск
Все приготовления к операции «Багратион» велись в условиях максимальной скрытности и дезинформации противника. Передислокацию личного состава и техники осуществлялась исключительно в темное время суток при неукоснительном соблюдении правил ночного передвижения. Дневные переходы допускались, но только в нелетную погоду, да и то малыми группами и в условиях, исключающих визуальное обнаружение с земли силами противника.
В секторах же, где было намечено проведение наступательных операций, было предписано возводить оборонительные укрепления. Мол, русские возводят фортификационные сооружения и ставят минные заграждения. К длительной обороне готовятся.
Готовясь к наступлению, саперы даже не демонтировали мины. Они лишь бесшумно извлекли из них взрыватели. Всего таким образом было обезврежено 34 тысячи мин.
Благодаря блестяще проведенной дезинформации немецкое командование было твердо уверено, что основной удар будет нанесен на Украине. В результате за трое суток до начала советской операции командующий группой армий фельдмаршал Буш безмятежно отправился в отпуск.
Отыгрались за 41-й
22 июня, в третью годовщину с начала Великой Отечественной войны, соединения 1-го Белорусского, 2-го Белорусского и 3-го Белорусского фронтов (под командованием генерала армии Константина Рокоссовского, генерал-полковников Георгия Захарова и Ивана Черняховского) осуществили разведку боем.
Непосредственно сама операция «Багратион» стартовала на следующие сутки. Двадцать армий перешли в наступление. Советские войска взломали оборону противника сразу на нескольких направлениях, последовательно рассекая немецкие корпуса, что привело к их окружению в многочисленных «котлах».
Немцы были так спокойны за белорусское направление, считая его бесперспективным для наступления, что отправили практически всю авиацию на Украину, где они ждали наступление. Оставили всего лишь около полусотни истребителей, тогда как у советских войск здесь скрытно базировались более 3 тысяч самолетов.
События лета 1941 года зеркально повторились, но с противоположным исходом. С изяществом и легкостью, напоминавшей выход балерины на сцену, советские танковые соединения рассекали и давили немецкую пехоту, в то время как с воздуха её методично утюжили бомбами и артиллерийскими снарядами. Для поддержания непрерывного натиска штурмовики Ил-2 сменяли друг друга у линии фронта каждые 8–12 минут. Немецкая малочисленная авиация была полностью вытеснена из воздушного пространства благодаря действиям советских истребителей.
Скорость продвижения была ошеломляющей: в среднем части Красной Армии преодолевали до 20 километров в день.
«Минная война»
В операции «Багратион» участвовали и белорусские партизаны. Они совершили свыше 10 тысяч диверсий на коммуникациях противника, парализовав передвижение немецкой техники. партизаны взрывали железнодорожные пути и мосты, а также выводили из строя линии связи.
В течение лета 1944 года около 200 тысяч бойцов народных отрядов соединились с наступающими частями Красной Армии.
Вот это таран! Единственный в истории
В ходе операции «Багратион» произошел уникальный случай в военной истории — единственный зафиксированный таран бронепоезда.
25 июня 1944 года экипаж танка Т-34 под командованием Дмитрия Комарова получил приказ овладеть железнодорожной станцией и селом Черные Бороды. При попытке прорыва танк был обстрелян. В результате были ранены командир орудия и заряжающий, а саму боевую машину охватил огонь.
В то время как танк был охвачен пламенем, а боекомплект полностью израсходован, Комаров направил свою горящую машину на таран уходящего от станции фашистского бронепоезда. В результате столкновения состав потерял ход. Это позволило пехоте оперативно взять его штурмом. Сам Комаров сумел выбраться наружу через аварийный люк, однако механик-водитель Михаил Бухтуев погиб.
Зависть союзников
По словам генерала британской армии Андерсона «блестящее наступление русских войск по-прежнему вызывает изумление во всем мире… В то же время на нашем фронте наблюдается полное затишье. Несмотря на абсолютное господство в воздухе, наше продвижение вперед остается крайне медленным».
В этом фрагменте частной корреспонденции обсуждаются действия союзников в рамках операции «Оверлорд» и советская наступательная операция «Багратион». Стоит отметить, что подобные ревнивые настроения со стороны союзных держав неоднократно находили отражение как в публичных заявлениях, так и в личной переписке.
Читайте нас в ВКОНТАКТЕ
В одном из номеров газеты «Красная Армия» за 1944 год была опубликована выдержка из британской «Таймс», отражающая реакцию Запада на успехи советских войск. В ней говорилось: «Разгром немцев в Белоруссии приобретает масштабы подлинной катастрофы. Падение Могилёва и неудача немцев под Бобруйском служат неоспоримым свидетельством окончательного развала мощнейшей германской системы обороны в верховьях Днепра».
Устроили вальс на улицах Москвы
Вначале сообщения о тотальном поражении вермахта в Беларуси были встречены западными союзниками с изрядной долей скептицизма. Чтобы окончательно устранить все сомнения, 17 июля 1944 года по распоряжению Сталина в Москве было устроено демонстративное шествие: по Садовому кольцу под конвоем провели 57 тысяч пленных немецких солдат и офицеров, которых возглавлял 21 генерал.
Более 120 тысяч жителей Москвы стали свидетелями этого марша, наблюдая за ним с разным спектром эмоций: от удивления и любопытства до изумления, но в основном — с чувством ненависти. Немецкие военнопленные, шагавшие по улицам советской столицы (в колонне преобладали рядовые солдаты, однако были и старшие офицеры с генералами), фактически воплотили мечту Гитлера о параде в Москве, пусть и совершенно не в том виде, как он себе это представлял.