Свадьба удалась на славу. Валентина, сияющая в белом платье, чувствовала себя самой счастливой. Евгений, её жених, не сводил с неё восхищённого взгляда. Ещё бы! Они шли к этому дню почти два года, и, наконец, всё случилось. Зал ресторана, украшенный нежно-розовыми пионами и воздушными шарами, гудел от радостных голосов. Теперь они, наконец, стали мужем и женой! Хотелось, чтобы этот день стал самым памятным в их жизни, но...
...как это часто бывает, чем больше алкоголя появлялось на столах, тем громче становились голоса, и тем ярче проявлялись истинные лица. За столом со стороны невесты сидела её многочисленная родня: дяди-директора, тётя владелица салона красоты, кузен - начинающий бизнесмен. Они привыкли вращаться в мире больших денег и чувствовали своё превосходство. Они смотрели на родных со стороны Евгения с нескрываемым презрением, время от времени пускали неприятные шуточки и смеялись.
— А вы, значит, на заводе работаете? — громко, на весь зал, спросил дядя Миша, муж сестры матери, обращаясь к отцу Евгения, скромному инженеру. — А у нас вот вся родня в креслах начальников сидит, у кого и бизнес свой. Работяги это, конечно, тоже хорошо. Главное же, чтобы молодые любили друг друга, верно?
Отец Евгения покраснел, но сдержанно улыбнулся, потянувшись за бокалом. Однако шуточки не прекратились.
— А вы слышали, какое приданое семья невесты приготовила? — хихикнула троюродная сестра, подмигивая кому-то из своих. — Бытовая техника новая, отец даже машину пообещал молодым купить! А что Женя принёс в дом? Любовь и ласку? Ну, это мы и так знаем, что он Вальку любит, да вот только чувствами одними сыт не будешь. Надо бы подумать о более материальном приданном, чтобы не стыдно было. Или родители не смогли сделать накопления, чтобы сын гордо вошёл в дом невесты, а не с пустыми карманами?
Евгений почувствовал, как к горлу подступает ком. Ему было обидно за своих родителей, которые всю жизнь трудились на совесть, воспитывали его, и сейчас терпели эти насмешки только ради него. Он попытался вмешаться, улыбнувшись и сказав:
— Дядя Миша, давайте лучше тост за любовь, не сегодня же должности и приданное обсуждать! Мы все сегодня собрались здесь, чтобы разделить радость, а не зарплатами и статусами мериться.
Но его слова лишь подлили масла в огонь. Двоюродный брат Валентины, Леонид, хлопнул Евгения по плечу и хохотнул, не скрывая злорадства:
— О, наш новый родственник заговорил! Ты, главное, не обижайся, парень. Мы люди прямые. Ты ведь понимать должен в какую семью вошёл. Тебе сложно будет влиться в наш коллектив, ведь ты парень простой, а мы все деловые люди. Лучше сразу смириться и пообвыкнуть. Терпеть придётся немало. Но ты же готов был к этому, когда Валюшку нашу в жёны брал? Знал, что придётся значимость свою доказывать, наверняка. Видел, какая важная у неё родня!
Валентина видела, как побледнел Женя, как сжались кулаки его отца, который тоже не выносил этих высокомерных выходок со стороны её родни. Внутри неё всё вскипело. Она не могла больше смотреть, как унижают человека, которого она любит больше жизни, и его семью.
Она резко встала из-за стола, стукнув бокалом по столешнице, чтобы привлечь внимание. Гул мгновенно стих.
— Так, стоп! — сказала Валя звонким, ледяным голосом. — Леонид, дядя Миша, тётя Зина... Я вас всех очень люблю, но сейчас вы перешли все границы. Евгений — мой муж. Его родители — мои родители. Если вам не нравится что-то, и вам неприятна компания простых работяг, вы можете покинуть этот праздник. Мы собрались здесь не для того, чтобы меряться кошельками, а чтобы насладиться радостным мгновением. Если вы не готовы разделить наше с Женей счастье и не можете хотя бы на время забыть, что все мы люди, которые ходят под одним небом, то можете покинуть ресторан. Мы не обидимся. Разводить скандалы не нужно. Мы радуемся сегодня, а вы только омрачаете наше счастье.
Несколько минут в зале стояла оглушительная тишина. Кто-то из родни Валентины стушевался, а кто-то, гордо задрав нос, начал собираться.
— Это что же такое? — взвизгнула тётя Зина. — Валюшка посмела выгнать свою же родню? Вот это да... Вот это неожиданно! Словно мы мало вложились в это торжество. Ну да ладно... ладно. Мы поняли. У каждого свои ценности. Когда поймёшь, что теряешь, может оказаться поздно, Валенька. Так и знай.
Мать Валентины, Галина Петровна, сидела, вцепившись в скатерь, и из-под опущенных ресниц стреляла в дочь испепеляющими взглядами. Она молчала, но её молчание было красноречивее любых слов.
— Валя, ты с ума сошла? — процедила она сквозь зубы, когда часть разгневанных гостей, бросаясь бранными словами, покинула зал. — Ты опозорила меня перед всей роднёй! Надо было молчать и не лезть! Это же наша семья! Ты должна была терпеть, а не устраивать скандал на ровном месте! Они не сказали ничего лишнего. Всё по существу. Неужели сама не видишь?
— Мама, — тихо, но с решимостью сказала Валентина, — если любовь к деньгам — это и есть наша семья, то я не хочу иметь с ними ничего общего. Женя — моя семья. И я не позволю никому его обижать. Ни тебе, ни кому-то другому. Не следует забывать о том, что все мы люди. Теперь я понимаю, почему отец не захотел приходить на свадьбу и не любил никогда общаться с нашими родственниками. Они никогда не ценили человечность, кичились лишь своими сокровищами.
Настроение было безвозвратно испорчено. Свадьба продолжилась, но веселье померкло. Валентина и Евгений сидели, прижавшись друг к другу, переживая эту нелепую и унизительную сцену. Они дождались, когда подали торт, съели по кусочку вместе с гостями, и уехали домой.
Первая брачная ночь оказалась не такой страстной, как хотелось бы. Молодожёны просто лежали в постели, обнявшись, и слушали, как стучат сердца друг друга. Вместо радости остался неприятный осадок. Валентина с горечью думала, что свадьба теперь уж точно запомнится ей, да не в самом приятном ключе. Она не ожидала, что родственники так безобразно поведут себя. Галина Петровна говорила, что дочь опозорила её, но она и на мгновение не задумывалась, что действия родни стало позором для Валентины. Муж лишь успокаивающе поглаживал Валентину по спине и говорил, что всё в порядке. Его родители не обиделись. Они прекрасно понимали, что Валя не разделяет мнения родных. И они были рады, что девушка стала частью их семьи.
Утром разбудил звонок в дверь. Гостей молодые в такое время не ждали. Да и вообще не думали, что кто-то решит наведаться к ним в этот день. Валентина нахмурилась, глядя на сгустившиеся тучи за окном. Так хотелось снова погрузиться в сон и спать до самого вечера, но звонок повторился. Евгений шумно выдохнул, заставил себя встать с кровати и спешно оделся. Валентина тоже надела халат и пошла в коридор следом за мужем, чтобы узнать – кого в такое время принесла нелёгкая. В подъезде стояла Галина Петровна, а за её спиной маячило двое незнакомых мужчин в одежде грузчиков.
— Доброе утро, — холодно поздоровалась Галина Петровна, даже не глядя на зятя. — Мы за подарками приехали.
— За какими подарками, мама? — опешила Валентина.
— Теми, что наша родня принесла! Микроволновка, посудомоечная машинка, сертификат на стиралку, чайный сервиз на восемнадцать персон, набор кастрюль. Вы сегодня же это вернёте. Я всё решила. Раз вы такие гордые, раз вы нас выгнали, то и от подарков, значит, отказываетесь. Подарки свадебные отдавайте. Их наша семья подарила, которую вы совсем не уважаете!
Валентина смотрела на мать и видела перед собой совершенно чужого человека. Она понимала, что женщина не просто проявляла обиду, она хотела доказать дочери, что без поддержки семьи она никто, что ей придётся очень туго, если не изменит своё отношение к родным и не побежит просить прощения. Вот только Валентина не чувствовала себя виноватой. Она была уверена, что всё сделала правильно.
— Хорошо, мама, — спокойно ответила девушка. — Забирайте. Мы их даже не распаковывали. Только ничего лишнего не прихватите. Всё-таки не все подарки преподнесла «ваша» родня.
Галина Петровна на мгновение растерялась от таких слов дочери, но быстро взяла себя в руки. Грузчики, под руководством матери, мгновенно упаковали подарки в коробки и вынесли. Мать не проронила больше ни слова, лишь взглянула на дочь с презрением и захлопнула дверь. Валентине было неприятно, что родной человек так поступил с ней. Вместо радости за дочь она приняла сторону тех, кто не умел держать язык за зубами. Теперь-то стало ясно, почему Галина Петровна развелась с мужем. Почему отец встречался с дочерью в отсутствии её матери и просил даже не говорить о её семье... Когда-то Валентина винила его за то, что ушёл из семьи, а теперь отлично понимала. Раньше родственники вели себя куда сдержаннее, но стоило погладить их против шёрстки, не поддержать, и всё обернулось таким неприятным скандалом.
В квартире повисла тишина. Евгений стоял растерянный. Он чувствовал себя виноватым. Возможно, ему следовало вчера постараться сгладить острые углы? Возможно, он должен был отреагировать на колкие замечания родни жены более сдержанно? Он не хотел, чтобы всё закончилось именно так.
— Валюш, прости меня, — выдавил он, подходя к жене и обнимая её. — Это я во всём виноват. Надо было мне как-то иначе всё уладить, не доводить до такого. Я рассорил тебя с семьёй. Из-за меня...
— Тихо, — перебила его Валя, прижимаясь к его груди и чувствуя, как внутри разливается спокойствие. — Ты наоборот открыл мне глаза. Посмотри на это. Разве это семья? Испортили нашу свадьбу, показали характер. Друг познается в беде. Родной человек – тем более. Они показали себя не с самой лучшей стороны. Такой родне у меня больше нет доверия. Так что не кори себя. Твоей вины в случившемся точно не было.
Валентина подняла голову и посмотрела мужу в глаза. Её взгляд был ясным и решительным.
— А вот к твоим родителям мы сегодня обещали приехать на обед. Помнишь? Они у тебя заботливые и понимающие. Даже если они не сидят в креслах начальников и не владеют сетью салонов, они в тысячу раз богаче моей родни. Они богаты душой. Хочу, чтобы мои дети общались именно с такой семьёй, учились быть в первую очередь людьми, а не бизнесменами и начальниками. Ну что? Собираемся?
Евгений сначала не поверил своим ушам, а потом улыбнулся. Такая широкая, искренняя улыбка, которую он не мог сдержать, озарила его лицо. Он подхватил Валю на руки и закружил.
— Ты — невероятная, — прошептал он, целуя её в висок. — Я люблю тебя.
— И я тебя, — ответила Валя, смеясь. — А теперь отпускай, надо собираться. И, кстати, купим по дороге пирог к чаю. Твоя мама любит с вишней. Мы с тобой построим настоящую семью, где не придётся подстраиваться и прогибаться под других. А мама... это был её выбор, раз она выбрала родственников, а не свою дочь, что я могу сделать?
Евгений убедился, что не ошибся в выборе. Говорят, что яблоко от яблони недалеко падает, но это был совсем иной случай. Валентина совсем не походила на своих родных. Возможно, она пошла в отца? В любом случае Евгений благодарил небеса за то, что свели его с такой невероятной девушкой.