Желание послушать перед сном любимый госпел в исполнении Короля не относится к числу тайных пороков. Я искал We Call On Him и увидел ссылку на версию Глена Кэмпбелла.
Набожный Глен не пренебрегал песнями духовного типа, но этой я у него точно не слышал...
Открытие. Для меня лично, увы, запоздалое, но сенсационное. На второй минуте я усомнился в подлинности того, что играет. Пресли и Кэмпбелл никогда не пели вдвоем при жизни.
В первую очередь меня озадачил не саунд. За последнее время мы привыкли к подделкам настолько, что перестали реагировать на эту нежить:
Пошел Сатана стругать неподобное, — полетели стружки во все стороны, и всякая стружка вылетала из-под его нечистой длани мухами, комарами, шершнями, оводами и прочим иным насекомым, которое сосет, пиявит и точит, и ничем от него не отобьешься, никуда не схоронишься, — докучная погань, гнусь — творение сатанинское.
Смутила обложка - классический Capitol 60-х. Только, пардон, как выглядят альбомы Гленна Кэмпбелла, по крайней мере, первые десять (вплоть до Rhinestone Cowboy) мне тоже известно не понаслышке. Да и кому бы пришло в голову описывать тебе своими словами, как выглядит альбом артиста, который никому здесь не нужен, а некоторым попросту ненавистен. Любителей шумного рока бесило наличие полного тезки в составе крепкой группы Juicy Lucy. Причем, тот Гленн Кэмпбелл тоже был американец и первоклассный гитарист.
Фото настоящее, это сто процентов, но такой пластинки в дискографии Кэмпбелла точно нет.
"Строго засекреченные премьеры" был такой чешский детектив. В данном случае "рассекреченная" премьера" не разочаровала. Голос, инструменты, время и место оказались подлинными.
"Гленн Кемпбелл поет для Короля" не подделка и не стилизация, а богатейшая и свежая "капсула времени", как ни банально звучит этот заезженный оборот.
Записи эти, сугубо конфиденциальные, не предназначались для посторонних ушей. Не зная нот, Элвис разучивал песни по заготовкам, заранее подогнанным под его тональность. Лучше всех с этой задачей справлялся всемогущий Пи Джей Проби. Таинство вклада, внесенного Кэмпбеллом, раскрыли в двадцать первом веке.
Одногодки Элвис и Гленн познакомились 70 лет назад, а спели дуэтом в 2016, благодаря чудесам техники, объединившей голоса, которыми оба владели при жизни в совершенстве.
В биографии каждого большого артиста имеется сумеречная зона нереализованных замыслов и невостребованных произведений. Элвис не исключение. Не пригодившийся материал его авторы пытаются пристроить куда-нибудь еще. Иногда небезуспешно.
Так, на пластинке Терри Стаффорда Suspicion сохранилась пылкая Playin' With Fire. явно написанная под Пресли, но так и не вошедшая в его репертуар. Еще одна умелая поделка из полусотни, изготовленных Вайсманом и Вайсом.
Подсознательно долгожданную публикацию можно было бы озаглавить "Гленн и Элвис поют Бена и Фреда" - все вещи в подборке написаны Вайсманом и Вайсом и только к религиозной We Call On Him был привлечен еще один Фред - Каргер, автор отменного текста на мелодию из кинофильма "Ныне и присно". Это шедевр благозвучия в песенном жанре: now I'm alone with only a memory, my empty arms will never know why...
Вскоре Гленн Кэмпбелл станет певцом года, а затем, вполне заслуженно и закономерно, певцом на все времена, параллельно войдя в историю поп-музыки так же и одним из сильнейших гитаристов, наряду с Джеймсом Бертоном и Джерри Ридом, с которыми он и дружил и работал. Счет сессионных партий Кэмпбелла идет на сотни.
All I Needed Was Rain, знакомая истовым элвисистам по сборнику Flaming Star спета с максимально точной расстановкой нюансов, присущих манере того, кому она предназначена. Напоминает "Оду Билли Джо" юной Бобби Джентри. C нею Глен разделит свою первую Grammy в феврале 1968, и выпустит совместный альбом.
Джерри Рид, автор хитового Guitar Man, аккомпанирует и подпевает Элвису в камерной акустической версии Too Much Monkey Business, когда-то доступной только во все том же коротеньком сборнике Flaming Star. И это, пожалуй, наиболее оригинальный и свежий кавер многословной пьесы Чака Берри, чью интонацию скопировать практически невозможно. Стоит отметить, как ловко Элвис меняет в тексте Йокогаму на более актуальный Вьетнам.
Кэмпбелла-гитариста можно расслышать на нескольких треках Viva Las Vegas, в том числе и на заглавном.
Были у него и общие с Элвисом вокальные номера - I'll Hold You In My Heart, Gentle On My Mind, Mary In The Morning. Интерпретированы они каждым, разумеется, совершенно по-разному.
Любопытно, что на обложке Double Trouble, куда входит There's So Much World To See, Элвис изображен в раздвоенном виде.
Гениальный вокальный близнец в данном случае Гленн Кэмпбелл, на определенных интуицией местах голос певца в самом деле раздваивается, словно "двое в комнате - я и Элвис".
Глену Кэмпбеллу принадлежит первенство исполнения красивейших и важнейших песен второй половины двадцатого века, созданных для него Джимми Уэббом: Whichita Lineman, Where's Your Playground Susie, эпическая McArthur Park, мимолетный (его легко пропустить) шедевр-мотылек Just Another Piece of Paper...
Но вернемся к мощам и сокровищам, эксгумированным нашими заокеанскими коллегами сравнительно недавно.
Отметим Stay Away, Joe, не просто Stay Away, в основе которой легко опознать Greensleeves, а почти авангардный номер в ритме Бо Диддли, которым Элвис почти не пользовался. "Почти", потому что, в Clambake отчетливо слышны отголоски Who Do You Love, и формальное, в виде наброска, соло в манере Бо сыграно великолепно.
Невостребованным остался и знойный Magic Fire. Возможно, из-за переизбытка той самой цыганщины, за которую у нас так ценили Пола Анку.
Размашистое "турпоходное " буги I'll Be Back попало в картину Spinout (её Кэмпбелл подготовил лучше некуда) - на пластинке с саундтреком за нею как раз следует драгоценный бонус - Tomorrow is a Long Time Боба Дилана. А саму Spinout Кэмпбелл препарирует в лучших традициях Бобби Дэрина. Все достоинства на виду - белый ритм-энд-блюз в чистом виде.
А вот задорная Anyone Can Play осталась в запасе, потому что таких у Элвиса было достаточно и без неё. Взять хотя бы ту жу What A Wonderful Life c интересным выходом из припева на куплет, примерно так, как это происходит у Диона в его "Скитальце".
Далее следует не совсем понятный пассаж, но я решил его все-таки оставить для тех, кого не пугают туманные сопоставления.
Нелинейный "дорсизм" Элвиса отражают Easy Come, Easy Go и Cross My Heart. Первую, в её полновесном воплощении, можно считать матрицей You Make Me Real.
Вторая - вялая склейка двух более ранних опусов: Too Much Ли Розенберга и бодренькой Stuck On You Арона Шрёдера. Тем не менее, у этой скромной вещицы тоже были свои ценители.
Зловещий тон Cross My Heart выделял её в жизнерадостном саундтреке Girl Happy. Если фильм этот вышел в 1965, значит Кэмпбелл стал тайно работать на Короля примерно годом ранее.
Словом, спето умело и вдохновенно настолько, что эти конфиденциальные записи сами по себе являются полноценным произведением искусства, которым "великого приветствует великий".
Программу диска завершает Restless, её Глен Кэмпбелл поет своим голосом, временами без нажима, вкрапливая мелизмы Джонни Мэтиса, которому эта песня очень бы подошла.
Посмертный альбом Glen Campbell Sings For The King занимает достойное место в архивах Элвисианы наряду с самобытными трибьютами Мерла Хаггарда, Бобби Соло и Пэта Буна.