________________________________________________________________________________________________
ВСЕ ЧАСТИ:
________________________________________________________________________________________________
________________________________________________________________________________________________
_______________________________________________________________________________________________
ПРОДОЛЖЕНИЕ...
________________________________________________________________________________________________
— Значит... говори, — я убрал печать под плащ. — Чего ты хочешь?
— Чего я хочу? — Она усмехнулась, и усмешка эта была похожа больше на спазм, что бывает от душевных болезней, потом указала на кружку. — Сначала я хочу, чтобы ты наполнил мою кружку. И потом... ещё разок, а может и пару...
Я молчал, глядя на её лицо, ставшее после этих слов серьёзным и очень уставшим.
— И тогда я расскажу тебе всё, что ты хочешь знать. А когда я закончу, ты сядешь на свою лошадь и поскачешь из этого селения так быстро, как только сможешь. И, само собой, заберёшь меня. Вот так-то.
Она смотрела на меня поверх кружки, и я видел в её глазах, что сказанное не просто просьба. Это надежда. Да что происходит в этой дыре?
— Начнём с этого, — сказал я и кивнул на кружку, — пока что. А потом посмотрим... насколько полезным будет твой рассказ.
Она хмыкнула, откинулась на спинку стула и сложила руки на груди, глядя, как я встаю и иду к стойке. Селение, которое показалось мне странным ещё на подъезде, теперь и вовсе начинало приобретать зловещие черты. Пустые улицы, запертые двери и закрытые ставни ещё можно было списать на холод, на поздний вечер, да или просто на нелюдимость местных. Но пустая кантина, разговоры про мёртвую девицу, расхаживающую по селению... и внезапная смерть управляющей — всё это было слишком.
Для одного месяца.
Для одного селения.
Для одного человека, что должен был теперь разобраться в этом. Для меня.
Я подошёл к стойке и выложил на неё монету в четверть кворита, подумал, добавил ещё две. Кантинщик посмотрел на меня чуть с упрёком, словно был не рад деньгам, но молча повернулся, снял с полки три бутыли эля и поставил передо мной.
— И вот ещё что, — сказал я, глядя ему в глаза. — Перед входом моя лошадь. Отведи её в конюшню, и пусть её накормят и почистят.
Он хотел было возразить, но ещё монета желание это прибила сразу, не успел он и рот открыть. Только нахмурился недовольно, сдёрнул со стены плащ и пошёл вовнутрь кантины.
________________________________________________________________________________________________
Я поставил бутыли на стол, откупорил одну, наполнил её кружку до краёв, так, что пена поднялась над верхом, как снежная шапка над крышкой колодца. Она смотрела на кружку как заворожённая, не мигая. Пена медленно оседала, а потом всё же пролилась по стенке кружки, оставляя на ней тёмный, влажный след. Женщина вздрогнула, обхватила кружку двумя руками, осторожно поднесла ко рту и сделала долгий глоток. Будто хотела отдалить момент, когда нужно было начинать говорить.
Я молча смотрел на неё, не торопя. Понятно уже было, что быстро тут не будет ничего. Я приехал в Джано менее часа назад, но казалось, словно нахожусь здесь уже все три. В таких местах время идёт по-другому, не то, что в городах. Да и не только время, судя по всему.
В кантине было тихо — только чуть потрескивала лампа на столе, да ветер свистел за окнами, иногда постукивая ставнями по рамам.
— А теперь говори, — сказал я тихо, когда она поставила кружку на стол.
Она вытерла губы тыльной стороной ладони, завела за ухо непослушную прядь, что упала на лицо, и посмотрела на меня с сомнением, словно решая, стоит ли вообще начинать. А потом она начала говорить, и голос её был спокойным, тягучим, будто то, о чём она говорила, было совсем обыденным, привычным. Скучным, как погода.
________________________________________________________________________________________________
— Хадзу и Фрейна, — сказала она, и голос чуть потеплел, на мгновение. — Он любил её так, как любят только раз в жизни, а может, только так думают. Но про них можно было бы сложить добрую легенду для наивных девчонок... Поначалу. Всё было хорошо, но только детей у них не было. Люди начали поговаривать всякое, шептаться за спиной. Ещё бы — оба они здоровыми были, родители их тоже, к лекарю дороги не знали, а тут такое. И никто ничего сделать не мог. Ни лекарь, ни знахарка наша, Виста. Даже из Тензи приезжал один, да руками только развёл и убрался восвояси в тот же день.
Она замолчала, переводя дух, сделала ещё глоток. Когда её голос умолк, мне на секунду показалось, что больше никаких звуков вокруг нет вообще, словно уши мне заткнули пробками. Но только на секунду.
— А потом она вдруг понесла, — она замолчала, глядя на огонь в лампе. Или сквозь него. — И родила в положенный срок двух девочек. Чанну и Ханну. Славных девочек. Красивых, смышлёных... И всё вроде как наладилось. Да только ничего не бывает навсегда, а тем более что-то хорошее. Его и надолго не хватает... Когда было им по двенадцать, Фрейна заболела. И вскорости умерла. И в этот раз никакого чуда не случилось.
Она протянула руку к кружке, но остановилась вдруг, посмотрела на меня.
— Счастье — это просто каприз, законник, — уголки её губ чуть изогнулись в грустной улыбке. — Слепой каприз.
— Чей? — Я наклонился чуть ближе. Её лицо, которое увиделось мне сухим и бледным поначалу, теперь как будто разгладилось, наполнилось жизнью и уже не казалось лицом пятидесятилетней. Да и сорока уже не было.
Она всё же взялась за кружку, сделала ещё один хороший глоток. Поставила на стол.
— Никто теперь не знает, — и сейчас улыбка её была уже не грустной. — Хранителей, а может, демонов, что приходят из Великой Пустоты. А может, и те и другие... есть одно и то же.
— Хранители? Демоны? Ха! — я понял, что нужно возвращать её рассказ на прежнюю тропу. — Может, они и были когда-то, но не теперь! Всё, что происходит с человеком... делает он сам. Или другие люди. Но никакие не Хранители. Или демоны...
Она наморщила нос и подвинула кружку ко мне снова.
— Конечно же... — протянула она томно. — Законник из большого города не верит в то, что не может увидеть, потрогать, измерить. Но сейчас он не в большом городе...
— Неважно! — сказал я резко. — Ты продолжишь, или я просто зря теряю с тобой время?
Она улыбнулась.
— О да, я ведь не могу лишить тебя этой прекрасной истории. И за время не беспокойся. У нас его очень много... Может, даже больше, чем хотелось бы.
________________________________________________________________________________________________
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...
________________________________________________________________________________________________