Конец января 1945 года. Берлин. Рейхсканцелярия. Адольф Гитлер проводит очередное совещание с генералитетом. Лица присутствующих серы от усталости. Карта Восточного фронта, когда-то пестревшая стрелами немецких наступлений, теперь, словно кровоточащая рана, вызывает боль и разочарование у фюрера. Генерал-полковник, начальник штаба Сухопутных войск Хайнц Гудериан докладывает обстановку сухо, без эмоций — он слишком старый солдат, чтобы подслащивать правду. Его слова падают, как удары молота: советские танковые клинья вышли к Одеру, передовые части у Кюстрина.
В комнате повисает тишина. Гитлер застывает, от волнения у него трясется нижняя губа. Ведь Кюстрин — это не просто очередная точка на карте. Это 80-90 километров до Берлина!
И вдруг — крик, переходящий в истерический визг: предательство! измена! Фюрер в истерике подходит к столу, спихнув стопку книг, и выкрикнув фразу:
— 150 лет на немецкую землю не ступала нога вражеского солдата! 150 лет, Гудериан!
Вождь Третьего рейха, человек, возомнивший себя наследником германских императоров, сейчас вспоминает не о Бисмарке и не о Фридрихе Великом. Он вспоминает об унижении, которое пережила немецкая земля, — об эпохе Наполеоновских войн.
1. Наполеоновские войны (начало XIX в.): немцы по обе стороны фронта
Эпоха Наполеоновских войн стала временем, когда слова «немец» и «русский» не имели однозначного политического звучания: вчерашние союзники по антифранцузской коалиции завтра оказывались в разных лагерях, а послезавтра вновь заключали союз против общего врага. Для немецкого народа эта эпоха обозначена военным поражением, которое могло свести на нет результаты реформ и завоеваний Фридриха II Великого.
14 октября 1806 года в двух одновременных сражениях — при Йене и Ауэрштедте — прусско-саксонская армия, наследница Фридриха Великого, была буквально стёрта Наполеоном за один день.
Пруссия потеряла более 20 000 человек убитыми и ранеными, а также 18 000 пленными. Большая часть прусской артиллерии оказались в руках французов. Было убито, ранено и пленено 20 генералов.
27 октября, то есть менее, чем через две недели после Йенской катастрофы, император французов с триумфом въехал в Берлин в окружении четырёх своих маршалов и нескольких элитных подразделений Великой армии. Моральное состояние жителей Пруссии было столь сильно подавлено, что правительство и генералитет отказались от сопротивления императору.
По Тильзитскому миру 1807 года Пруссия лишилась половины территории — всех земель западнее Эльбы, а также большей части польских владений, — была обязана выплатить контрибуцию в 120 миллионов франков и сократить армию до 42 тысяч человек. Король Фридрих Вильгельм III фактически превратился в униженного вассала французского императора.
Сам Наполеон тем временем перекраивал карту немецких земель. В июле 1806 года он учредил Рейнский союз — объединение германских монархий под французским протекторатом. В него вошли 16 государств, включая Баварию, Вюртемберг, Саксонию, Баден, Гессен, а впоследствии число членов выросло до 36. Священная Римская империя германской нации, просуществовавшая восемь с половиной веков, была официально распущена 6 августа 1806 года. Отныне немецкие князья были обязаны поставлять Наполеону войска и выставляли их в количествах, строго оговорённых союзными договорами.
Когда в 1812 году Наполеон двинул Великую армию на Россию, немецкий контингент в ней был огромен. Из примерно 600 тысяч солдат, перешедших Неман, около 120 тысяч составляли немцы. Австрия выставила вспомогательный корпус под командованием князя Шварценберга численностью около 34 тысяч человек, действовавший на южном фланге. Пруссия, скованная кабальным договором, обязалась послать корпус в 20 тысяч солдат: им командовал генерал-лейтенант Ганс Давид Людвиг Йорк, и он вошёл в состав 10-го армейского корпуса маршала Макдональда, наступавшего на рижском направлении.
Сражение при Бородино 7 сентября (26 августа) 1812 года стало для немецких контингентов суровым испытанием. Так, саксонцы заняли ключевую точку позиции русской армии – батарею Раевского, хотя и потеряли при этом почти половину своего состава.
Вюртембергская 25‑я пехотная дивизия генерала фон Шелера (около 10 тысяч человек) входила в 3‑й армейский корпус маршала Мишеля Нея. Вюртембержцы участвовали в штурме Семёновских флешей, а затем, вместе с другими дивизиями Нея, атаковали Курганную батарею Раевского. Именно в рядах этой дивизии находился обер‑лейтенант Христиан Вильгельм Фабер дю Фор, чей альбом «Blätter aus meinem Portefeuille…» (1831) стал уникальным визуальным свидетельством русского похода. На одном из рисунков он изобразил атаку русских ополченцев, сопроводив подписью: «Эти люди, казалось, не знали, что значит отступать».
В своих пояснительных записках Фабер дю Фор описывал потрясение, которое испытывали немцы при виде русских ополченцев — плохо вооружённых, но идущих в штыковую с топорами и пиками. Он отмечал, что даже смертельно раненые русские солдаты пытались приподняться и выстрелить вслед отходящему противнику.
Стойкость русской пехоты — на флешах, на Курганной высоте, в рукопашных схватках у Семёновского оврага — выкашивала наступательный порыв вымуштрованных немецких полков. В целом же, Бородино стало для немецких участников похода Великой армии верным знаком того, что кампания 1812 г. рано или поздно будет проиграна.
В конце 1812 — начале 1813 года наметился перелом участия немецкого народа в войне. 30 декабря 1812 года генерал Йорк, формально всё ещё подчинённый французскому командованию, самовольно подписал с русским генералом Иваном Дибичем (этническим немцем на русской службе) Тауроггенскую конвенцию. Прусский корпус объявлялся нейтральным. Это был акт личного мужества Йорка, прекрасно понимавшего, что рискует головой. Король Фридрих Вильгельм III, узнав о случившемся, публично осудил генерала, но в частных письмах назвал его поступок «провидческим». Таурогген открыл дорогу к русско-прусскому союзу.
И ещё до официального подписания союзного договора русская армия во второй раз за полвека заняла Берлин. 20 февраля (4 марта) 1813 года летучий отряд генерал-адъютанта Александра Чернышёва, насчитывавший около 3 тысяч казаков, гусар и конных артиллеристов, действуя в авангарде корпуса генерала Петра Витгенштейна, стремительным броском ворвался в прусскую столицу.
Французский гарнизон маршала Сен-Сира — около 6 тысяч человек — поспешно отступил, не приняв боя. Казачьи разъезды рассыпались по улицам. В городе началось ликование. Жители Берлина, ещё не знавшие, что их король формально остаётся союзником Наполеона, забрасывали казаков цветами, выносили хлеб и пиво, городской магистрат спешно организовал снабжение русских частей.
Генерал Витгенштейн доносил Александру I: «Берлин занят нашими войсками с таким порядком, который делает честь русскому солдату; жители изъявляют живейшую радость и предлагают всевозможное содействие». Немецкий журнал «Das neue Deutschland» описывал сцену почти поэтически: «“Русс, прусс — братья”, — говорили казаки, и многие из них прикололи себе прусские кокарды. Хрупкие женщины целовали бородатых казаков, прикладываясь к фляжкам с простой водкой, которые им подносились в ответ. Разве можно было в чём-либо отказать людям, отвоевавшим для нас Отечество?»
Взятие Берлина ускорило переход Пруссии в лагерь антинаполеоновской коалиции. 27–28 февраля 1813 года в Калише был подписан союзный русско-прусский договор: Россия обязалась выставить 150 тысяч солдат, Пруссия — 80 тысяч. 16 марта Фридрих Вильгельм III официально объявил войну Франции. Русские войска, расквартированные в Берлине, стали центром формирования прусского ландвера и добровольческих отрядов.
Осенью 1813 года союзные армии сошлись с Наполеоном в «Битве народов» под Лейпцигом (16–19 октября). С обеих сторон в сражении участвовало около полумиллиона человек. Русские и прусские корпуса плечом к плечу дрались против французов, а также против саксонцев, баварцев и вюртембержцев, ещё сохранявших верность Парижу. В разгар сражения, 18 октября, саксонский корпус — около 10 тысяч солдат — внезапно развернул знамёна и перешёл на сторону союзников, открыв огонь по французским частям. Маршал Макдональд отмечал позднее: «Я увидел, что саксонская пехота, вместо того чтобы держать фронт, повернулась и в полном порядке направилась в сторону неприятеля. Их артиллерия, которую я считал своей, внезапно открыла огонь по моим колоннам». Французские части, оказавшиеся под ударом с тыла и фронта одновременно, дрогнули и начали беспорядочный отход. Русская пехота корпуса графа Ланжерона немедленно воспользовалась ситуацией и ворвалась в разрыв, окончательно рассекая французский центр.
Для самого Наполеона переход саксонцев стал последним ударом, сломавшим фронт. К вечеру 18 октября французская армия уже не контратаковала, а откатывалась к Лейпцигу, и 19-го началось её беспорядочное отступление за Рейн.
С 1815 года, после того, как в Европе наконец-то воцарился долгожданный мир, Россия и Пруссия в течение долгих лет оставались верными союзниками. Александру I и Фридриху Вильгельму III удалось сохранить двухсторонние отношения несмотря на противоречия устоявшегося Священного союза, а в 1817 году в Петербурге состоялась свадьба великого князя Николая Павловича (будущего Николая I) и прусской принцессы Шарлотты, что укрепило династические узы.
В очередной раз, но уже в более крупном, не виданном доселе масштабе, Россия и уже единая Германия столкнуться в Первой мировой войне. Только теперь военный конфликт перейдет на новый качественный уровень - экзистенциальной угрозы, способной разрушить до основания исторический базис двух народов.
2. Первая мировая война (1914-1918): крушение империй
К 1914 году русско-германские отношения прошли путь от династического партнёрства до открытой враждебности. Непосредственных причин для столкновения двух империй было несколько, и все они лежали в плоскости стратегических интересов.
Во-первых, Германия видела в России главное препятствие для своей гегемонии на континенте. Российская «Большая военная программа», утверждённая в 1913 году, предусматривала увеличение армии мирного времени на 480 тысяч человек и завершение строительства стратегических железных дорог к западной границе к 1917 году. В Берлине, где начальник генштаба Гельмут фон Мольтке-младший ещё в 1912 году заявлял: «Чем раньше мы начнём войну против России, тем лучше», эту программу расценивали как прямую угрозу. Немецкий план Шлиффена, принятый в 1905 году и доработанный Мольтке, исходил из того, что войну придётся вести на два фронта: сначала молниеносный разгром Франции (за 6–8 недель), затем переброска всех сил на восток против медленно разворачивающейся русской армии.
Во-вторых, русско-австрийские противоречия на Балканах, где Россия поддерживала Сербию, автоматически ставили Берлин перед выбором. Германия была связана с Австро-Венгрией союзным договором 1879 года и не могла остаться в стороне. После Сараевского убийства 28 июня 1914 года кайзер Вильгельм II выдал Вене так называемый «карт-бланш» — безоговорочную поддержку любых действий против Сербии. Россия в ответ начала частичную, а затем всеобщую мобилизацию. 1 августа 1914 года Германия объявила России войну.
Силы сторон на Восточном фронте были сопоставимы, но различались по оснащению и организации. Россия к августу 1914 года развернула на европейском театре около 96 пехотных и 37 кавалерийских дивизий (примерно 3,3 млн человек при 7 088 орудиях и 263 самолётах). Германия, по плану Шлиффена державшая главные силы на западе, выставила против России 8‑ю армию (около 14 пехотных дивизий и 1 кавалерийскую), а Австро-Венгрия развернула четыре армии — 31 пехотную и 10 кавалерийских дивизий. Суммарно против России в начале войны действовали около 45 пехотных и 11 кавалерийских дивизий численностью примерно 1,3–1,4 млн человек при 4 000 орудий».
Однако немцы превосходили русскую армию в качестве связи: укомплектованность полевых радиостанций в германских дивизиях достигала 100 процентов, тогда как в русских — не превышала 25–30 процентов, что делало управление войсками крайне уязвимым. Запас снарядов в русской артиллерии был рассчитан на 6 месяцев позиционной войны; к весне 1915 года он был исчерпан — начался «снарядный голод», который стоил русской армии Галиции и Польши.
В этих условиях стойкость русских войск вновь проявилась как главный фактор, с которым германское командование не могло совладать. Самым ярким — хотя и не самым масштабным — примером стала оборона крепости Осовец, вошедшая в историю как «атака мертвецов».
6 августа 1915 г. в 4 часа утра, одновременно с открытием артиллерийского огня, германские части применили против защитников крепости отравляющий газ тёмно-зелёной окраски — смесь хлора с бромом. Газовая волна 9—11 метров в высоту проникала в глубину более чем на 20 км, имела сильное воздействие первые 13 км, после действие газов сильно ослабевало.
Хотя гарнизон и принял все рекомендованные меры по борьбе с газами, они оказались малоэффективны. Сжигание перед окопами пакли и соломы, надевание респираторов не помогало, почти все, кто не укрылся в помещениях были смертельно отравлены газом. Вся растительность в крепости почернела и пожухла, трава легла на землю, листья на деревьях пожелтели, лепестки цветов облетели.
Атака 8-й немецкой дивизии была сорвана горсткой фактически смертельно отравленных людей. Солдаты сотрясались от дикого кашля, вызванного химическими ожогами лёгких, их лица были обмотаны окровавленными тряпками. Этот эпизод, задокументированный в журнале боевых действий крепости и подтверждённый немецкими источниками, стал зловещим напоминанием о справедливости замечания Фридриха Великого о стойкости русского солдата, но уже в эпоху химической войны.
Итоги войны для обеих империй оказались трагическими. Россия вышла из войны де-юре 3 марта 1918 года, подписав Брестский мир. По его условиям от страны отторгались Польша, Литва, Курляндия, Лифляндия и Эстляндия; Украина и Финляндия признавались независимыми государствами, фактически попадавшими под германский контроль. Общая площадь потерянных территорий составила около 780 тысяч квадратных километров с населением примерно в 56 миллионов человек — треть европейской части бывшей империи. Дополнительное финансовое соглашение от августа 1918 года обязывало Москву выплатить контрибуцию в 6 миллиардов золотых марок.
По оценке коллектива российских военных статистиков под руководством Г. Ф. Кривошеева, потери русской армии в Первой мировой войне составили 1,2 млн убитыми, 439 369 пропавшими без вести, 240 тыс. умершими от ран, 11 тыс. погибшими от отравления газами, 155 тыс. умершими от болезней, 190 тыс. умершими в плену, 19 тыс. умершими от несчастных случаев. Общее число погибших и умерших — 2 254 369 человек. Германия потеряла около 2 миллионов военнослужащих, а также от 600 до 800 тысяч мирных жителей от голода, вызванного британской морской блокадой.
Однако, подписав Брестский мир на своих условиях, Рейх не выиграл войну, а лишь отсрочил поражение: для контроля над оккупированными территориями требовалось держать на Востоке около миллиона солдат, которых катастрофически не хватило на Западном фронте в решающие месяцы 1918 года. 11 ноября 1918 года Германия капитулировала перед Антантой. Обе империи — Романовых и Гогенцоллернов — прекратили существование.
Именно из этого двойного крушения выросла новая реальность. В 1922 году, в обстановке всеобщего неприятия послевоенной Версальской системы, Германия и Советская Россия заключили Рапалльский договор — соглашение о взаимном признании и отказе от претензий. За ним последовали годы тайного военного сотрудничества: немецкие офицеры тренировали советских танкистов под Казанью, а в Липецке действовала секретная авиашкола рейхсвера. Однако, после того, как в 1933 году к власти в Берлине пришёл Адольф Гитлер, провозгласивший «уничтожение большевизма» и завоевание «жизненного пространства» на Востоке, случилось самое разрушительное военное столкновение в истории — Великая Отечественная война.
3. Великая Отечественная война (1941 - 1945): битва на смерть
Планируя операцию «Барбаросса», немецкий генералитет находился в плену расовых стереотипов и памяти о Первой мировой. Доктрина блицкрига исходила из того, что советское государство — это «колосс на глиняных ногах», который рухнет от первого сильного толчка.
Начало войны, казалось, подтверждало эти расчеты: котлы под Минском, Киевом, Вязьмой поглотили миллионы красноармейцев.
Франц Гальдер, начальник германского Генерального штаба, записал в дневнике 3 июля 1941 года: «Кампания против России выиграна в течение 14 дней». Эта эйфория разбилась о реальность, выраженную в бессмертном афоризме Фридриха, который неожиданно для самих немцев вновь обрел плоть и кровь. Первым тревожным звонком стала Брестская крепость.
Гарнизон, состоящий из представителей десятков национальностей, но действовавший как единое русское воинство в историческом смысле слова, будучи отрезанным от воды и боеприпасов, продолжал сопротивление. Немецкие отчеты о штурме цитадели фиксируют состояние шока: атакующие не могли понять, откуда в уже захваченных казематах берутся новые очаги огня. На стенах крепости появлялись надписи: «Я умираю, но не сдаюсь. Прощай, Родина».
К концу сентября группа армий «Центр» стояла в 300 километрах от Москвы. 30 сентября началась операция «Тайфун» — последний, как полагали в Берлине, бросок на советскую столицу. К 10 октября немецкие танковые клинья замкнули кольцо под Вязьмой, пленив ещё около 600 тысяч красноармейцев. Путь на Москву, казалось, был открыт.
15 октября Государственный комитет обороны принял постановление об эвакуации столицы. Правительственные учреждения, дипломатический корпус, промышленные предприятия двинулись в Куйбышев. В городе началась паника. Но Сталин остался в Москве. 19 октября в столице было введено осадное положение.
В конце октября наступила распутица. Немецкие танки и грузовики вязли в раскисших дорогах, темп наступления упал до 3–5 километров в сутки. К началу ноября ударили морозы до минус 20 градусов, но зимнего обмундирования у вермахта почти не было — тыловые службы планировали завершить кампанию до холодов.
7 ноября на Красной площади состоялся военный парад — войска уходили прямо на передовую. 16 ноября началось последнее немецкое наступление на Москву. К 27 ноября немецкая 7-я танковая дивизия смогла, стремительно заняв Яхрому южнее Дмитрова, форсировать канал Москва-Волга (последнее крупное препятствие на пути к Москве) через Яхромский мост, который не успели взорвать, и закрепиться на другом берегу. Расстояние от немецких позиций до Кремля составляло около 60 км
Но дальше вермахт не прошёл. 5 декабря началось контрнаступление Красной армии под Москвой: Калининский фронт генерала Конева, Западный фронт генерала Жукова и правое крыло Юго-Западного фронта ударили по выдохшимся немецким частям. 13 декабря Совинформбюро опубликовало сообщение о провале немецкого плана окружения и взятия Москвы. 14–15 декабря были освобождены Клин и Калинин, 20 декабря — Волоколамск. Вермахт откатился от столицы на 150–300 километров. Впервые во Второй мировой войне вермахт потерпел стратегическое поражение.
В конечном итоге, Советский Союз заплатил за победу колоссальную цену. По данным Чрезвычайной государственной комиссии, общие людские потери СССР в войне составили 26,6 миллиона человек. Из них: потери вооружённых сил (убитые, умершие от ран, болезней, погибшие в плену) — 8,7 миллиона; гражданское население, истреблённое на оккупированных территориях, умершее от голода, болезней, погибшее на принудительных работах в Германии и в результате боевых действий — около 17,9 миллиона. Эти цифры были подтверждены и уточнены в исследованиях под руководством генерал-полковника Г.Ф. Кривошеева и академика В.А. Тишкова.
Потери Германии оцениваются следующим образом. Вооружённые силы (включая вермахт, СС, фольксштурм) потеряли убитыми и умершими от ран около 4,2 миллиона человек на всех фронтах, из них на Восточном — свыше 3 миллионов. Гражданское население Германии потеряло от бомбардировок, голода, болезней и депортаций около 2 миллионов человек. Общие демографические потери Третьего рейха — примерно 6,5–7 миллионов. К этим цифрам следует добавить потери союзников Германии на Восточном фронте — около 1,4 миллиона убитыми.
Германия в 1945 году лежала в руинах. Англо-американские бомбардировки стёрли с лица земли целые города: Дрезден (25 тысяч погибших только за одну ночь 13–14 февраля 1945 года), Кёльн, Гамбург. Советская артиллерия и авиация завершили разрушение Берлина в апреле-мае 1945 года. Промышленное производство упало до 30 процентов от довоенного уровня. Транспортная система была парализована.
8 мая 1945 года генерал-фельдмаршал Кейтель подписал Акт о безоговорочной капитуляции германских вооружённых сил в Карлсхорсте. 5 июня 1945 года союзники подписали Декларацию о поражении Германии, взяв на себя верховную власть в стране.
Территория рейха была разделена на четыре оккупационные зоны: советскую (восточную), американскую (юго-восточную), британскую (северо-западную) и французскую (юго-западную). Берлин находился в глубине советской зоны, но также делился на четыре сектора. Германия, ещё недавно претендовавшая на мировое господство, была повержена и расчленена, а её государственность казалась уничтоженной навсегда.
Однако реальность оказалась сложнее. Уже в 1949 году на месте бывшего рейха возникли два новых государства — ФРГ и ГДР, и русские и немцы снова оказались по разные стороны линии фронта, на этот раз холодной. В 1991 году Советский Союз распался, и российско-германские отношения перешли в принципиально иную плоскость. Объединённая Германия и новая Россия на протяжении почти трёх десятилетий выстраивали прагматичное партнёрство, и впервые за всю историю война между ними перестала быть предметом реального планирования.
Переживёт ли это партнёрство нынешний кризис — вопрос, на который ответа пока нет. Но любой нынешний и будущий политик в Берлине и Москве, прежде чем сделать выбор, должен помнить урок Кунерсдорфа, Лейпцига, Брестской крепости и Сталинграда. Урок, за который две великие нации заплатили миллионами жизней. Забывать его нельзя никому.