Людмила Бабынина — о том, что происходит между Великобританией и Евросоюзом и кто выигрывает больше
Ровно 10 лет исполняется 23 июня со дня, когда в Соединенном Королевстве прошел исторический референдум о членстве в Европейском союзе. Его результаты глубоко раскололи британское общество и усилили нестабильность политической ситуации в стране. По иронии судьбы, именно накануне этого знакового юбилея объявил о своей отставке премьер-министр Кир Стармер. Этот шаг существенно замедляет реализацию амбициозных планов лейбористов, которые после триумфальной победы на выборах 2024 года обещали полностью перезагрузить отношения с Брюсселем.
Отправная точка
Причины проведения референдума лежали в глубоких внутриполитических разногласиях Консервативной партии (тори) в отношении формата участия в ЕС и в стремительном росте популярности Партии независимости Найджела Фаража, которая отбирала голоса правых избирателей у тори.
Позади целое десятилетие: сложнейшие переговоры о Брекзите, затяжные споры вокруг особого статуса Северной Ирландии, экономические и торговые потери, чехарда сменяющих друг друга консервативных премьеров и, как итог, предсказуемо проигранные тори выборы в 2024 году.
Сами лейбористы в 2016 году находились в амбивалентном состоянии. В целом партия была настроена проевропейски (пусть и в меньшей степени, чем либеральные демократы), но ее тогдашний лидер Джереми Корбин лично никогда не поддерживал европейскую интеграцию. Из-за этого внутреннего раскола официальная позиция лейбористов в ходе плебисцита выглядела крайне невнятно.
Лишь к предвыборной кампании 2024 года лейбористское руководство во главе со Стармером четко сформулировало курс по отношению к Брюсселю. Партия принимает Брекзит как свершившийся факт, но стремится минимизировать его негативные последствия. Именно с таким бэкграундом лейбористы пришли к власти по итогам в 2024 году.
"Перезагрузка" отношений
После этого последовала серия встреч лидеров Великобритании и Евросоюза на полях различных саммитов, сопровождавшихся заявлениями о "потеплении" взаимоотношений. Прочным базисом для сторон стало абсолютное совпадение внешнеполитической повестки: полная поддержка Украины и ужесточение санкций против России, а также вынужденное лавирование в отношениях с США после возвращения в Белый дом Дональда Трампа. Первый саммит ЕС — Соединенное Королевство состоялся 19 мая 2025 года в Лондоне. Делегацию Брюсселя возглавили ключевые лица: председатель Европейского совета Антониу Кошта, глава Европейской комиссии Урсула фон дер Ляйен, высокий представитель по иностранным делам Кая Каллас и член комиссии по торговле Марош Шефчович, который после Брекзита отвечает за британский трек. По итогам встреч стороны объявили об открытии "новой эры" в двухсторонних связях, представив три рамочных пакета. Первый — "Совместное заявление", очерчивающее глобальные вызовы. Второй — "Обновленная повестка сотрудничества", содержащая достигнутые и будущие положения по рыболовству, энергетике, молодежной мобильности и борьбе с нелегальной миграцией. Третий — "Партнерство в области безопасности и обороны", открывшее Лондону доступ к отдельным военным программам ЕС.
Однако принятые документы носили рамочный, а не конкретный характер. Реальные параметры взаимодействия во многом зависят от исхода переговоров по каждому направлению и готовности сторон идти на компромиссы.
Переговоры по конкретным направлениям
Вопреки ожиданиям, первых реальных результатов стороны достигли в рыболовной сфере. Дело в том, что вопрос квот и зон вылова традиционно считался одним из самых болезненных и острым как при подписании базового Соглашения о торговле и сотрудничестве в 2020 году, так и накануне лондонского саммита. Тем не менее стороны договорились предоставить полный взаимный доступ к исключительным экономическим зонам и территориальным водам друг друга с 1 июля 2026 года по 30 июня 2038-го. В ходе дискуссий британские переговорщики настаивали на сроке в четыре года, что категорически не устраивало заинтересованные страны в ЕС. В обмен на уступки представители Евросоюза предложили создать единую санитарную и фитосанитарную зону для упрощения контроля за торговлей агропродовольственными товарами. Однако это соглашение пока не достигнуто.
Наиболее многообещающим представлялось "Партнерство в области безопасности и обороны". Но переговоры о потенциальном участии Соединенного Королевства в европейской оборонной программе SAFE, которая предполагает создание в ЕС фонда объемом до €150 млрд для финансирования экстренных военных проектов и закупок. Однако на прошедших в ноябре 2025 года переговорах стороны уперлись в тупик: Лондон считал запрошенный Еврокомиссией входной взнос в размере €6,7 млрд чрезмерно завышенным и неподъемным для своего бюджета.
Государства-члены ЕС и Европейская комиссия настаивали на возвращении Великобритании в программу студенческого обмена Erasmus+, из которой кабинет Бориса Джонсона демонстративно вышел в 2020 году, а также на создании схемы молодежной мобильности. Лейбористы крайне осторожно подходят к этим вопросам, так как формально это может привести к увеличению миграции в Соединенное Королевство из стран ЕС. Тем не менее было достигнуто соглашение об участии Британии в текущей программе Erasmus+ в 2027 году. Согласно договоренностям, Лондон выделит на эти цели около £570 млн, что, по заявлению британского правительства, на 30% меньше стандартной ставки стран — участниц программы, не входящих в ЕС. Дальнейшее нахождение Соединенного Королевства в проекте будет решаться позже, поскольку еще не утвержден бюджет ЕС на 2028–2034 годы, а британские власти намерены сначала проанализировать плюсы и минусы первого года. Переговоры же по общей мобильности молодежи пока так и не увенчались успехом.
Британская сторона очень заинтересована в возвращении на энергетический рынок ЕС, интеграции систем торговли выбросами парниковых газов и создании общей санитарно-фитосанитарной зоны для ослабления торговых барьеров на пути своего агроэкспорта на континент. Переговоры по этим направлениям ведутся, но пока не завершены.
Здесь важно отметить несколько моментов. Участие в подобных проектах потребует от Лондона привести свои стандарты в соответствие со стандартами ЕС, а главное — в дальнейшем динамически подстраивать британское законодательство под изменения в праве Союза. Кроме того, присоединение к энергетическому рынку ЕС возможно только при внесении определенного финансового вклада Британии в рамках политики сплочения ЕС. Фактически это станет "платой" для Великобритании за доступ на внутренний рынок Евросоюза, от которого они отказались 10 лет назад.
На этом фоне крупным успехом переговорщиков можно считать достигнутое соглашение по статусу Гибралтара, который после Брекзита оказался отрезанным от взаимодействия с ЕС. Новое соглашение регулирует трансграничные перемещения граждан между заморской территорией и Испанией, предусматривая двойной въездной контроль (со стороны местных служб Гибралтара и Шенгенской зоны) и демонтаж физической инфраструктуры на сухопутной границе. Документ закрепляет также создание таможенного союза между Гибралтаром и ЕС с применением обширного свода общеевропейских правил, что позволит устранить барьеры для грузопотоков. В соглашении также прописаны условия честной конкуренции, правила функционирования аэропорта Гибралтара и социальные гарантии для трансграничных работников.
Некоторые выводы
Очевидные экономические потери, вызванные выходом Великобритании из Евросоюза, — прежде всего лишение доступа к Единому внутреннему рынку ЕС и восстановление жесткого таможенного контроля, — наряду со сменой правящей партии и обоюдным стремлением к сближению привели к коренным изменениям в политике Соединенного Королевства. Большую роль сыграл и внешнеполитический контекст, а именно одинаковая позиция по украинскому треку и общие сложности в отношениях с Вашингтоном.
Однако, прекрасно понимая острую заинтересованность Лондона и пользуясь очевидной слабостью действующего (а теперь уже, возможно, и будущего) лейбористского правительства, ЕС старается закрепить сотрудничество на своих условиях. Фактически сегодня мы наблюдаем серьезный отход от "красных линий" и условий Брекзита, как его оформило правительство Бориса Джонсона и брекзитеры.
Британская сторона уже согласилась на динамическое согласование законодательства в соответствии с меняющимся правом Евросоюза, что косвенно обязывает учитывать и вердикты Суда ЕС. Великобритания, пусть пока и временно, вернулась в проект Erasmus+, открыла свои территориальные воды для рыболовных судов из Европы и готова вносить определенный вклад в бюджет Союза.
Тем не менее значительные разногласия между сторонами сохраняются. ЕС и Лондон не договорились об участии Британии в программе SAFE, сложно идут переговоры о молодежной мобильности, затянулось и создание общей санитарной и фитосанитарной зоны.
Показательно, что второй саммит ЕС — Великобритания, первоначально назначенный на май 2026 года, отложен. Предположительно он может состоятся в июле, однако, если текущие переговоры не увенчаются успехом, и представлять на саммите будет нечего, его перенесут на осень. А здесь еще и отставка Стармера.