Сердечный привет, уважаемые читатели «Межгалактической панорамы»! Специальный КотРеспондент продолжает раскрывать вам тайны планеты Земля. Если вы только что присоединились, по-дружески советую начать с первого репортажа, чтобы понять, кто я, почему я оказался в теле пушистого существа и что, собственно, делаю на этой удалённой планете.
Сегодня я расскажу о дне, который перевернул мои представления о… Да о многом, очень о многом!
Всё началось накануне вечером. Мужчина, которого я мысленно называю Пивозавром, был настолько чем-то озадачен, что даже не стал включать свой любимый телевизор. Он просто просидел весь вечер в своей любимой майке перед выключенным телеком!
В перерывах он ходил по дому, что-то бормотал себе под нос, пару раз проверил бумаги в своём портфеле и вообще вёл себя так, будто его ждёт что-то крайне серьёзное. Даже почти не поужинал.
Дети, эти чуткие детёныши землян, спросили у женщины, которая тоже весь вечер была внутренне напряжена, но сумела спрятать эмоции:
— Мама, а что с папой?
— У него завтра очень ответственный день, поэтому он готовится. Вы уж его не отвлекайте.
И детёныши поняли важность момента. Редкий случай!
— Действительно, таким сосредоточенным и тревожным мы его ещё не видели, — признал позитронный интеллект. — Полагаю, завтра мы всё узнаем.
Утром мужчина удивил меня ещё сильнее: перед тем, как выйти из дома, он подошёл ко мне. Подошёл целенаправленно, сел на корточки и заговорил весьма серьёзным голосом:
— Пушок, братуха, сегодня ты едешь со мной. Мне нужна любая помощь. Наталья Васильевна, по некоторым сведениям, неравнодушна к кошкам. С тебя кошачье обаяние, с меня умная часть переговоров, и пусть нам повезёт!
Я был настолько ошеломлён, что даже забыл мяукнуть. Меня, журналиста, лауреата премии, человека с Альфы Центавра, впервые привлекали к делу не как «члена семьи» или «домашнего питомца», а как… как кого?! Как талисман? Как оружие? «Кошачье обаяние» — что это вообще такое?
А эта Наталья Васильевна… Она кто?!
Но мужчина и не ждал моего согласия. Он взял меня на руки, запихнул в переноску и понес к машине.
Мы ехали довольно долго. Мужчина молчал, глядя на дорогу. Я молчал, глядя на него. Мы оба были погружены в свои мысли. Я размышлял о том, что могло заставить этого ленивого человека так нервничать. Он что, задолжал кому-то денег? Или его жена, наконец, решила подать на развод? Или, быть может, у него случился конфликт с соседями, и теперь ему грозит суд? А если он смертельно болен?
Позитронный интеллект последовательно отмёл мои гипотезы. И к приезду я так и не придумал годного объяснения.
Мы подъехали к высотному зданию из стекла и бетона. Я мысленно обратился к позитронному интеллекту:
— Ну, и где мы?
— У места работы человека, у которого ты живёшь, — ответил позитронный интеллект. — Если бы ты не задирал к потолку свой центаврийско-кошачий нос, то давно знал бы, что человек, которого ты называешь Пивозавром, является учредителем и руководителем широко известной в узких кругах фирмы «Iron Maiden».
Как же я не люблю, когда позитронный интеллект общается со мной на языке издёвок! Я досчитал до десяти, и максимально спокойно спросил:
— Скажи-ка, умник, и чем же занимается этот человек на своей так называемой фирме?
В этот момент Пивозавр как раз подходил к входу в офисное здание, не очень-то уважительно таща мою переноску.
Позитронный интеллект никогда не упускал возможности щегольнуть знаниями, и заговорил тоном лектора:
— Согласно открытым источникам, фирма является коммерческой организацией, лидирующщщщщ… в сфере …ннннных …гий. Компания специализируется на… на…
— На чём? — нетерпеливо спросил я.
— На разра… — голос интеллекта явно сбоил, слова распадались на куски. — Связь неста… неста… бильна… Вероятно, здадададание экраааааа…
Мы вошли внутрь, и позитронный интеллект окончательно заткнулся
— Даже от тебя экранировано?! — спросил я, но ответа не последовало.
Я остался в полной тишине, если не считать шума офисов и дыхания мужчины.
Мы поднялись на лифте на какой-то этаж, и мужчина открыл дверь с табличкой «IRON MAIDEN Ltd.». Ну, ладно, позитронный молчун, тут ты не обманул…
Офис оказался огромным открытым пространством, заставленным столами, за которыми сидели люди. И все они молчали. Почти у всех уши были заткнуты наушниками. Люди смотрели с сосредоточенными лицами в свои мониторы. Кто-то быстро печатал, кто-то задумчиво созерцал, кто-то просто сидел неподвижно и смотрел на экран с таким выражением лица, будто пытался силой мысли переместить на нём объекты.
«Они… просто сидят? — подумал я. — Весь день? И это их работа? Они что, делают игры для детей? Или, может быть, создают сайты знакомств? Или, что ещё хуже, генерируют видосики с котятками?»
Ни одна гипотеза не казалась мне убедительной. И тут моё внимание привлёк один из сотрудников. Он спал. Открыто спал, откинувшись на спинку кресла. Я уже хотел мысленно воскликнуть: «Вот вам и образцовый коллектив!», как вдруг он открыл глаза и начал с бешеной скоростью печатать на клавиатуре, словно от этого зависела его жизнь. А потом вдруг снова ушёл в «safe mode». Так же резко, как отмер.
Цирк, просто цирк!
Мужчина принёс меня в свой кабинет. Это была отдельная просторная комната с большим столом, огромными мониторами, графиками на стенах и какими-то непонятными диаграммами, которые я даже не пытался прочесть. Он поставил переноску на подоконник, открыл дверцу и сказал:
— Сиди здесь и не высовывайся. Пока не скажу. В общем, нам нужно убедить одну даму, ну, Наталью Васильевну, в том, что без нас ей вообще никак. Понимаешь?
Я на всякий случай мигнул.
Это несколько ободрило Пивозавра, и он продолжил инструктаж:
— У нас два пути: либо мы схлопнемся и погибнем, либо её инвестиции забросят нас вообще в высшую лигу. Понял?
Я не рискнул отвечать, мол, понял, кэп, по двум причинам. Во-первых, я не могу выйти из образа, конспирацию никто не отменял. А во-вторых, я его не очень-то и понял. Получается, если эта Наталья с отчеством не примет предложения Пивозавра, то его бизнес полетит ко всем чертям? Этак мне на тунца не хватит!
Ладно, Пивозавр, не дрейфь, чем могу — помогу!
Я вышел из переноски, сел на подоконник и приготовился наблюдать.
Через некоторое время раздался звонок, и в кабинет вошла женщина в сопровождении двух молчаливых мужчин. Она была примерно того же возраста, что и Пивозавр, но выглядела совершенно иначе. Миниатюрная, с прямой осанкой, строгий тёмный костюм без единого украшения, волосы собраны в пучок. Очки. Её взгляд был холодным и оценивающим, как у робота, проверяющего детали на конвейере.
На её фоне сопровождающие были неприметны и… чёрт с ними.
Она села напротив мужчины, положила на стол папку с бумагами и заговорила. Голос у неё был жёстким, без единой интонации, которая могла бы выдать эмоции.
— Я внимательно изучила ваше предложение. Вы утверждаете, что ваша разработка способна защитить буквально от всего. Но у меня есть вопросы.
Она начала задавать вопросы, и я с удивлением видел, что мужчина, который дома не может найти свои ключи и путается в пульте от телевизора, отвечает на них уверенно и чётко. Он говорил о «критических уязвимостях», о «потенциальных угрозах», о «системах, которые нельзя отключать даже на секунду» и о модном у современных землян «искусственном интеллекте на борту». Он говорил на языке, который звучал очень серьёзно, хотя я по-прежнему не понимал ни слова.
Женщина перебивала его, задавала всё новые и новые вопросы, требовала доказательств, цифр, гарантий. Мужчина отвечал, но мне было видно, что он нервничает. Эта женщина явно была той, кто принимает решения, и от сегодняшнего решения зависело многое. Похоже, даже всё.
— Какие гарантии вы можете дать? — спросила она. — Почему я должна выбрать вас, а не ваших конкурентов?
Мужчина начал объяснять, но она перебила его:
— У нас мало времени. Я хочу видеть результат. Если я вложу деньги, когда я увижу прибыль?
Она была безжалостной. Я чувствовал напряжение, которое исходило от мужчины. Ему нужны были эти деньги. Очень нужны.
Пожалуй, пора!
Я вышел на передний план, женщина меня заметила. Её взгляд скользнул по мне и остановился.
— А это кто? — спросила она с лёгким удивлением, хотя голос остался холодным.
Мужчина, явно обрадовавшись, что тема разговора хоть на секунду сменилась, ответил, улыбнувшись:
— Это Пушок. Мой… компаньон и советник.
Женщина посмотрела на меня. Я посмотрел на неё. Никакой реакции. Холодное лицо, оценивающий взгляд.
Но тут я заметил кое-что странное. Один раз. Очень коротко. Её губы дрогнули. Едва заметная улыбка, которая исчезла так быстро, что я не был уверен, что видел её. Она снова стала железной леди. Но этот миг был. Я понял: она действительно из тех, кто любит кошек. Может быть, даже тайно. Но любит.
Я решил действовать. Спрыгнул с подоконника, подошёл к столу, потёрся о его ножку. Потом поднял голову и посмотрел на женщину. Она не убрала руку. Я подошёл ближе и потёрся головой о её ладонь.
Она замерла. И я почувствовал, как её напряжённые пальцы расслабляются. Она начала гладить меня. Небрежно, как будто это ничего не значило. Но я видел: она тает. Совсем чуть-чуть, но тает. Подтаивает.
Потом она, видимо, вспомнила, что она — инвестор, а не гостья, и ссадила меня с коленей. Но я не ушёл. Я запрыгнул на стол и сел чуть в стороне. Она посмотрела на меня, потом на бумаги, потом снова на меня.
— Хорошо, — сказала она после долгой паузы. — Я готова подписать договор.
Она потянулась было за ручкой, но всё ещё колебалась. Я видел это. Она смотрела на бумаги, бесшумно барабаня пальцами по столу. Тогда я, как бы случайно, толкнул ручку лапой прямо к ней, поближе к бумагам.
Наталья Васильевна посмотрела на меня, и тут я увидел. Улыбка. Настоящая. Пусть короткая, но настоящая.
— Ну, раз вот так… — сказала она и подписала документы. — Что ж, Александр Вениаминович, пожмём руки!
И они пожали.
Надо же, а Пивозавр-то не просто Александр, а целый Вениаминович!
Отправляясь проводить её и молчаливых сопровождающих, Пивозавр в дверях обернулся ко мне и показал палец вверх. Это у людей знак одобрения.
Когда Александр вернулся, он подошёл ко мне, взял на руки, обнял и сказал:
— Пушок, ты гений!
Вскоре мы собрались и вышли из здания. Как только я оказался на улице, связь с позитронным интеллектом восстановилась.
— А вот и ты! — сказал он. — Как дела?
— Как сажа бела! — раздражённо ответил я. — Ты где был?!
—Здание является экранированной зоной. Они называют это клеткой Фарадея. Но позитронной связи дела до неё нет, зато тут полно других глушилок. Вероятно, для защиты от несанкционированного доступа к информации.
— Это я уже понял! — раздражённо сказал я. — Скажи мне, чем занимается этот человек?!
— Называемый Пивозавром объект является руководителем компании по разработке специализированного программного обеспечения для защиты критической инфраструктуры. Его программа, в частности, используется на атомных электростанциях и предотвращает возможность кибератак на системы управления. Без его работы станции станут уязвимы для внешних вмешательств, что может привести к техногенным катастрофам.
— То есть он… защищает атомные электростанции?
— Да.
— И всё это время я считал его…
— Ленивым, малополезным существом, которое тратит жизнь на просмотр телевизора, — закончил за меня интеллект.
Отрастив коготок подлиннее, я вскрыл переноску (будем считать, она сама открылась) и пробрался на переднее пассажирское сидение.
— О как! — изумился Пивозавр, ну, то есть, Александр Вениаминович. — Ладно, садись...
Он потрепал меня за ушком.
Да, он крут. И при этом никому не рассказывает об этом. Он просто приходит домой, ложится на диван и смотрит тупой телевизор.
«Он устаёт, — понял я. — Он так устаёт от ответственности, что дома ему нужен только отдых. И телевизор, который не требует напряжения».
Заберите меня домой, на Альфу Центавра.
Но знаете, среди этих странных, нелогичных, противоречивых землян есть те, кто защищает свой мир. И один из них лежит сейчас на диване и храпит в голос. И он заслужил этот храп.
