В доме Валькортов в Ньюкресте было непривычно тихо. Матео и Басия переехали на ранчо в Честнат Ридж, Кьяра и Дерек обживались в Виллоу-Крик, а Милана и Алекс всё чаще сидели по вечерам на кухне, негромко переговариваясь о чём-то своём.
Франческа чувствовала себя частью этой тишины. Ей было шестнадцать, и она больше не была той маленькой девочкой, которая сидела в своей комнате и рисовала. Она хотела чего-то нового. Чего-то, что принадлежало бы только ей.
Она вышла из дома и пошла в парк.
Там, у старого фонтана с бирюзовой водой, она встретила его.
Гарольд был её одноклассником. Они учились вместе уже второй год, но за все это время она ни разу не смотрела на него по-настоящему. Он был просто «тем парнем на задней парте». Но сегодня, в этом солнечном парке, она впервые заметила, что у него светлые волосы и очень спокойная, добрая улыбка.
Он подошёл к ней первым.
— Привет, Франческа, — сказал он просто.
Она улыбнулась. И почувствовала, что мир начал вращаться немного быстрее.
Они стояли у фонтана, и разговор лился легко, будто они знали друг друга целую вечность. Он не спрашивал про её семью, не искал в ней «младшую сестру Кьяры» или «дочь Алекса». Он видел в ней просто Франческу.
На одном из кадров того дня он подошёл к ней сзади, когда она смотрела на воду. Он поцеловал её в висок — лёгкое, почти невесомое прикосновение. Франческа замерла, но не отстранилась. Она закрыла глаза, чувствуя, как от этого простого жеста по спине пробегает тёплая волна.
Она обернулась к нему и, улыбнувшись, показала рукой знак «мир». Гарольд рассмеялся, и она почувствовала, как тает остаток напряжения. Между ними не было ни неловкости, ни игры — только та самая лёгкость, которая бывает у людей, которые только начинают узнавать друг друга.
А потом наступил момент, который она запомнит навсегда.
Гарольд наклонился к ней, и их губы встретились. Это был не тот поцелуй, о котором пишут в книгах. Он был чуть робким, тёплым и самым настоящим. Франческа чувствовала, как бьётся его сердце, как его рука лежит на её талии, и мир вокруг фонтана перестал существовать.
Они сфотографировались, стоя в обнимку у воды. На одном из снимков он обнимает её за плечи, и они оба смотрят в камеру с лёгкими улыбками. На другом — она стоит, положив голову ему на плечо. Никаких масок, никаких поз. Просто двое подростков, которые нашли друг друга.
Когда они прощались, Гарольд сказал:
— Увидимся завтра?
— Да, — ответила Франческа, и её голос дрогнул от счастья.
Она вернулась домой и поднялась в свою комнату. Села на кровать и посмотрела в окно на вечернее небо. Она больше не была той девочкой, которая рисовала чужие судьбы на бумаге. Теперь у неё была своя история.
Она улыбнулась и подумала о Гарольде. О фонтане, о поцелуе, о том, как быстро забилось её сердце.
Это была её тайна. Её маленькое, личное счастье.
И она была готова жить эту историю.
