Холодный, пронзительный гул вентиляционных шахт сорок второго ангара в Зоне 18 на ArcCorp казался вечным. Этот монотонный, вибрирующий звук годами въедался в обшивку кораблей, в бетонные плиты посадочных платформ и в саму одежду пилотов, став неотъемлемой частью их экранной жизни. Под потолком ангара лениво вращались массивные лопасти очистителей, разгоняя тяжелый, маслянистый туман, пахнущий перегретой гидравлической жидкостью и паленым пластиком. Зона 18 никогда не спала, и этот вечный индустриальный полумрак, прорезанный ядовито-зелеными и багровыми полосами неоновой рекламы за пределами шлюза, сейчас казался Нику на удивление родным и успокаивающим.
Оставив позади удушающий, выжигающий легкие кислотный кошмар Пайро 1, парни едва успели сбросить испачканную, покрытую глубокими кавернами боевую броню. Ник устало швырнул тяжелые наплечники на замасленный верстак, и те отозвались глухим, металлическим звонком. Кожа под термобельем зудела от пота и въевшейся фантомной гари, а в ушах все еще стоял предсмертный хрип растерзанного подземного червя.
Кирилл BigBox, не снимая тяжелых штурмовых ботинок, тяжело опустился на пластиковый ящик со снаряжением. Его руки, все еще хранившие мышечную память от бешеной отдачи тяжелого пулемета, слегка подрагивали, когда он расстегивал фиксаторы воротника.
— Живой, — хрипло произнес Кирилл, не глядя на командира. — До сих пор не верю, что мы вытащили оттуда свои задницы. Эта тварь в подземельях Пайро сниться мне будет до конца дней.
— Некогда спать, — отозвался Ник, направляясь к терминалу защищенной связи Совета пяти. Его пальцы, покрытые мозолями от штурвала, быстро пробежались по сенсорной панели, активируя протокол шифрования военного уровня. — Викелло дал нам то, ради чего мы вообще ввязались во всю эту жесть. Передавай парням координаты сбора. Собираемся физически на борту нашей яхты Origin 890 Jump. Хватит тереть по голосвязи, нужно сесть всем вместе за один стол и нормально, по-мужски раскидать этот финальный квест.
Спустя час шлюзовые ворота Origin 890 Jump тихо защелкнулись. В просторном, роскошном центральном салоне яхты, где панорамные окна открывали вид на залитые неоном шпили Зоны 18, собралась вся верхушка Совета пяти. Ник и Кирилл BigBox, уже успевшие принять нормальный душ и переодеться в чистую гражданскую одежду, сидели на просторном диване. Напротив них, за массивным столом из полированного дерева, расположились Рома Bronzo ban, Даня Winner и Sharkirdov, который прибыл на корабль последним, небрежно бросив свой летный планшет на консоль.
Парни наконец-то собрались вживую, в одном пространстве, чувствуя надежное плечо друг друга.
— Ну, здорово, герои Пайро, — Рома Bronzo ban крепко, по-мужски пожал руку сначала Нику, а затем и Кириллу BigBox. — Что этот хитрый Бану вам выкатил в итоге за клыки? Очередного подземного монстра подсунул взамен?
— На этот раз воюем с двуногими, — подал голос Кирилл BigBox, тяжело вздыхая и откидывая голову на спинку дивана. — Но Викелло сразу сказал: если уж мы смогли завалить и выпотрошить Валаккара на его собственной территории, то с этой задачей справимся без проблем. Он прямо подчеркнул, что космических монстров, которых хрен прокусишь стандартным калибром, там не будет. Нас ждет обычная, понятная тактическая операция, хоть и в плане хардкора она мало чему уступит Пайро. Стандартная зачистка закрытого объекта.
Ник уверенным движением руки активировал проектор, встроенный в центр стола яхты. В воздухе медленно развернулась детальная трехмерная модель планетарного тела, окруженного блеклым кольцом астероидной пыли. На южном полюсе безжизненного спутника замигал багровый, тревожный маркер, указывающий на подземные пустоты.
— Ну надо же, какие люди в Голливуде, знакомые места, — хмыкнул Sharkirdov, приближая тактическую карту и лениво прокручивая пальцами масштабирование сетки. — Комплекс ASD ONYX. Мы ведь там уже бывали. Помню этот бетонный мешок.
— Раз мы там бывали, значит, примерно представляем масштаб грядущего бедствия, — Sharkirdov мгновенно переключился в свой привычный рабочий режим — режим хладнокровного инструктора и главного координатора всех наземных операций отряда Starlight Foundation. Как человек, который отвечал за каждую пешую вылазку, штурм замкнутых пространств и тактическое маневрирование без участия тяжелой аэрокосмической техники, он знал анатомию подобных баз до последнего винтика. — Место паршивое, парни. Комплекс не просто большой, он монументальный, многоэтажный, уходящий глубоко в скальную породу под землю. По моим старым записям, там не меньше семи или восьми уровней, связанных центральными лифтовыми шахтами и аварийными лестницами. Охраны и противника внутри будет до хрена. Это вам не три с половиной пирата на аванпосте.
Sharkirdov поднялся со своего кресла, оперся ладонями о край стола и начал чертить пальцем прямо по синей сетке чертежа.
— Архитектура комплекса коридорная, с кучей слепых зон, технических карманов и двухуровневых залов лабораторий. Чтобы грамотно распределить силы по этажам — пока одни связывают плотным боем внутреннюю охрану, блокируют противника, другие должны быстро и без задержек идти по ключевой линейке задания. Нам нужен плотный, сыгранный кулак. Мой вердикт как координатора: берем весь наш Совет пяти и еще как минимум десять опытных бойцов поддержки из числа добровольцев. Пятнадцать стволов в тяжелой броне — это тот самый тактический минимум, с которым в ASD ONYX вообще имеет смысл соваться. Если пойдем меньшим числом, нас просто зажмут в одном из переходов и закидают гранатами.
— Добро, план рабочий, классический штурм, — согласно кивнул Ник, чувствуя, как тактический азарт начинает постепенно вытеснять накопившуюся усталость. — Рома, Даня, объявляйте общий сбор по дискорду, тащите парней из поддержки. Вылетаем в ближайшие часы, пока теплое место не остыло и Викелло не передумал.
За столом кают-компании внезапно повисла тяжелая, гнетущая пауза. Рома Bronzo ban первым отвел взгляд от товарищей, неловко побарабанив пальцами по лакированному дереву.
— Ник, тут такое дело… Короче, у меня в реальном мире по учебе просто лютый, беспросветный завал, — Рома виновато вздохнул, пожав плечами. — Хвосты по сессии... Если прямо сейчас, в эти выходные, не сяду и не разгребу чертежи с курсовыми, меня отчислят к чертям собачьим. Пару дней я вообще не жилец для игры, даже к компу подойти не смогу.
— Та же история, брат, — подал голос Даня Winner, его лицо выглядело по-настоящему измотанным. — У меня на носу важнейшее событие по учебе, решающий экзамен, подготовка адская, сижу обложенный конспектами и методичками. Экран компьютера вижу только ради этого сбора. Зайти в игру и полноценно, часами штурмовать подземную базу с высокой концентрацией внимания я сейчас физически не в состоянии. Голова вообще не соображает.
— Ну и чтобы добить картину, присоединюсь к нашему параду неудачников, — мрачно усмехнулся Sharkirdov. — По личным, семейным вопросам нужно срочно уехать из города на выходные, интернета там нормального не будет, так что в ближайшие два дня меня даже в сети не ищите. Полный офлайн.
Ник на секунду замер, чувствуя, как внутри, где-то в районе груди, начинает закипать глухая, обжигающая досада. Он сжал кулаки так, что побелели костяшки пальцев.
— Блин, ребята, ну как так-то? — в сердцах бросил он, резко оборачиваясь к своим друзьям. — Самое важное задание в наших руках! Финальный контракт, который закрывает всю эту долгую, изнурительную историю с Бану, чертовыми картами и тайнами. Викелло дал нам ключ к финалу. А вы все внезапно заняты! Кому рассказать из соседних организаций — со смеху помрут, скажут, Starlight Foundation слились перед финишем из-за домашних заданий.
Однако здравый смысл взял верх. Раздражение и эмоции быстро сменились трезвым, холодным расчетом. Ник глубоко вздохнул, медленно выпуская воздух через сжатые зубы, и посмотрел на Кирилла BigBox. Тот все так же сидел на диване, прислонившись головой к металлической переборке, с темными, тяжелыми кругами под глазами. Пайро 1 вытряс из них абсолютно все жизненные силы. Их тела были излечены, но ментальная усталость никуда не делась. Кислотные ожоги, безумный темп охоты, респаун после гибели — нервы были натянуты как струны.
— А, ладно, — наконец махнул рукой Ник, и его голос смягчился. — Осуждать я вас не буду, парни. Реальная жизнь всегда в приоритете, сам все прекрасно понимаю, глупо злиться на учебу или семейные дела. К тому же Викелло точных сроков не ставил, таймер не вешал и счетчик не включал. Нам с BigBox эта вынужденная передышка тоже, честно говоря, не повредит — ноги едва носят, реакция нулевая после червя. Давайте сделаем так: пару дней вы спокойно разгребаете свои завалы в реале, сдаете хвосты, лечите дела, а мы с Кириллом просто отсыпаемся и тупим. Через сорок восемь часов встречаемся здесь же, на яхте, и назначаем железную, окончательную дату штурма.
Эти два дня вынужденного, внезапного затишья стали для Ника и Кирилла BigBox настоящим спасением, глотком чистого кислорода среди бесконечной гонки за лутом и выживанием. Оставив все дела, они намертво отключили все рабочие каналы связи организации и взяли курс на Horizon — парящий город-курорт, расположенный в верхних слоях атмосферы розового газового гиганта Крусейдер.
Пришвартовав свою огромную белую яхту Origin 890 Jump к закрытой VIP-платформе, парни, по обоюдному согласию, решили провести это время по отдельности. Бесконечные, изнурительные, совместные боевые вылеты, требовали ментальной разгрузки и банального одиночества. Каждому из них нужно было просто побыть наедине со своими мыслями, отдохнуть от приказов, планирования и ответственности.
Кирилл BigBox сразу же закрылся в роскошной, изолированной каюте на борту яхты. Первые сутки он практически безвылазно спал, намертво зашторив панорамные окна и отключив мобиглас, отходя от изнурительного, выжимающего все соки Пайро. На следующий день он лениво выбирался в уединенные велнес-зоны Horizon, посещал местные термальные комплексы и элитные сауны, где часами сидел в густом, расслабляющем пару, начисто смывая с себя фантомную гарь подземных бункеров. Большую часть времени Кирилл бездумно залипал в технические мануалы по ремонту систем охлаждения или просто читал гайды по боям, наслаждаясь тишиной, покоем и тем, что его никто не дергает по рации.
Ник же, напротив, искал успокоения в неторопливом, созерцательном движении. Облачившись в легкую, свободную гражданскую одежду, он часами в одиночестве гулял по бескрайним, величественным подвесным мостам Horizon, раскинувшимся между парящими платформами. Под его ногами клубился бездонный, мягкий океан розовых газовых облаков, окрашенных вечным закатным солнцем во все оттенки золотого, кораллового и нежно-пурпурного. Вокруг лениво и беззвучно проплывали гигантские облачные киты — штормвалы, чьи колоссальные силуэты внушали трепет и умиротворение.
Ник подолгу бродил по красивейшим парящим садам Солисити, где в прохладном, свежем воздухе цвели раскидистые розовые деревья, напоминающие земную сакуру. Здесь, на огромной высоте, поддерживаемой мощнейшими репульсорными двигателями, дышалось удивительно легко. Ник глубоко вдыхал чистейший, искусственно очищенный и насыщенный цветочными ароматами кислород, чувствуя, как с каждым вдохом уходит накопленное за долгие месяцы напряжение. Он заходил в уединенные оранжереи, сидел на безлюдных смотровых площадках, наблюдая за взлетом далеких челноков, и просто наслаждался фантастическими видами бесконечной планеты. Никаких планов штурма, никаких подсчетов патронов — только абсолютный покой, созерцание красоты и долгожданная перезагрузка уставшего разума.
Встретились напарники только под конец второго дня, заранее списавшись по закрытому каналу. Местом встречи был выбран тихий, скрытый от глаз элитный бар в одном из отдаленных секторов Horizon, славящийся своей приватностью и панорамным видом на уходящие в облака индустриальные платформы.
Парни уселись за дальний столик в полумраке зала, под неторопливые, обволакивающие звуки живого космического джаза. На них не было брони — обычные гражданские куртки, расслабленные позы. Официант молча поставил перед ними два массивных хрустальных бокала с парой кубиков льда и налил порцию дорогого, выдержанного крепкого алкоголя.
— Ну что, Ник, — Кирилл BigBox поднял свой бокал, оценивающе глядя на посвежевшее, заметно отдохнувшее лицо Ника. — Как прогулки?
— Пойдет, — Ник искренне, открыто улыбнулся и легонько чокнулся своим бокалом с бокалом напарника. — Кислород здесь просто чумовой. Мозги прочищает на раз. Чувствую себя так, будто заново родился. Ты как, выспался?
— Под ноль, — кивнул Кирилл, сделав глубокий глоток крепкого, обжигающего горло напитка. — Сауны у них тут, конечно, монументальные. Спина наконец-то разгибаться начала после тяжелого пулемета. Готов пострулять.
Они провели в баре чуть больше часа, без лишней спешки пропустив по паре бокалов крепкого спиртного. Они почти не говорили о делах организации — просто лениво перекидывались короткими фразами, шутили, смотрели на проплывающие за бронестеклом облака и наслаждались затишьем. Закончив вечер, парни так же спокойно разошлись по своим каютам на яхте, чтобы окончательно выспаться перед грядущим штормом.
Назначенный день X все равно неумолимо наступил. Резкий, пронзительный сигнал коммуникатора безжалостно разорвал утреннюю тишину каюты. На связи снова был Рома Bronzo ban.
— Ну что, курортники, пора возвращаться в суровую реальность, — голос Ромы в наушнике звучал собранно, но в нем проскальзывали виноватые, тяжелые нотки. — Мы с Sharkirdov на месте, полностью готовы, все свои хвосты по учебе и личные вопросы закрыли. Ребят из поддержки я уже на уши поднял, собрал лучший состав, десять человек стоят в ангаре на низком старте в полной боевой выкладке. Но, Ник, у нас форс-мажор с Даней. Winner жестко заболел, подхватил какую-то лютую заразу, сейчас лежит пластом с дикой температурой под сорок, бредит и даже глаза открыть не может, не то что за комп сесть. Короче, он точно минус на сегодня, без вариантов.
Ник, сидя в мягком кресле каюты, коротко переглянулся с зашедшим Кирилом BigBox. В глазах Кирилла читалась та же мысль.
— Планы менять не будем, — твердо и хлестко отрезал Ник, поднимаясь на ноги. — Семеро одного не ждут, время поджимает, Викелло может начать задавать вопросы. Раз уж все остальные собраны, штурмовая группа укомплектована и заряжена, откладывать операцию нельзя. Дане передай, пусть лечится и пьет таблетки. Рома, свисти бойцам поддержки, объявляй готовность. Встречаемся в моем личном ангаре на Ареа 18. Пора заканчивать.
Общий сбор и погрузка на борт RSI Polaris напоминали работу идеально отлаженного, смазанного военного механизма, где каждый участник знал свой маневр до миллиметра. Четырнадцать человек, облаченных в тяжелую, массивную штурмовую броню с толстыми композитными пластинами, слаженно и без лишней суеты забивали трюмы и оружейные комнаты огромного корвета. Ящики с бронебойными патронами летели из рук в руки по живой цепочке, лазерные батареи с глухим, сочным щелканьем вставали в пазы зарядных станций, дефицитные медицинские стимуляторы и реанимационные наборы плотно упаковывались в отсеки скорой помощи. Оружия взяли действительно много — штурмовые винтовки, тяжелые пулеметы, ручные гранатометы, лазерные резаки. Каждый присутствующий на борту прекрасно понимал по собственному опыту: патронов в темных, замкнутых подземных коридорах много не бывает, и лучше страдать от перегруза, чем услышать сухой щелчок пустого бойка в разгар боя.
Когда массивная, бронированная рампа исполинского корабля Starlight Foundation со скрежетом и гидравлическим шипением наконец поднялась и встала на замки, отрезав парней от внешнего мира, Кирилл BigBox уверенно занял кресло главного пилота на капитанском мостике. Его пальцы привычно легли на сдвоенные джойстики управления тяжелым корветом. Рома Bronzo ban расположился по правую руку от него, в кресле штурмана и оператора систем связи. Пальцы Ромы быстро, профессионально пробежались по сенсорной панели, вводя длинные буквенно-цифровые коды шифрования и выстраивая сложный, многоступенчатый квантовый маршрут к далекой, заброшенной Луне, в скалистых недрах которой затаился комплекс ASD ONYX.
— Точка прыжка рассчитана и стабилизирована, маршевые двигатели в норме, — четко доложил Рома, выводя траекторию на центральный ИЛС.
Короткий, мощный рывок, от которого тяжелый корпус «Поляриса» едва заметно вздрогнул, и бескрайние звезды за огромным панорамным стеклом мостика мгновенно вытянулись в ослепительные, непрерывные неоновые линии. Корабль ушел в квантовое пространство.
Тяжелый корвет плавно, словно хищная глубоководная рыба, вышел из квантового пике возле блеклого, безжизненного, сплошь изрезанного глубокими кратерами и тектоническими трещинами спутника. Вокруг не было ни единого признака цивилизации — лишь холодный, мертвый космос и серая пыль. Автоматические системы заброшенного подземного комплекса ASD ONYX на удивление быстро и без сбоев ответили на секретный шифрованный запрос штурмана, признав старые коды доступа Starlight Foundation. Тяжелые, покрытые вековой космической пылью и ржавчиной бронированные створки посадочного ангара, расположенного прямо в склоне массивного кратера, медленно, нехотя поползли в стороны, открывая зев подземных доков.
Исполинский RSI Polaris, мягко подрабатывая мощными маневровыми двигателями и поднимая тучи серой пыли, аккуратно зашел внутрь бетонного мешка и плавно опустился на гидравлические посадочные опоры.
В десантном отсеке корабля перед самым открытием рампы стояла гулкая, напряженная тишина, нарушаемая лишь металлическим лязгом снаряжения и тяжелым дыханием парней в шлемофонах. Бойцы в последний раз проверяли коллиматорные прицелы, подтягивали лямки разгрузочных жилетов и крепили на шлемы мощные тактические фонари.
— Внимание, группа, слушаем меня внимательно, — голос Ника в общем тактическом канале связи звучал ровно, жестко и уверенно, настраивая команду на рабочий лад. — Главный тактический нюанс этой локации, о котором все должны помнить: сам комплекс ASD ONYX мертв. Его внутренний медицинский блок и регенерационные капсулы полностью выведены из строя много лет назад, так что автоматического возрождения в случае гибели внутри станции нет. Если умрете там — полетите на респаун в лучшем случае на ближайшую космическую станцию в получасе лета. Но наш «Полярис» — это полноценная военная база с госпиталем на борту. Всем бойцам прямо сейчас подойти к медицинским койкам корабля и принудительно прописать точки своего текущего возрождения. Сделали биологический бекап, убедились, что маркер горит зеленым — и бегом на рампу, на выход. Нам нужен надежный боец.
Четырнадцать бойцов, закованных в броню, быстро, друг за другом скользнули по опустившейся рампе на холодный бетонный пол ангара. Перед ними открывался огромный центральный шлюз, за порогом которого коридоры раздваивались, уходя в противоположные концы подземного сооружения: направо уходило инженерно-техническое крыло со складскими зонами, налево — исследовательское и лабораторное крыло.
— Нам налево, без вариантов, — скомандовал Sharkirdov, вскидывая свою штурмовую винтовку и проверяя индикатор заряда батареи прицела. — Исследовательский сектор уходит глубоко вниз, этажей на семь-восемь под скалу. Наша глобальная задача на сегодня — полная, тотальная зачистка левого крыла от всего живого и неживого, что способно стрелять. Очищаем периметр.
Десять бойцов поддержки согласно и слаженно вскинули свои стволы, перестраиваясь в боевой порядок. Они были искренне уверены, основываясь на вводных от Ромы, что это обычный, пусть и хардкорный рейдовый поход ради добычи редких сетов тяжелой брони, топового модифицированного оружия и дорогого лута, который можно было мешками вытаскивать со складов этой засекреченной научной станции. Истинные, глобальные цели этого похода знали только четверо стоявших здесь членов Совета пяти.
Ник и Кирилл BigBox прекрасно, до мельчайших деталей понимали, что им вовсе не нужно зачищать весь комплекс до самого дна, как думали остальные. По старым тактическим сводкам, на самых нижних уровнях из разрушенного и нестабильного ядерного реактора периодически били смертоносные, выжигающие электронику волны радиации. Выход со станции в случае блокировки лифтов был возможен только через это радиоактивное пекло, но их истинная цель — пять красных карточек Бану — находилась ровно посередине спуска, в закрытых секретных лабораториях четвертого этажа. И отряду нужно было разделиться и покинуть основной маршрут строго вовремя, не вызывая лишних вопросов у массовки.
Штурм исследовательского сектора начался без малейшей раскачки и дипломатии. Как только тяжелая, бронированная гермодверь левого крыла со скрежетом поползла в стороны, навстречу парням из темноты хлынул шквальный, плотный огонь бойцов охраны.
Завязалась грязная, яростная, невероятно динамичная и кровавая мясорубка. В замкнутом, гулком пространстве бетонных коридоров грохот сотен выстрелов сливался в один сплошной, оглушительный, бьющий по барабанным перепонкам гул. Бойцы поддержки Starlight Foundation действовали как единый, монолитный организм — они продвигались тактическими уступами, закидывая каждый темный поворот и лестничный пролет гранатами, подавляя огневые точки шквальным пулеметным огнем. Яркие, слепящие вспышки выстрелов выхватывали из векового полумрака летящие золотые гильзы, фонтаны бетонной крошки, рикошетящие от стен искры.
Отряд методично, шаг за шагом, пробивал этаж за этажом, оставляя за собой дымящийся металлолом, стреляные гильзы и разбитые компьютерные терминалы. Воздух в коридорах стремительно заполнялся едким пороховым дымом и гарью от сожженной проводки, так что тактические фонари на шлемах едва пробивали эту плотную серую взвесь.
Когда штурмовая группа успешно зачистила третий уровень и с боем провалилась на четвертый, Кирилл BigBox резко притормозил у малозаметного технического разветвления коридоров, укрывшись за массивной стальной колонной. Он пропустил вперед основную массу увлекшихся боем бойцов и, дождавшись, пока они скроются за поворотом, нажал кнопку переключения на общий радиоканал связи:
— Ребята, вы нас не ждите, продвигайтесь ниже по лестнице, держите темп! — тяжело дыша в микрофон, прокричал Кирилл. — Мы тут с Ником слегка отстаем, у него заклинило затвор шлюза в техническом кармане, нужно проверить один закрытый сектор в хвосте этажа! Зачищайте пятый уровень, мы вас обязательно догоним через пару минут!
— Принял тебя, BigBox, держим темп, не отстаем! — отозвался сквозь треск и грохот выстрелов голос Ромы Bronzo ban, который прекрасно знал правила этой игры и умело подыграл напарнику. — Давите свой шлюз, мы заходим на пятый!
Основная штурмовая группа с грохотом, криками и топотом тяжелых ботинок унеслась дальше вниз по лестничным пролетам, преследуя отступающих бойцов охраны комплекса. Как только звуки боя немного затихли, Ник и Кирилл BigBox резко развернулись и круто повернули назад, вглубь темного, абсолютно заброшенного коридора, стены которого были маркированы полустертыми знаками биологической и радиационной опасности.
Они двигались максимально быстро, почти бесшумно, удерживая стволы винтовок на линии взгляда и контролируя каждый темный угол. Первым на их пути из темноты вырос колоссальный, уходящий вглубь скалы подземный испытательный док. За толстым бронестеклом в центре зала покоился угловатый, хищный, пугающий своими очертаниями силуэт — захваченный в былых сражениях тяжелый истребитель расы Вандуулов. Люди из секретной исследовательской группы явно годами пытались расковырять чужие инопланетные технологии: обшивка корабля во многих местах была безжалостно вскрыта лазерными резаками, наружу свисали пучки странных, похожих на органические волокна кабелей, а вокруг высились строительные леса и диагностические стенды.
Миновав этот зал, парни уперлись в тяжелый, массивный шлюз радиоактивной лаборатории. Нажав кнопку принудительного открытия, они вошли внутрь. Здесь царила зловещая темнота, лишь периодически с тихим, низкочастотным гулом и металлическим скрежетом прямо из бетонного пола выезжали длинные массивные графитовые штыри — элементы аварийного контура охлаждения, которые хоть как-то сдерживали фон бьющего с самого нижнего уровня разрушенного ядерного реактора. Датчики радиационной опасности внутри скафандров мгновенно ожили, тревожно и часто защелкав в наушниках, а на стеклах шлемов загорелись красные предупреждающие надписи. Но Ник лишь крепче сжал винтовку и прибавил шагу, переходя на бег:
— BigBox, шевелись, у нас мало времени, костюмы долго этот фон не удержат! — бросил он через внутреннюю связь.
Следующая гермодверь со стоном и гидравлическим сопротивлением поддалась их напору, и они буквально влетели в просторный, стерильно-белый лабораторный блок. И тут же оба замерли как вкопанные, рефлекторно вскинув стволы оружия вперед.
Посреди комнаты, окруженный выключенными медицинскими мониторами, возвышался массивный, сваренный из толстых швеллеров металлический каркас — жуткое, пугающее подобие креста. И к этому кресту толстыми, грубыми титановыми обручами-фиксаторами был намертво прикован Вандуул.
Исполинский монстр, ростом далеко за два метра, покрытый жесткой, чешуйчатой, серо-зеленой кожей, выглядел ужасающе даже в неподвижном состоянии. Его мощные верхние конечности с длинными когтями были безжалостно растянуты в стороны. Он был прикован здесь очень давно — из многочисленных глубоких хирургических разрезов и швов на его груди и конечностях сочилась густая, темная, липкая жижа. По всему помещению лаборатории, несмотря на работающую вентиляцию, распространялся невыносимый, тошнотворный, сладковато-гнилостный запах чужой, разлагающейся органики, от которого подкатывала тошнота. Все тело пришельца было буквально утыкано десятками диагностических игл, датчиков и электродов, а разноцветные тонкие провода собирались вокруг креста в тугие, толстые жгуты, уходящие под бетонный пол прямо к главному терминалу в центре комнаты.
Ник и Кирилл BigBox не были учеными, исследователями или военными медиками, чтобы досконально разбираться в назначении этих варварских приборов и кабелей. Им было глубоко плевать на то, какие секреты люди пытались выкачать из этого монстра. Их взгляд намертво приковал центральный монитор управления терминалом.
На горизонтальной панели консоли ярко-красным, неоновым светом горели пять электронных карточек Бану. Одна из них была плотно вставлена в считывающий слот терминала, а остальные четыре ровной, аккуратной стопкой лежали рядом на металлической поверхности. На их матовой поверхности отчетливо виднелась витиеватая, сложная, угловатая письменность Бану — точно такая же, какую им показывал Викелло в своем эмпориуме.
— Вот они, наши билеты в финал, — сипло, с трудом переводя дыхание, выдохнул Ник, делая шаг к терминалу.
Он протянул руку и уверенным движением выдернул первую карточку из слота, а затем сгреб остальные четыре, аккуратно засунув их в глубокий внутренний карман своей штурмовой брони, застегнув его на молнию и липучку. В этот самый момент за его спиной раздался тяжелый, сухой и пугающе громкий в тишине лаборатории лязг затвора.
Кирилл BigBox медленно, тяжелым шагом подошел вплотную к распятому на кресте Вандуулу. Подняв свой тяжелый автомат, он навел дульный срез прямо в жуткую, покрытую шрамами морду пришельца, в его закрытые глаза. Парни не знали и не имели возможности проверить, оставалась ли в этом измученном, истерзанном теле хоть капля сознания и жизни под бесконечными токами человеческих приборов, или это был уже просто остывающий кусок мяса. Но Кирилл принял решение. Это был единственный логичный шаг в этой ситуации — суровый, тяжелый и молчаливый жест солдатского милосердия к поверженному и замученному врагу.
BigBox плавно нажал на спуск, высадив в голову и грудь Вандуула всю обойму своего оружия до последнего патрона. Короткие, оглушительные вспышки залили комнату резким светом. Часть тяжелых бронебойных зарядов в упор разнесла череп твари, превратив его в месиво, часть глубоко ушла в массивный корпус. Теперь Вандуул был однозначно, окончательно и безоговорочно мертв. Оставив пустой магазин падать на пол, Кирилл развернулся к выходу.
Ник тут же переключил тумблер своей радиостанции на общую тактическую волну отряда:
— Пацаны, у нас полный облом! — максимально натурально, с напускной паникой и одышкой прокричал он в микрофон. — Нас тут зажало в тупиковом коридоре! Все магазины пустые, патроны под ноль, еле отбились! Мы к вам вниз на пятый уровень уже никак не прорвемся, стволы пустые! Сворачиваемся и экстренно отступаем обратно в ангар на «Полярис»! Будем ждать вас на борту, забивайте трюмы и ходу оттуда, аккуратнее на нижних этажах!
— Принял тебя, Ник, чертовски жаль! — отозвался сквозь сильный треск статических помех голос Ромы Bronzo ban, который шел строго по их скрытому сценарию. — Возвращайтесь на корабль, зашивайте раны! Мы тут сами все закроем, нижние этажи почти чистые, лутаем склады и поднимаемся!
Парни развернулись и на максимальной скорости, контролируя тылы, рванули обратно по темным коридорам через радиоактивную зону в сторону посадочного ангара, крепко прижимая к груди бесценный багровый груз карт.
Они сидели в просторной, залитой приглушенным светом кают-компании корвета RSI Polaris, даже не снимая тяжелых шлемов, и просто молча смотрели на разложенные на металлическом столе пять красных прямоугольников карточек. Время внутри ангара тянулось невыносимо, мучительно медленно, словно застывшая смола. Каждый шорох за бортом заставлял их вздрагивать.
Минут через двадцать тяжелая, многотонная десантная рампа «Поляриса» со стоном наконец опустилась на бетон, и внутрь корабля один за другим потянулись уставшие бойцы штурмовой группы. Из тех десяти человек поддержки, что ушли с Ромой и Sharkirdov на нижние уровни исследовательского крыла, назад на борт физически поднялись только шесть. Лица парней через открытые забрала шлемов были покрыты черной копотью, броня иссечена осколками и залита кровью.
Ник лично встретил их у входа в трюм, оценивающе и хмуро глядя на заметно поредевший, уставший строй.
— Рома, — Ник перегородил дорогу другу, кивнув на пустые десантные кресла. — А где остальные пацаны? Где еще четверо?
Рома Bronzo ban усталым движением снял тяжелый шлем, вытер пот со лба рукавом и ответил абсолютно обыденным, будничным и привычным для любого опытного игрока тоном, к которому все давно привыкли:
— Да у парней дисконнект связи случился на шестом уровне, прямо во время замеса. Сначала пару раз каналы связи прервались, лагало дико, пинг подскочил до небес, а потом их вообще из игры наглухо выкинуло — сервера опять легли, похоже, или провайдер местный сбоит. Короче, они в полном офлайне, ждать их здесь в ангаре смысла нет никакого, в себя придут на точках возрождения уже на космических станциях после перезахода. Можно улетать, нам тут ловить больше нечего.
Рома дождался, пока остальные бойцы поддержки пройдут вглубь жилых отсеков снимать броню, резко обернулся, незаметно подмигнул Нику и едва слышно, одними губами спросил:
— Ну что... вы всё достали? Задача выполнена?
— Всё у нас, — так же тихо, одними губами ответил Ник, и на его лице впервые за день появилась тень облегчения. — Пять из пяти. BigBox, заводи движки, запрашивай вылет. Курс на Ареа 18, возвращаемся домой.
Исполинский военный корвет успешно, без приключений вышел из атмосферы мертвой Луны, набрал скорость и взял обратный квантовый курс. Спустя несколько минут, благополучно выгрузив уставших бойцов поддержки в их родном ангаре на ArcCorp и честно раздав им из бортового трюма всю заслуженную долю общего добытого лута, оружия и брони, Совет пяти в усеченном составе — Ник, Кирилл BigBox, Рома Bronzo ban и Sharkirdov — намертво заперлась в центральном роскошном салоне своей яхты Origin 890 Jump. Даня Winner все так же был вне зоны доступа из-за болезни.
Здесь, среди дорогой кожаной мебели ручной работы, вставок из натурального дерева и мягкой неоновой подсветки, мгновенно вспыхнуло бурное, хаотичное и невероятно эмоциональное обсуждение прошедшего рейда. Парни, перебивая друг друга, на эмоциях вспоминали, как круто, жестко и буквально на тоненького прошел этот штурм, как трещали под шквальным огнем боты и как они едва не словили критическую дозу радиации на четвертом этаже. Шум в каюте стоял просто невообразимый, каждый пытался выплеснуть накопившийся адреналин.
— Так, тихо! Прекратили этот базар! — Ник резко, с силой хлопнул ладонью по полированному столу, заставив команду мгновенно замолчать и повернуться к нему. — Свои подвиги потом в баре расписывать будете. Главное дело мы сделали — карточки Бану у нас. Теперь давайте наконец включим мозги и подумаем головой, потому что прямо сейчас начинается самое сложное и опасное. Вопрос на засыпку: что нам теперь делать с карточками?
Он медленно, многозначительно достал из кармана и выложил на полированное дерево стола пять ярко-красных электронных пластин, которые зловеще поблескивали в мягком свете интерьера яхты.
— Вроде как, по всем понятиям, эти карточки изначально принадлежат расе Бану, — продолжил Ник, обводя парней тяжелым, давящим взглядом. — И отдавать их сейчас Викелло или не отдавать — это решение, которое принимать только нам четверым здесь и сейчас. С одной стороны, Викелло на прошлой встрече все очень грамотно, логично и красиво разложил по полочкам: человечество сейчас слабо, погрязло в коррупции и бюрократии, а Вандуулы — раса невероятно воинственная, жестокая и сильная. Если эти навигационные карточки с координатами Земли останутся на любой человеческой базе или попадут к военным, Вандуулы рано или поздно придут за ними, сметут всю нашу оборону к чертям, и координаты домашних систем людей гарантированно попадут в лапы к врагу. Вроде бы абсолютно логично отдать их Бану, чтобы они спрятали их в своих тайниках в глубоком космосе, подальше от войны.
Ник сделал паузу, его лицо помрачнело, а голос упал до шепота.
— Но с другой стороны — парни, где наша чертова гарантия, что Бану сами тайно, за кулисами не сотрудничают с теми же Вандуулами или не продадут им эти карты при первой же выгодной сделке? Да, Викелло бьет себя копытом в грудь и божится, что они враги. Но слова в этом мире — это просто пустые слова. Как мы можем безоговорочно, вслепую верить на слово этому хитрючему космическому еврею? Он же за один хороший процент родную гильдию продаст, мы это знаем.
В роскошной каюте яхты повисла тяжелая, осязаемая тишина. Было слышно только тихое, едва заметное приглушенное гудение климатической системы корабля. Sharkirdov задумчиво протянул руку, взял одну из красных пластин, повертел ее между пальцами, изучая выжженные инопланетные символы, и качнул головой:
— Риск колоссальный, Ник. Тут ты прав на все сто. Если Бану нас сольют или используют эти карты в своей политической игре, мы своими собственными руками отдадим ключ от защиты Земли. Нас просто вырежут.
— И все-таки их нужно отдать, — неожиданно твердо и веско сказал Рома Bronzo ban, распрямляя спину и глядя Нику прямо в глаза. — Они принадлежат им по праву. Это их древняя технология и их собственность, которую люди втихую утащили с места секретного крушения корабля Бану в системе Никс. Давай сделаем это хотя бы честно, правильно, ну... по-людски, что ли. Мы подписались на этот контракт, мы дали слово Совета. Если мы начнем кидать даже таких заказчиков, Starlight Foundation растеряет все уважение в секторе. Надо держать слово. Но наши риски мы обязаны минимизировать до нуля.
— Согласен с Ромой, — Ник хищно, понимающе улыбнулся, и в его глазах зажглись опасные огоньки. — Именно поэтому мы поступим хитрее. Мы не пойдем на сделку с пустыми руками. BigBox, подключай терминал яхты напрямую к центральному процессору. Перед тем как везти этот взрывоопасный хабар нашему драгоценному заказчику, мы намертво подстрахуем свои задницы на будущее — полностью, до последнего бита скопируем все зашифрованные навигационные данные с этих пяти карточек в закрытые бортовые секторы памяти компьютера нашего Origin 890 Jump. Если Викелло попытается нас кинуть, подставить под удар или продать Вандуулам — у нас останется точная копия всех координат Земли и систем Бану. Это будет наш главный козырь и страховка. Если что — мы сами найдем эти точки.
Кирилл BigBox понимающе, хитро ухмыльнулся. Спустя десять минут плотной работы с кабелями и переходниками все пять красных пластин были подключены к диагностическому стенду яхты. По главному экрану поползла синяя полоса загрузки, сопровождаемая тихим писком серверов. Наконец, монитор мигнул, выдав заветную надпись: «Загрузка завершена. Данные успешно скопированы и зашифрованы в секторе ядра». Координаты были надежно спрятаны в тайных архивах корабля, о которых не знал никто, кроме Совета.
— Ну все, бывайте, — Рома Bronzo ban и Sharkirdov поднялись со своих мест, тяжело похлопали Ника и Кирилла по плечам, пожали руки и направились к шлюзовому выходу из яхты. — Мы свою часть тактической работы на сегодня выполнили на отлично, глаза слипаются. Тащите этот хабар Бану вдвоем, фиксируйте прибыль. Удачи вам, парни. На связи.
Огромная, ослепительно белая, грациозная яхта Origin 890 Jump привычно и бесшумно вышла из квантового пространства в глубоком, глухом и темном секторе космоса, неподалеку от замаскированного, изрезанного шахтами частного астероида Викелло. Запросив посадку на секретной частоте, Ник получил мгновенный, автоматический доступ — тяжелые ворота ангара плавно распахнулись, впуская роскошный корабль внутрь биоморфных, закругленных сводов базы Бану.
Торговец Викелло встречал их лично, стоя прямо на краю посадочной платформы ангара. Он буквально исходил мелкой, лихорадочной дрожью от дикого нетерпения — его длинные, тонкие трехпалые ладони ходили ходуном, сминая дорогую ткань халата, а из горла вырывался странный, нервный, почти истеричный и прерывистый смех.
— Ну что?! Неужели?! О прародители, неужели у вас все получилось?! Вы добыли их?! Вы привезли карточки?! — буквально затараторил Викелло на ломаном человеческом языке, едва Ник и Кирилл BigBox спустились по рампе яхты на пол ангара.
— Добыли, наш старый и дорогой друг, — спокойно, сохраняя каменное выражение лица, ответил Ник.
Он не торопясь полез во внутренний карман куртки, достал оттуда пять багровых электронных пластин и продемонстрировал их торговцу.
— Вот они. Все пять штук. Целые и невредимые, как ты и просил.
Викелло обрадованно, с каким-то благоговейным, полубезумным писком буквально выхватил карточки своими длинными ладонями, бережно, судорожно прижимая их к своей груди, словно величайшее сокровище вселенной. Его узкие глаза-щели лихорадочно, победно блестели в полумраке ангара.
— О-о-о, вы великие, невероятные бойцы! Настоящие мастера своего дела! Вы совершили то, во что ни одна гильдия Сули во всем секторе не верила! — торговец расплылся в глубоком, почти подобострастном поклоне, указывая рукой в сторону своего уютного кабинета, откуда уже доносился густой дым дорогих экзотических благовоний. — Ребята, вы лучшие из людей, с кем я имел дело! Пойдемте скорее, я просто обязан по нашему древнему канону угостить вас нашим традиционным, самым редким и дорогим экзотическим напитком в честь такого грандиозного триумфа! И мы спокойно, в тепле обсудим наши дальнейшие великие дела и ваш полный расчет! Пойдемте!
Ник и Кирилл BigBox коротко, устало переглянулись. Дикое напряжение последних дней, штурм радиоактивного комплекса и тяжелые споры наконец отпустили их, оставив после себя лишь звенящую пустоту и желание закрыть квест. Плотный, сладковатый аромат благовоний в кабинете Бану приятно расслаблял уставшие нервы, усыпляя бдительность.
Они прошли внутрь кабинета, мягко ступая по толстым коврам. Викелло суетливо, шустро разлил густую, тягучую, слегка фосфоресцирующую в темноте жидкость по двум массивным, богато украшенным металлическим кубкам и с широкой улыбкой на лице протянул их парням.
— За ваш невероятный успех! За великое возвращение долгов и тайн! Пить до дна, друзья мои! — провозгласил Бану, поднимая свой собственный сосуд.
Парни, не чувствуя подвоха от своего давнего компаньона, одновременно подняли тяжелые кубки, приставили их к губам и сделали буквально по пару крупных, глубоких глотков. Напиток Бану оказался на удивление мягким, согревающим, с легким, приятным ментоловым и сладковатым привкусом.
Ник хотел было опустить кубок обратно на стол, открыть рот но внезапно осекся. Он почувствовал, как вся комната вокруг него — биоморфные стены, ковры, светящиеся терминалы и сам ухмыляющийся Бану — начинает странно, плавно и неестественно плыть перед глазами, закручиваясь в безумную спираль.
Ноги Ника мгновенно стали ватными, непослушными, словно они в секунду налились тоннами жидкого свинца, намертво пригвоздив его к полу. Сердце сделало один тяжелый, глухой удар и словно остановилось. Ник с трудом, превозмогая дикую слабость, повернул голову вбок и увидел, как Кирилл BigBox, глупо, растерянно моргая и пытаясь ухватиться рукой за воздух, полностью выпускает свой массивный кубок из слабеющих пальцев. Металлический сосуд с глухим, раскатистым стуком упал на ковер, и густая светящаяся жидкость медленно потекла по ворсу.
В ушах Ника стремительно нарастал плотный, оглушительный, вибрирующий гул, заглушающий все остальные звуки мира. Пронзительный ярко-красный свет в кабинете Викелло начал стремительно меркнуть, сужаться, словно старая телевизионная кинескопная трубка, сжимаясь в крошечную, едва заметную точку, пока вокруг парней окончательно, бесповоротно и глухо не осталась лишь одна сплошная, бесконечная, глубокая и абсолютная темнота.
Начни свой путь здесь: https://t.me/MandalorED
#NickRimmer #СтарСитизен #Venden #TurborTV #JamTV #StarlightFoundation #Log853 #Polaris #Hammerhead #Banu #MobiGlas #SciFi #BigBox #Sharkirdov #Winner #Bronzoban #OnyxASD #Yormandi #Carinite #NewChapter