Сведения о судимости человека относятся к тайне частной жизни, а их незаконное получение из полицейских служебных баз и тем более разглашение образуют преступление даже в том случае, когда такие данные считаются общедоступными, разъясняет Верховный суд (ВС) РФ в изученном РАПСИ определении.
Суть дела
Жительница Калининграда на почве личных неприязненных отношений с бывшим супругом затребовала у подруги — сотрудницы районного отдела МВД — информацию о месте проживания и наличии судимости его новой сожительницы.
Когда обвиняемая получила из служебной интегрированной базы интересующую информацию, она их распространила через мессенджер, в том числе направив сообщение бывшей свекрови.
К моменту распространения информации судимость сожительницы бывшего мужа фигурантки была погашена, а сама потерпевшая ее скрывала.
Решения судов
Бывшая супруга и ее подруга-полицейская были признаны виновными в нарушении неприкосновенности частной жизни (статья 137 УК РФ). Сотрудница полиции, добывшая и передавшая сведения, получила наказание по части 2, а бывшей жене, по чьей просьбе собирались данные и которая разгласила их своей свекрови, наказание назначили по части 1.
Последующие инстанции приговор смягчили: исключили квалифицирующий признак совершения преступления группой лиц и переквалифицировали действия сотрудницы полиции тоже на часть 1 статьи 137 УК РФ.
В итоге обе фигурантки отделались штрафом — 30 тысяч рублей для бывшей жены и 40 тысяч рублей для сотрудницы полиции, а компенсация морального вреда в пользу потерпевшей составила 15 тысяч и 20 тысяч рублей соответственно.
Позиция Верховного суда
В кассационных жалобах обе осужденные настаивали на отсутствии состава преступления. По их утверждению, сведения о судимости они собирали ради защиты несовершеннолетних детей-инвалидов, поскольку бывший супруг возил детей к своей новой сожительнице, ранее судимой за вовлечение несовершеннолетних в антиобщественные действия.
Сотрудница полиции отдельно ссылалась на то, что данные о судимости не относятся к частной жизни, являются общедоступными, а потому их сбор и распространение в общественных интересах состава преступления не образуют.
Однако анализ переписки показал, что подлинным мотивом был не страх за детей, а личные неприязненные отношения с бывшим мужем и его сожительницей, указывает ВС.
Он раскритиковал и главный довод защиты об общедоступности сведений о судимости со ссылкой на постановление Пленума ВС РФ от 25 декабря 2018 года № 46.
Любая информация о частной жизни носит конфиденциальный характер и относится к сведениям ограниченного доступа. Право на неприкосновенность частной жизни означает гарантированную государством возможность человека контролировать информацию о самом себе и препятствовать разглашению сведений личного характера, отмечает высшая инстанция.
Только сам гражданин вправе решать, какие касающиеся его сведения должны оставаться в тайне, поэтому сбор и распространение такой информации без его согласия не допускаются, подчеркивает ВС.
Коллегия также сослалась на законодательство о защите информации.
«Сведения о судимости закон о персональных данных относит к особой категории, обрабатывать которую без согласия человека по общему правилу запрещено», — обращает внимание ВС. При этом полиция вправе обрабатывать такие данные лишь в пределах своих полномочий и не может передавать или раскрывать их третьим лицам без добровольного согласия гражданина, указывает высшая инстанция.
В данном случае, как установил суд, информация была получена не для выполнения служебных задач, а по личной просьбе второй фигурантки, констатируется в определении.
Не помогла защите и ссылка на открытую публикацию судебных актов в интернете: сведения о судимости потерпевшей были получены незаконно, из закрытых источников, отметил ВС РФ. К тому же при публикации судебных решений приводятся лишь фамилия, имя и отчество, без иных позволяющих идентифицировать человека персональных данных. Погашенную судимость потерпевшая скрывала и от бывшего мужа, и от его матери, то есть этот факт оставался ее личной тайной, обращает внимание ВС.
В результате Судебная коллегия отказала в удовлетворении жалоб осужденных. Дело № 71-УД26-3-К3.