В 30-х годах XX века в ювелирном мире царила атмосфера холодного баланса и сдержанности. Мужчины-ювелиры создавали классические элегантные украшения: цветы, банты, капельки, растительные орнаменты.
И вот в 1933 году Луи Картье делает кое-что неслыханное: он ставит во главе всего ювелирного производства женщину, которая, к слову, не умела рисовать. Её зовут Жанна Туссен, и за дикий нрав Картье давно прозвал её «моя маленькая пантера». И она произвела настоящую революцию в этом строго выстроенном закрытом мирке.
Из Брюсселя в Париж
Жанна родилась в 1887 году в Шарлеруа – промышленном городе на юге Бельгии, в бедной и несчастливой семье. Ее отец умер, когда дети были ещё маленькими. Мать привела в дом немца, который взял на себя часть дел, но издевался над падчерицами. Обе сестры решили сбежать. Старшая – в Париж, а Жанна – в объятия французского аристократа, бежавшего в Брюссель от военной службы. Ей было 15 лет.
Аристократ хотел на ней жениться, но его семья не дала на это добро. Но он снял ей квартиру в самом центре Парижа и ввёл в общество – и предприимчивой девушке этого оказалось достаточно. Жанна познакомилась с Коко Шанель, с иллюстратором Жоржем Барбье, с самим Луи Картье. Картье был очарован немедленно и нанял её координировать производство аксессуаров дома –и это несмотря на полное неумение рисовать. Он разглядел в юном даровании нечто важнее технического навыка: абсолютный вкус и звериное чутьё на то, чего хочет мир.
По Парижу двадцатых она ходила в пальто из меха пантеры. Её квартира была устлана шкурами пантер – подарками со всего света. На стенах висели картины с пантерами. Она не просто любила этих животных, она с ними себя отождествляла. Луи Картье это видел и называл её своей пантерой.
Директор, которого не ждали (но которого заслужили)
В 1933 году Луи Картье написал своему зятю, управляющему парижским домом, короткое и решительное письмо: Жанна Туссен назначается арт-директором по ювелирным украшениям. Всё. Луи сослался на её «безупречный, всеми признанный вкус» (дом, полный пантер, говорил сам за себя).
Туссен возглавила мастерские на Рю де ла Пэ. Художник Сесил Битон, наблюдавший за ней, позже написал:
«Скажите мне тогда, что именно эта маленькая птица-женщина совершила революцию в ювелирном искусстве, что именно ей мы обязаны нынешними украшениями – гибкими, живыми – с змеями, леопардами и тиграми, я бы не поверил».
Птица – при всём уважении к Битону – была не совсем верной метафорой. Скорее она была похожа на кошку, которая знает, чего хочет, и берёт свое.
Пантера на запястье королевы
Пантера появлялась у Cartier и раньше – на циферблате часов в 1914-м, потом на портсигарах и пудреницах. Но это были плоские, декоративные изображения. Туссен хотела другого: живого, объёмного, хищного.
В 1948 году герцог Виндзорский заказал для своей жены украшение. Его жена – Уоллис Симпсон, американка, ради которой английский король Эдуард VIII отрёкся от трона. Жанна сделала брошь: золотую пантера в чёрной эмали, распластавшуюся поверх изумруда весом 116 карат. Зверь лежал на камне, как на добыче, – расслабленно и угрожающе одновременно.
На следующий год вышла сапфировая версия. Герцогиня надевала её на пояс: пантера охраняла её ремень с царственным спокойствием. Потом пошли браслеты – пантера, обвивающая запястье кольцами, с ониксом, бриллиантами и изумрудными глазами. Хищник буквально жил на теле своих хозяек.
Ювелирный мир такого ещё не видел. Украшение перестало быть просто украшением – оно стало характером. Один из этих браслетов позже ушёл с аукциона за 4,5 миллиона фунтов стерлингов: для браслетов это был абсолютный рекорд.
Клиентки под стать
Туссен, как мы понимаем, создавала украшения для женщин определённого типа: кричащих и вызывающих. И они чувствовали это и тянулись к ней сами.
Мексиканская кинозвезда Мария Феликс однажды явилась в парижское ателье Cartier с живыми детёнышами крокодилов и потребовала сделать из них украшение. Слава богу, не в прямом смысле: она попросила запечатлеть их в бриллиантах. Туссен так и сделала: два крокодила, сплетённые в колье, с изумрудной чешуёй.
Была Дейзи Феллоуз – наследница и редактор Harper's Bazaar, носившая украшения с таким же небрежным видом, с каким другие надевают обычные бусы. Была Марджори Меривезер Пост, одна из богатейших женщин Америки.
Параллельно Туссен возродила индийскую ювелирную традицию: в конце пятидесятых под её руководством Cartier вернулся к коллекции Tutti Frutti – резным рубинам, изумрудам и сапфирам в духе Великих Моголов, которые она полюбила ещё в поездках с Луи по Индии.
В 1955 году она получила Орден Почётного легиона за вклад в искусство и стала первой женщиной в ювелирной индустрии с таким статусом.
Вечная пантера
Жанна Туссен ушла на пенсию в 1970-м. Умерла в Париже в 1978-м. Ей было девяносто лет.
Но ее пантера осталась до сих пор и в прошлом году даже шокировала лично меня с витрины брендового магазина Cartier в Дубае (да-да, тогда я еще ничего про нее не слышала). Украшения из её эпохи по сей день бьют ценовые рекорды на аукционах.
Луи Картье разглядел в ней нечто, чего не видели другие: что вкус важнее умения рисовать, а сильный и яркий характер важнее послушания. Он поставил её на место, которое до неё не занимала ни одна женщина, – и она оправдала это с лихвой, заодно ещё и переписав правила заодно.
В историю входят не те, кто ждёт разрешения. Жанна Туссен это, кажется, знала с 15 лет.
Друзья, Пантеру от Картье я не куплю никогда, но ваш лайк сделает мою жизнь светлее! Спасибочки 😊