Главный винодел «Фанагории» Юрий Узунов уже не первое десятилетие руководит работой одного из самых крупных винодельческих предприятий страны. Помимо вина он курирует и производство других напитков из винограда. О виноделии, охоте и рыбалке, просторе творчества и о том, почему у него не было ни одной профессиональной неудачи, он рассказал «РБК Вино»
Читайте РБК в «Максе».
— Если задуматься о далеком будущем, старость Юрия Узунова — она какая?
— Я же родом из Советского Союза, поэтому я вообще не знаю, когда закончится мой трудовой путь и начнется та самая старость. Движение — это жизнь. Лежать на кресле, наедать живот и смотреть телевизор — это вообще не моя история.
Нравится РБК? Главные новости дня, эксклюзивы и аналитика ждут вас:
на радио
в подписке
в Max
в Telegram
в приложениях для Android или iOS
— У винодела вашего уровня в принципе бывает отпуск?
— Бывает, но не больше недели за раз, потому что с таким объемом производства тяжеловато уходить надолго. Средний розлив у нас в месяц более 200 тыс. декалитров, около 300 наименований продукции. Нужно руку держать на пульсе постоянно. Поэтому отпуск я беру обычно в начале лета, перед сезоном. Или после сезона, когда основная работа уже позади.
— Что делаете?
— Я рыбак и охотник. Я родился и вырос на море, живу здесь, поэтому рыбачу тут же. А охочусь много где. Езжу даже в Белоруссию иногда. Я вообще получаю удовлетворение, когда сам добыл, приготовил и употребил. Всегда готовлю сам и рыбу, которую поймал, и добытую дичь.
У меня в семье вышло так, что один сын у меня винодел, а второй окончил Сочинский университет туризма, и теперь у него с супругой своя небольшая гостиница с рестораном. Получается, что один сын вино делает, а второй его продает и готовит под него блюда.
— Какие напитки, кроме вина, вы предпочитаете?
— Вообще я любитель именно виноградных напитков. Если нет вина, то пусть это будет коньяк или виноградная водка. Потому что в виноградной основе всегда есть танин, который приходит из семечки винограда. И танин расширяет сосуды. Вот если сравнить, допустим, потребление пшеничной и виноградной водки, то после пшеничной сосуды расширены порядка восьми часов, а после виноградной — более суток. Это происходит именно за счет танинов. Они еще и укрепляют стенки сосудов.
Знаете, как говорят французы? С утра бокальчик белого для разжижения тромбов, а вечером бокальчик красного для укрепления стенок сосудов. Поэтому там мужики и живут до старости.
Напоминаем, что чрезмерное употребление алкоголя вредит вашему здоровью.
О корпоративном патриотизме
— Вы на «Фанагории» уже 42-й сезон. А были вообще другие варианты для работы и учебы?
— На «Фанагорию» я пришел сразу после школы. Здесь работали мои бабушка и отец. Честно сказать, в то время я еще не особо соображал, чего я хочу. У меня была цель уехать из деревни в город, но вышло так, что учиться меня направили в Прасковейский техникум, то есть снова в деревню. А потом меня все это как-то увлекло, в итоге так я в деревне и остался.
— За эти годы вас пытались куда-то переманить?
— Предложения, конечно, были, но я, наверное, патриот своего предприятия. Тем более, жизненный путь моей семьи связан с «Фанагорией».
— Достаточно частая история, когда винодел какого-то большого завода параллельно развивает собственный авторский винный проект. У вас есть такие планы?
— Такой проект уже основал мой сын, который создал «Винодельню Узунов». Я помогал ему в самом начале пути. Сейчас он уже делает все самостоятельно. Что-то собственное, только мое, — это было бы сложно. Когда вы перерабатываете по 45 тыс. тонн винограда с большим ассортиментом премиальных вин, у вас просто не будет хватать сил и времени, чтобы заниматься параллельно чем-то еще. Чтобы делать свою работу хорошо, нужно сосредоточиться на проекте, а не распыляться.
О российском виноделии
— На ваш взгляд, где сейчас находится Россия в современном винодельческом мире? Мы догоняющие или уже среди лидеров?
— Мы совершенно точно не догоняющие. Я считаю, что мы вполне наравне идем с главными винодельческими странами. Более того, некоторые регионы мы даже обгоняем.
— Можно ли говорить об особом пути российского виноделия?
— Я думаю, можем. Наши винодельческие регионы стали известны в таком качестве еще во времена древних греков. Та же Фанагория — это древний греческий полис, где вино изготавливали еще около 2 тыс. лет назад. Мы не так давно во время раскопок обнаружили фрагменты древнегреческой винодельни, восстановили ее и даже сделали в ней вино. Поэтому наш путь — особый, как минимум в историческом смысле.
О профессии винодела
— Важна ли для винодела «напробованность» или он может быть оторван от большого мира вина и заниматься чистыми экспериментами?
— Чтобы сделать хорошее вино и контролировать сам продукт, конечно, надо много дегустировать. Вся продукция, которую мы готовим, дегустируется на всех стадиях производства и розлива. Ведь надо понимать, что вы хотите получить в бокале. И сам я что-то пробую постоянно.
Конкурентов нужно дегустировать обязательно, чтобы понимать, где среди них вы вообще находитесь. Без этого винодел просто не может считать себя серьезным специалистом. Он всегда должен мониторить ситуацию на 360 градусов вокруг и знать, кто что производит. Конечно, вино — это продукт терруара и в разной местности вина будут отличаться, но дегустировать все равно нужно. Более того, не только Россию, но и мировые образцы.
— Есть ли у вас вина, с которыми вам особенно нравится работать?
— Мне нравится работать со всеми винами. На нашем терруаре они имеют свою сортовую и органолептическую особенность. «Чемпионят», конечно, саперави и шардоне. Они запоминаются своими яркими ароматами и экстрактивной фруктовой текстурой. Интересен и совиньон блан, потому что в нашей местности его делать сложно. Непросто добиваться появления тех самых знаменитых во всем мире оттенков. И когда получаешь вино достойного качества, чувствуешь удовлетворение.
Мне интересно работать с любым вином. И не только с винами, но и с крепкими напитками. Каждый из них оригинален. Поэтому мы делаем все, что можно делать из винограда.
О свободе и ориентирах
— Если бы молодой винодел спросил у вас, на кого стоит ориентироваться в винном мире, кого бы вы назвали?
— В первую очередь ориентироваться надо на себя и на собственную интуицию. И работать на результат.
— Кто из современных российских виноделов, на ваш взгляд, делает интересные вина?
— Много есть виноделов, которые производят интересные вина. Но больше всего я наблюдаю за работой и творчеством своего сына.
— У вас за эти годы были какие-то профессиональные неудачи?
— Если честно, не могу вспомнить ни одной. Не было ситуаций, когда я считал бы себя неудачником.
— Насколько вы свободны как винодел на «Фанагории»? Вы можете экспериментировать?
— На «Фанагории» — свобода творчества. Мы постоянно экспериментируем. Ведь наш ассортимент — более 300 наименований продукции.
Об импортном вине и антиалкогольной кампании
— Некоторые российские виноделы говорят о том, что для повышения популярности вина в стране его нужно в принципе вывести из 171-го федерального закона и перестать называть алкоголем. Как вы относитесь к такой инициативе?
— С одной стороны, вино — это продукт из винограда, то есть сельхозпродукт. С другой — в нем все же есть спирт, значит, это алкогольный напиток. Но нужно помнить, что вино — это гораздо больше, чем просто алкоголь. И я думаю, что вопрос сложнее. Нужно просто больше поддерживать российского производителя, возможно, немного уменьшить импорт, который идет из недружественных стран.
— Как, на ваш взгляд, можно еще уменьшить импорт? Учитывая, что ввозные пошлины уже поднимали.
— Значит, их мало подняли. Возможно, на какое-то время эти поставки надо сократить еще более существенно. У нас сейчас рынок насыщен. Кроме того, мы находимся в неравных условиях. Для импортных вин действую менее жесткие стандарты.
— А нет ли опасности наполнения российского рынка собственным не очень качественным вином в случае исчезновения с прилавков импорта?
— Для того чтобы этого не случилось, есть надзорные органы. Они прекрасно знают свою работу. Пусть эти органы работают и наказывают недобросовестных производителей.
— Как вы относитесь к антиалкогольной кампании, которая сейчас идет в некоторых регионах России?
— Я думаю, что не нужно этого делать. Тот, кто захочет выпить, всегда найдет варианты. Если запреты будут совсем жесткими, ну, значит, народ перейдет на напитки собственного производства. Мы это уже проходили. Человек должен сам выбирать, какой образ жизни ему вести. Но ему для этого нужно оставить выбор.
Читайте также:
На западе и севере Крыма частично отключили электричество
В Ставрополье предотвратили двойной теракт в отношении силовиков
FT сообщила о растерянности судовладельцев из-за указаний США и Ирана