Околосмертный опыт Лоррейн Кейн
Лоррейн Кейн возвращалась в Канаду после поездки в США.
Ей было 26 лет. Она ехала домой из отпуска вместе со свекровью и двумя маленькими детьми.
Обычный участок шоссе. Ничего особенного. Они провели в дороге всю ночь, утром остановились позавтракать, а потом снова выехали.
На шоссе шли ремонтные работы. Лоррейн выехала чуть вперед, чтобы лучше видеть дорогу. Знака она не заметила. Его просто не было. Полоса оказалась закрыта без какого-либо предупреждения.
Навстречу уже летели машины на полной скорости.
Кстати, о поиске себя и выходе из сложных ситуаций.
Если вы чувствуете, что запутались, устали искать ответы сами или переживаете непростой период, загляните на канал психолога Юлии «Лучшее в тебе».
Юлия — дипломированный психолог, психоаналитик и мама четверых детей. Она не предлагает растягивать терапию на годы. Её подход — это реальная, быстрая помощь онлайн. Часто, чтобы разобрать острую ситуацию, вернуть чувство безопасности и найти внутреннюю опору, достаточно всего 1–3 сессий.
На канале Юлия делится бережными техниками и полезными мыслями.
Подписывайтесь, чтобы лучше понять себя ❤️
Один автомобиль врезался в ее машину лоб в лоб. Обе машины подбросило в воздух. Второй автомобиль перевернулся. Женщина, которая была за рулем, погибла на месте.
Лоррейн застряла в искореженном металле на два часа.
Ее детей забрали незнакомые люди. Свекровь тоже увезли. Лоррейн осталась одна в смятой машине, пока спасатели работали вокруг нее гидравлическими ножницами. Шум был невыносимым.
А потом, медленно, этот шум начал исчезать.
Будто кто-то убавлял громкость на радио.
В то время Лоррейн была христианкой, пережившей «рождение свыше». Когда она почувствовала, что уходит, она цеплялась за свою веру. Ангелы радуются, когда душа возвращается домой. Небеса реальны. Все будет хорошо.
На нее опустилось глубокое спокойствие.
Она подумала: «Я возвращаюсь домой. Это будет прекрасно».
И вдруг услышала голос:
«Бога нет. Ты уйдешь в землю, и черви будут есть твое тело».
Лоррейн была в самой низкой точке своей жизни: зажата в металле, истекающая кровью, на грани смерти. И эти слова напугали ее до ужаса.
Она сделала единственное, что могла.
Она позвала Бога на помощь.
Это не была какая-то особая молитва. Она просто сказала: «Боже, если ты настоящий, ты мне нужен».
И этого оказалось достаточно.
Ее тело будто раскололось, как скорлупа арахиса. Изнутри ее залил ослепительно-белый свет, теплый и золотой. Свет собрался в форму руки. Большой, мужской руки, протянутой вниз.
«Возьми меня за руку, — сказал голос. — Я покажу тебе небеса».
Лоррейн потянулась вверх, и ее подняли из тела.
Посмотрев вниз, она увидела место аварии. Разбитую машину. Перевернутый автомобиль. Спасателей, которые двигались вокруг. Свое собственное тело, все еще сидевшее на водительском месте.
И в этот момент ей стало абсолютно ясно: это тело не было ею.
Она была душой. Всегда была душой. А тело было лишь транспортом, внутри которого она жила.
Голос сказал ей не смотреть назад.
Она посмотрела вверх.
Они двинулись вместе через нечто, что Лоррейн может описать только как туннель в космосе. Вокруг во всех направлениях тянулись звезды. Вдали светились цвета. Все было огромным, глубоким и захватывающим.
Слова больше не были нужны. Общение происходило напрямую: от души к душе, мгновенно и полностью.
Она не помнит всего содержания того, что ей передавали в те мгновения. Помнит только ощущение. Через это знание ее как будто готовили. Ее частоты менялись, вибрации перестраивались, словно все ее существо настраивали на то, что должно было произойти дальше.
Потом они остановились.
Лоррейн не знала, что такое обзор жизни. У нее не было никакой готовой схемы, чтобы понять происходящее. Она знала только одно: ей показывают ее жизнь.
«Я начала видеть ошибки, которые совершала. Даже не ошибки. Мне показывали моменты моей жизни, где я выбрала один путь, а потом показывали другой.
И тот другой путь был намного прекраснее.
Но это не было страшно. Там не было осуждения. Это была самая прекрасная безусловная любовь, которую я когда-либо испытывала.
Там было только: “Я люблю тебя. Все хорошо”.
Мне показали примерно три или четыре таких момента. И каждый раз меня наполняло раскаяние.
Я говорила: “О, я не знала. Я не знала. Мне так жаль”.
И каждый раз меня встречала эта невероятная безусловная любовь, которая просто говорила: “Я люблю тебя. Все хорошо”.
Когда это закончилось, мы снова начали двигаться».
Свет вынес перед ней старую серебряную рамку для фотографии. Она была изящная, красивая, словно антикварная. Внутри была фотография.
Лоррейн посмотрела на людей на снимке. Она узнала своих детей. Узнала мужа. А потом, постепенно, узнала и себя.
Она указала на фотографию:
«Это Лоррейн. Это семья Лоррейн».
Ее спросили, хочет ли она остаться. Или хочет вернуться и продолжить.
Она не знала, что у нее есть выбор.
Она подумала о детях. Им было 13 месяцев. Они все еще нуждались в матери.
Лоррейн сказала, что не готова остаться. Она хочет вернуться.
Та же любовь, которая сопровождала ее все это время, снова наполнила ее. И они начали спускаться.
Падая обратно через пространство и время, она продолжала слышать голос:
«Я держу тебя за руку. Я с тобой».
Она резко вернулась в тело.
Крыши машины уже не было. Спасатели срезали ее, пока Лоррейн отсутствовала. Подлетал санитарный вертолет. Спасатели радовались, кричали друг другу, что она у них, просили ее держаться, показывали пальцы и просили посчитать.
Она вернулась.
Больница в США стала ее домом на следующие две недели. Ее бедренная кость была раздроблена в 54 местах. Во время операции ее снова потеряли. Но этого второго перехода она не помнит.
В те недели Лоррейн существовала будто между двумя мирами. Она все еще ясно слышала. Могла задавать вопросы и почти мгновенно получать ответы. Связь, которую она обрела в разбитой машине, оставалась открытой: тонкой, но устойчивой, словно линия, которую все еще держали.
В последующие годы ей сделали 60 операций. Ее тело собирали обратно по частям. И по мере того как она исцелялась, голоса становились тише. Связь требовала все больше усилий и уже не была такой мгновенной.
Но перед тем как она начала угасать, Лоррейн получила еще один дар.
Через несколько дней после возвращения в Канаду она лежала в больничной палате. Ее разбудила музыка, которую она никогда раньше не слышала. Странные инструменты, не похожие ни на что знакомое.
Когда она открыла глаза, палата была наполнена светом.
Она увидела существ с мягким, теплым, мерцающим сиянием. Некоторые выглядели как маленькие яркие точки, похожие на огоньки гирлянды. Одни были белыми, другие золотыми. Комнату наполнили тепло и покой, будто ее накрыло чем-то защищающим.
Этот хор был не похож ни на что земное. Лоррейн описывает его как самый прекрасный церковный хор, который только можно вообразить, умноженный на сто. Это была музыка, тоны, вибрации, и каждый звук опускался куда-то глубоко в тело.
Ангелы не пугали. Совсем наоборот. Они были максимально далеки от страха. Они пришли утешить ее, и она чувствовала себя полностью утешенной.
Во время восстановления у нее было несколько подобных переживаний.
После аварии убеждения Лоррейн изменились.
Любовь, с которой она столкнулась, была безусловной. Она не проверяла ее верования и не сверяла их с религиозной доктриной. Она встретила Лоррейн в самый низкий, самый сломанный момент, когда та едва могла связать слова. И пришла без колебаний.
Теперь Лоррейн больше не верит, что Бога нужно бояться. И больше не верит, что смерти нужно бояться.
Она пришла к убеждению, что то, что мы называем смертью, — это просто момент, когда мы закрываем глаза и возвращаемся туда, откуда пришли.
Любовь, которая ждет там, сильнее всего, что доступно нам здесь, на земле. Она говорит это не как утешение и не как красивую метафору. Она говорит это как человек, который там побывал.
Лоррейн вернулась с верой в реинкарнацию, хотя ее прежняя религиозная система запрещала бы такую идею.
Через регрессии в прошлые жизни она увидела другие жизни, которые, как считает, проживала. Конюха по имени Дэвид. Других людей в других временах. Каждое возвращение на землю, по ее мнению, происходит ради роста, обучения и вклада в коллективное целое.
Самым убедительным доказательством для нее остается личный опыт. Во время одной регрессии она увидела, как ее избили и бросили в колодец, где она позже умерла. С детства она панически боялась колодцев и резервуаров с водой, хотя никогда не могла объяснить этот страх. После регрессии и понимания, которое она получила, страх полностью исчез.
Она верит, что мы переносим нерешенное из одной жизни в следующую. И каждый раз получаем возможность отпустить это и вырасти.
Она думает, что эта жизнь — ее последняя инкарнация.
Примерно четыре или пять лет назад Лоррейн начала медитировать. Сначала у нее плохо получалось. Она могла сидеть неподвижно две минуты, а потом постепенно увеличивала время.
Однажды во время медитации пришло сообщение.
Она спросила, кто это. Ответ был: коллективное сознание. Она понятия не имела, что это значит.
В следующие недели начало происходить что-то новое. Она стала чувствовать, как через нее проходит другое присутствие.
Теперь она ведет дневник: ее рука движется по странице и записывает слова, которые она не выбирает сознательно. Иногда через нее звучат голоса с разными акцентами и тембрами. Они говорят с огромным теплом и радостью от восстановленной связи. Лоррейн может задавать вопросы и получать ответы.
В основе послание всегда одно и то же.
Отпустите страх. Впустите любовь.
Она пришла к мысли, что страх — главный барьер между людьми и их Создателем. И что большая часть человеческого страха связана с вещами, которые не произошли и, возможно, никогда не произойдут. Жизнь внутри страха отдаляет людей от их истинного состояния — любви.
Через 31 год после аварии Лоррейн опубликовала свою историю. Она назвала книгу «Дар среди обломков».
Ей понадобилось очень много времени, чтобы написать ее. Она пыталась годами и постоянно останавливалась.
Четыре года назад известный медиум на одном оздоровительном мероприятии сел напротив нее и почти сразу, еще до того как Лоррейн успела удобно устроиться, сказал, что люди «с другой стороны» хотят знать, почему книга, которую она пишет уже 15 лет, до сих пор не закончена.
Лоррейн вернулась домой и дописала ее.
Она написала эту книгу для тех, кто ищет. Не только для людей, переживших страшные аварии, но и для всех, кто проходит через собственные обломки: конец брака, диагноз, потерю, жизнь, которая совсем не похожа на ту, что они планировали.
Она хотела, чтобы они знали: им не обязательно проходить через это в одиночку. Та же благодать, которую Лоррейн получила в раздавленной машине, доступна каждому, кто просто зовет на помощь.
Книга чередует рассказ о том, что произошло, с тем, как она понимает это сейчас, спустя 30 лет, после всего, что ей дали время, боль и исцеление.