Когда мы говорим о памяти, важно понимать: это не что-то абстрактное и «психологическое» в отрыве от биологии. Память начинается с вполне конкретной работы нервной системы — с того, как возбуждение проходит по нейронным сетям, как долго оно в них удерживается и насколько легко эти сети вообще активируются. А значит, в основе памяти, как и в основе темперамента, лежит то, как мозг был построен и настроен, в том числе генетически.
Проще всего это увидеть на обычном примере. Допустим, вы увидели кошку. В этот момент запускается целая цепочка процессов. Сначала зрительный сигнал поступает от глаза, затем идёт в таламус, где происходит его первичное переключение, а дальше попадает в первичную зрительную кору. Там мозг ещё не «видит кошку» как готовый образ. Он сначала разбирает увиденное на элементы: линии, цвет, форму, движение, контуры. И только после дальнейшей передачи и обработки, в том числе через вторичные зрительные зоны, информация доходит до тех отделов, где происходит узнавание: мы соотносим увиденное с уже имеющимися образами и понимаем — да, это кошка.
Если описать этот путь по шагам, он будет выглядеть так:
- Сигнал поступает от глаза.
- Затем он проходит через таламус.
- После этого попадает в первичную зрительную кору, где разбирается на отдельные признаки.
- Далее информация передаётся в более сложные зрительные зоны, включая экстрастриарную кору.
- В итоге мозг сопоставляет полученный образ с уже знакомыми паттернами и распознаёт объект.
Краткосрочная память - это не «склад», куда на время кладётся информация, а след активного возбуждения в определённой нейронной сети.
Иными словами, краткосрочная память — это то, как долго будет циркулировать возбуждение в сети, которая в данный момент обрабатывает конкретный стимул, например образ кошки. Пока эта сеть активна, информация удерживается в доступе.
Здесь важны сразу два параметра. Во-первых, как легко возбуждаются нейроны в такой сети. Во-вторых, как долго они способны поддерживать это возбуждение. И вот это уже во многом зависит от того, как устроен мозг. Генетика влияет на структуру нейронов, на количество связей между ними, на плотность контактов и на особенности их работы. Например, может формироваться больше коллатералей — дополнительных ответвлений, которые создают условия для реверберации, то есть для повторного «прокручивания» возбуждения по кругу. За счёт этого сигнал не исчезает мгновенно, а какое-то время удерживается внутри сети.
Именно поэтому то, как быстро человек учится, что именно замечает и какую значимость придаёт определённым стимулам, связано не только с опытом, но и с устройством нервной системы. Один и тот же объект для разных людей может иметь разный вес — не только по психологическим причинам, но и потому, что их нейронные сети по-разному устроены и по-разному удерживают активацию.
Это особенно важно, если перейти от нейтральных стимулов к эмоционально значимым, например к страху. Страх в чистом виде — это тоже не просто «чувство», а работа определённых нейронных сетей. В центре здесь находится миндалина, прежде всего её базолатеральные и центральные отделы. От того, как именно эти системы сформированы, насколько быстро между ними передаётся сигнал и насколько легко запускается вся сеть страха, зависит, как человек будет реагировать на угрозу. Иными словами, страх — это не только содержание опыта, но и биологическая архитектура тех систем, которые этот опыт обрабатывают.
Однако краткосрочная память — это ещё не запоминание в полном смысле слова. Чтобы опыт закрепился надолго, одних циркулирующих импульсов недостаточно. Нужны более глубокие изменения — уже не на уровне временной активности сети, а на уровне самой клетки. И здесь мы переходим к долговременной памяти.
Долговременное запоминание связано с внутриклеточными процессами.
Если сеть активируется достаточно сильно и достаточно часто, это запускает изменения на белковом уровне. Иными словами, интенсивная нейронная активность приводит к тому, что начинают экспрессироваться определённые гены: на основе ДНК синтезируется матричная РНК, а затем вырабатываются белки. Эти белки поступают в клетку и в конечном итоге усиливают именно те синапсы, которые участвовали в передаче нужного сигнала.
Это очень важный момент. Белки не усиливают всё подряд. Они закрепляют именно те связи между нейронами, которые уже были активно задействованы. В результате передача сигнала между этими нейронами становится быстрее, надёжнее и эффективнее. Если потом активируется первый нейрон, вероятность того, что активируется и второй, заметно возрастает. Так постепенно формируется устойчивая нейронная сеть, которая и лежит в основе долговременной памяти.
По сути, долговременное запоминание — это превращение повторяющейся активности в структурное изменение. То, что сначала было временным паттерном возбуждения, со временем становится более прочной и «натренированной» сетью. Поэтому опыт, который часто повторяется или имеет высокую значимость, начинает обрабатываться быстрее. Мозгу уже не нужно каждый раз строить реакцию заново: нужная цепь уже усилена.
Отсюда становится понятнее и более общий вывод. То, как мы воспринимаем стимулы, как долго удерживаем их в краткосрочной памяти, как быстро учимся бояться или, наоборот, узнавать и запоминать, во многом определяется устройством нейронных сетей. А устройство этих сетей — это результат не только жизненного опыта, но и генетически заданной организации мозга.
Краткосрочная память — это след текущей активности в нейронной сети, а долговременная память — результат более глубоких клеточных изменений, которые укрепляют связи между нейронами. Страх работает по тому же принципу: за ним стоят конкретные сети, прежде всего миндалина и скорость передачи сигнала внутри неё. Поэтому память, обучение и эмоциональные реакции нельзя сводить только к «психологии» в узком смысле. Их основа — в том, как гены и нервная система изначально построили мозг и как этот мозг затем закрепляет опыт.
Автор: Антонов Дмитрий Львович
Психолог, Медицинский психолог
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru